Хорошая моя - Ирина Ваганова

Квартира встретила темнотой и тишиной.

— Катенька! — крикнула, сбросив туфли. Пробежала гостиную босиком. — Котёнок! Ты здесь? — Распахнула дверь в их общую комнату, краем сознания отметила, что пахнет валерьянкой, и выдохнула с облегчением. — Уф, слава богу! Катя, ну что ты?

Сестра лежала на кровати поверх покрывала, вытянув руки вдоль тела и уперев взгляд в белый потолок. Лицо её было совершенно бесстрастным, даже каким-то неживым. Лена присела на край и привычным жестом потрогала лоб.

— Не заболела? Как себя чувствуешь?

Взгляд холодных как льдинки голубых глаз, пронзил насквозь. Бледные губы едва заметно зашевелились:

— Я выпила таблетки.

— Какие? Сколько?

— Афобазол. Две.

— А почему пахнет валерьяной?

— Пролила. Хотела накапать и уронила. Руки тряслись, — Катя неожиданно всхлипнула и задрожала всем телом. — За что он так со мной? Ле-е-е-ен…

— Тише, тише, хорошая моя, тише, успокойся, — Лена гладила сестру по волосам и шептала как маленькой. — Всё наладится, вот увидишь. Не стоит он твоих слёз!

— Зна-а-а-айу… Всё равно обидно!

— Обидно, я понимаю.

Строго говоря, ничего она не понимала. Сергей не вызвал у Лены ни одной положительной эмоции, как он умудрился влюбить в себя молодую, умную и симпатичную Катюшку, вообще не укладывалось в голове. Сестра, интуитивно уловив ход Лениных мыслей, мотнула головой, сбрасывая её ладонь, резко села и обняла свои колени:

— Молчала бы! Что ты вообще можешь понимать?

— Кать, ну что ты…

— Что? — Катя снова обожгла сестру морозным взглядом. — Любовь — удел слабых, по-твоему? Таких дурачков, как твои младшие брат и сестра?

— При чём тут Коля? Не надо его приплетать.

— Почему же? Надо мной посмеялся Дьяченко, над ним посмеётся эта его Прохорова.

— Никто над тобой не смеялся. Сергей, наоборот, просил прощения и благодарил за помощь.

— Главное, что? — хмыкнула Катя. — Когда приехал, обрадовалась как последняя идиотка! Сразу отдала долбаный телефон и флэшку. Думала, Серый хочет убедиться, что я правду сказала. Была уверена: теперь он возненавидит эту стерву-Варьку, а он чуть не на коленях к ней пополз!

— У них семья, смирись уже с этим. Бывает, что отношения рушатся от скуки, а трудности их скрепляют.

— Быва-а-ает… — передразнила Лену сестра. — Тоже мне эксперт! Можно подумать, ты кого-нибудь когда-нибудь любила.

— Хм… вот, значит, как ты обо мне думаешь.

— А что? Не так?

Лена пересела ближе, обняла Катю за плечи, прижалась лбом к её виску и начала рассказ.

— Он казался мне лучшим их мужчин.

— Кто?

— Один препод. Дмитрий Валентинович. Курс вёл небольшой и не очень-то важный, однако слухи о нём ходили жёсткие: с первого раза зачёт не сдать, и со второго не у всех получается. Говорили, что может сорок минут мариновать, пока не завалит. Я — влюблённая и восхищённая — только радовалась, мол, смогу насладиться общением. Вызубрила все вопросы, даже сверх того накопала на случай дополнительных. Сижу, млею от его взглядов. Считала, что экзаменатор в восторге от моей эрудиции, а он с каждым ответом всё мрачней и мрачней становится.

— Почему?

— Принцип нарушила. Выучила слишком хорошо.

— Сдала?

— Что?

— Зачёт сдала?

— Не-а… «Приходите в следующий раз». А я даже не расстроилась, ждала новой встречи.

