Иней между нашими сердцами - Кира Шелухина

— Дай Бог Вам здоровья и счастья! — воскликнула она, хватая сына и приживая к груди, а я, глядя на них, почувствовала, как меня переполняет радость.

— Ох, что же теперь будет? Ведь господин запретил, — испуганно пробормотала Руфина, входя в дом.

— Все равно, — перебила я, — и мне не нужно ничье разрешение, чтобы помогать людям.

Я, конечно, понимала, что у целительства будут последствия, но не могла допустить, чтобы мать потеряла свое дитя. Когда впереди уже виднелись ворота замка, силы покинули меня, и покачнувшись, я провалилась в темноту…

— Где же господин? — услышала сквозь пелену голос служанки.

— Не знаю, — ответила Руфина, — и никто не знает…

— И что, теперь госпожа умрет?

— Тьфу тебе на язык! — крикнула экономка. — Мы что-нибудь обязательно придумаем.

Я открыла глаза, пытаясь подняться, но тут же застонала, так как даже малейшее движение отзывалось болью.

— Голубушка, как ты себя чувствуешь? — взволнованно поинтересовалась экономка.

— Не волнуйтесь, со мной все будет хорошо, — пробормотала я, видя беспокойство в ее добрых глазах.

— Конечно будет, деточка, — сказала женщина, поднося к моим пересохшим губам кружку с отваром.

Но прошло несколько дней, и я чувствовала, как последние силы утекают из меня, оставляя лишь пустоту и холод. И уже смирилась с тем, что скоро покину этот мир, который был ко мне так не справедлив, и, наконец, снова стану свободной.

— Голубушка, просыпайся, — раздался голос Руфины, нарушая ставшее привычным забвение, из которого все труднее было возвращаться в реальность.

Разлепив тяжелые веки, увидела экономку, рядом с которой стоял коренастый мужчина лет сорока, в потертом камзоле и с мутными бегающими глазами.

— Этот лекарь говорит, что сможет вылечить тебя, — объяснила женщина. — Ведь сможете? — уточнила она, поворачиваясь к нему.

— Да, конечно, — кивнул он, но в его словах совсем не было уверенности.

— Я скоро вернусь, а лекарь пока тебя осмотрит, деточка, — сказала Руфина, оставляя меня наедине с этим странным мужчиной.

Несмотря на то, что он мне совсем не нравился, у меня не было сил возразить. Да и зачем? Все равно он ничего не мог сделать. В прошлый раз каким-то чудесным образом, которому я до сих пор не нашла объяснения, меня вернул к жизни Дрейк, но сейчас его не было рядом, да я этого уже и не хотела.

— Я смогу Вам помочь, госпожа, — повторил лекарь после короткого осмотра, убирая инструменты в саквояж, — но не здесь.

Увидев вопрос в моих глазах, добавил:

— Все, что понадобится для лечения, находится у меня дома, но, боюсь, я не успею привести это вовремя, — обратился мужчина к вернувшейся экономке.

— И как же быть? — обеспокоенно спросила она.

— У нас только один выход — чтобы госпожа поехала со мной, — ответил он.

— Но как же так, — растерялась Руфина, — ведь герцога нет, а я не могу принять такое решение.

— Дело ваше, — пожал плечами лекарь. — Только осталось ей недолго.

— Нет, подождите! — закричала женщина, когда он направился к двери. — Мы согласны.

«И вот опять все решили за меня», — подумала я, но прежде чем смогла что-то сказать, опять погрузилась в забытье…

Когда очнулась в следующий раз, то лежала в деревянной повозке, увозившей меня из замка, а рядом сидели лекарь и Руфина.

— Мы почти на месте, — раздался голос мужчины, хотя с обеих сторон от дороги тянулся лишь густой лес.

Вскоре телега повернула в сторону, останавливаясь в центре небольшой поляны, покрытой ромашками и васильками.

— Почему мы остановились? — спросила экономка, видимо, почуяв что-то неладное.

— Потому что приехали, — раздался ответ лекаря, от которого глаза женщины расширились от удивления и страха.

Но она не успела больше ничего сказать, так как в этот момент из леса вышел высокий мужчина с огненно-рыжими длинными волосами и злобной усмешкой на губах.

— Наконец-то мы встретились, Дарина, — сказал он, подходя ближе и глядя на меня своими необычными глазами, в которых играли огненные всполохи.

— Кто Вы? — пробормотала я, чувствуя, как внутренности сковывает страх.

— Мое имя тебе ничего не скажет, — ответил он. — Достаточно того, что меня знает твой муж.

— Вы его друг? — попыталась предположить.

— О, нет, красавица, совсем наоборот, — сказал незнакомец, скаля зубы в зловещей улыбке, не предвещающей ничего хорошего.

— Я бы хотел получить свою оплату, — вклинился в наш разговор лекарь, если, конечно, он таковым являлся, в чем я теперь очень сомневалась.

— Как ты смеешь перебивать меня, жалкий человечишка?! — зарычал мужчина, вытягивая вперед руку, из которой вырвалось яркое пламя.

Не успела моргнуть, как огонь окутал лекаря, и через пару мгновений от него осталась лишь кучка пепла на обугленной траве. Я открыла рот, задыхаясь от ужаса, а Руфина громко закричала, крестясь и отступая назад.

— Если не хочешь такой же участи, — недовольно предупредил ее мужчина, показывая на то, что осталось от лекаря, — лучше заткнись.

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась я. — Что Вам нужно?

— Ты, — коротко ответил он, хватая меня на руки и начиная изменяться прямо на глазах.

Его кожа стала ярко-красной, словно раскаленный металл, вены вздулись лавовыми потоками, а глаза вспыхнули желтым сиянием адских глубин. Кости затрещали, удлиняясь в стальные хребты, руки вытянулись в крылья из перепонок, усеянных шипами, а из спины проросли чешуйчатые пластины. И вскоре я уже была в когтистых лапах огромного красного дракона, из пасти которого, полной острых клыков, изрыгался огонь. Когда он, взмахнув длинным хвостом, сеющем пепел, с громким рыком взмыл в небо, рассекая широкими пламенными крыльями белые облака, меня вновь поглотила тьма…

Глава 16

Дрейк

Когда мы вернулись в Холодные земли, то, пройдя не более десяти шагов, почувствовали, как земля затряслась под ногами, и перед нами вырос все тот же йотун. Он взмахнул своей дубиной, готовясь нанести удар, когда я достал копию Ларца вечных зим и высоко поднял над головой. Великан тут же замер, переводя испуганный взгляд с меня на ларец. Он, конечно, не отличался особой сообразительностью, но понимал, что сейчас в моих руках находилась судьба его мира.

— Отдай! — загромыхал его низкий, хриплый голос в морозной тишине, от которого едва не заложило уши.

— Отдам, если ты вернешься в Йотунхейм, — сказал я.

Он еще немного постоял, обдумывая мои слова, а потом, видимо, решив, что другого выхода нет, кивнул в согласии, протягивая огромную ладонь. Когда я положил на нее ларец, сразу развернулся и сгинул в снежной завесе так же быстро, как и появился.

— Получилось, — обрадовался Крис, хлопая меня по плечу.

Я вздохнул с облегчение, так как, если честно, не был до конца уверен, что моя