— Ну, ты даёшь! Чем же он так тебя зацепил?

— Хм… Да. Чем зацепил? Он на отца очень похож. И внешне и, главное, выправкой, статью. Взгляд цепкий, как у папы, даже голос. В одном только различие нашлось. Для нашего папы честь и совесть никогда не были пустыми словами, а Дмитрий…

— Приставал?

— Что? Нет! Тьфу, Катька! Ты как всегда, лишь бы опошлить.

— Говори же!

Глаза у сестрёнки приобрели, наконец, привычный тёплый оттенок, хоть какая-то польза от полузабытой глупой истории.

— Не приставал. Мне кажется, он моего романтического настроя не уловил. Когда я во второй раз пришла, взял зачётку, раскрыл и спрашивает: «Вижу, вы опять не подготовились. Идите, позанимайтесь с кем-то из тех, кто получил положительную оценку».

— Взятку ждал?

— Ты-то более продвинутая, смотрю. Я же так и не въехала. Потом девчонки растолковали, сколько и каких купюр нужно было положить, но я никак не могла поверить. Дело дошло до комиссии. Чуть сессию не завалила.

— Короче, получила ты прививку на всю жизнь.

— На всю, не на всю, но в универе больше ни на кого в этом смысле не заглядывалась. Да и на работе. Как говорит моя подруга Ира: не воруй, где живёшь, не влюбляйся, где работаешь.

— Где ещё влюбляться? В интернете? — сестра отстранилась, передёрнув плечами. — Может, в клубы прикажешь ходить? Кого я там найду? Недолго старой девой остаться по вашему с Ольгой примеру.

Сказать Лене было нечего. Да и зачем? Катюшка оживилась, снова стала дерзить и ехидничать, а это куда лучше, чем ледяная отстранённость и пустой взгляд. Преувеличенно бодро начала новую тему:

— Там, кажется, прокисшее молоко оставалось? Пойду, блинов напеку!

— Давай-давай, — снова падая на кровать, буркнула сестрица, на сей раз она свернулась калачиком, уткнувшись носом в стенку, — развлекайся.

Замесив тесто, Лена дала ему отдохнуть, зашла в мессенджер. Обилие сообщений от Ольги удивило. Среди восторгов от чудесной природы, прекрасного обслуживания и приятного общения встречались и такие: «Ты знала, что у брата есть свой сайт?», «Колины фотографии в коротком списке конкурса! Ура!», «Ленка! Загляни по ссылке, не пожалеешь!».

Вот так новости! Николаша-то, оказывается, продвинутый пользователь.

Кто бы мог подумать!

16. Домой. Зачем?

Ольга Озерцова

Как же стремительно пронеслись три недели отдыха! Отправляясь в санаторий, Ольга морально приготовилась томиться скукой и считать дни до окончания смены, и вот всё позади, а она мечтает об одном: задержаться бы ещё чуть-чуть! На день, а лучше на два, а ещё лучше — на три! Так хочется продлить иллюзию счастья! Пускай лёгкий и приятный роман изначально воспринимался не всерьёз. Какой нормальный человек серьёзно отнесётся к флирту между отдыхающей и доктором? Однако именно этот полушутливый настрой, отсутствие малейшего расчёта и надежд превратило их встречи — поначалу как будто случайные — в прекрасные душевные беседы, полные откровений и нежности.

Завтра уезжать! Они расстанутся навсегда. Нужно постараться не испортить последнюю встречу кислым видом и слезящимися глазами. Чудесное приключение закончилось, спасибо судьбе за то, что оно было. С такими мыслями Оля бежала по тропке, ведущей к озеру, где под серебристой ивой стояла «их скамейка». Метров за двадцать сбавила шаг, постаралась выровнять дыхание и даже отрепетировала улыбку. Полюбившийся запах озёрной воды, шелест ветерка в камышах, самозабвенно квакающая лягушка. Всё это Оля будет вспоминать каждую свободную минуту и осенью,