Как найти безымянного фейри - Эй Джей Ланкастер

— Чем ты там занимался?

Его уши замерли на разной высоте.

— Делал брошь. Это помогает мне думать. Превращение в дерево происходит только с тем, к чему ты прикасаешься?

— Нет, — отрезала она. — В твоем саду есть фейри, от которой пахнет яблоками, ты знал?

Он моргнул от такой резкой смены темы.

— Она не должна была пройти сквозь защитные чары.

Жизель оттолкнулась от стены.

— Мое присутствие ее ничуть не обеспокоило, и она сказала, что связь между нами обращена внутрь. Это правда? Я теперь могу касаться людей, не причиняя им вреда?

Он нахмурился.

— Возможно? Когда мы коснулись друг друга в первый раз, произошел выброс накопившейся энергии, и связь между нами изменилась. Если эта же энергия причиняла дискомфорт окружающим, логично, что теперь все иначе.

— Проклятие вернется, если я уйду? — спросила она.

Его тело подалось к Жизель, и он с размаху уперся руками в стену по обе стороны от нее, удерживая себя на расстоянии с видимым усилием. Его дыхание коснулось ее губ, и она ощущала тепло его тела, нависшего над ней, но не касавшегося.

Незрелая часть ее сущности — или, возможно, та ее часть, что отчаянно жаждала прикосновений, — испытывала искушение посмотреть, что произойдет, если она продолжит провоцировать связывающую их магию, но в конце концов разум взял верх. Принцесса положила ладонь на его голое запястье. От этого контакта он резко вдохнул. Дрожь эмоций пронзила ее — паника, страх и магия. Его глаза были дикими, а запах ванили стал настолько сильным, что ощущался на вкус.

— Я все еще здесь. Я не ушла, — произнесла она.

Он осторожно выдохнул, и у нее возникло ощущение, будто опустился занавес, обрывая путаницу чувств. Фейри отступил, споткнувшись.

— Прошу прощения. Ты застала меня врасплох, но теперь я контролирую это.

— Ты будешь вынужден остановить меня, если я попытаюсь уйти? — спросила она, гадая, не заставит ли этот вопрос его снова броситься на нее.

Но хотя он дрожал, его ноги прочно стояли на месте.

— Я больше никому и ничему не позволю управлять собой, — произнес он, и в его голосе прозвучала сталь. — Делай что хочешь. — Вены на его шее напряглись, а зубы показались более острыми, чем обычно. «Если решишь уйти, не предупреждай меня». Жизель готова была поклясться, что именно это молча передавал его взгляд.

Возможно, они действительно поймут друг друга без слов, учитывая странную магию между ними. Принцесса снова прислонилась к стене. Чья бы это ни была мысль — его или ее, — она оказалась дельной: Жизель сомневалась, хватит ли у него силы воли удержаться, если она демонстративно отправится прочь прямо у него на глазах.

— Что ж, прямо сейчас я в любом случае не ухожу, так что, надеюсь, это снимает порыв броситься на меня. — Она осознала, что только что сказала, и вспыхнула.

Фейри не сводил глаз с потолка, но его щеки залил румянец.

— Как скажешь. Такого исхода действительно лучше избегать. — Он сглотнул, и, о Пресвятая Дева, Жизель не могла не уставиться на то, как дернулся его кадык.

Честное слово, — мысленно встряхнула она себя. Прекрати! Ты ему не нужна, да и он тебе не нужен на самом деле, если рассуждать здраво. Это просто магия и твой собственный голод по прикосновениям. Как только вы разберетесь с этой путаницей, сможешь пойти и утолить эту потребность с любым количеством куда более разумных кандидатов.

Эта мысль помогла ей взять себя в руки. Она выдохнула.

— Тем не менее, я отлучусь ненадолго, чтобы выпить с Апфелой.

Он дрогнул, но оговорка, похоже, сработала. Впрочем, это не помешало ему насупиться.

— Зачем?

— Мне ведь разрешено заводить друзей?

Шерсть на его ушах снова встала дыбом.

— Я думал, твой приоритет — решить нашу… проблему, а не шататься по питейным заведениям с флиртующими женщинами.

Значит, Апфелу он все-таки знал. Жизель нашла утешительным тот факт, что он не считал ее опасной.

— Сохранить рассудок, пока я ее решаю — тоже приоритет, и я думаю, небольшое расстояние пойдет нам на пользу, не находишь? — Принцесса подняла бровь, глядя на стену, где на дереве виднелись слабые следы когтей.

Его глаза расширились, и он слегка побледнел.

— А. Разумеется.

— К тому же, у меня не каждый день выпадает возможность походить по пабам фейри.

Он абсолютно замер, словно боясь, что его тело снова дернется помимо воли, если он не сосредоточится на том, чтобы удерживать каждую мышцу. В его голосе звучал тот же жесткий контроль.

— Если тебе так необходимо это сделать, я был бы признателен, если бы ты не распространяла информацию о моем безымянном положении налево и направо, пока обмениваешься любезностями.

— Я не идиотка. Разумеется, не буду.

Он жестко кивнул и отступил с темным всплеском эмоций, который она приняла за раздражение. Лишь выходя из дома, Жизель поняла, что это было вовсе не раздражение. Это была зависть.

15

СТРАННЫЕ ЖЕНЩИНЫ, ЛЕЖАЩИЕ В РУЧЬЯХ



Мыслями Жизель все еще оставалась в коридоре у мастерской Проклятия, хотя ноги уже вели ее по неровной земле к фруктовому саду. Это взаимодействие выбило ее из колеи. Видеть, как проклятие влияет на него, а не на нее, было непривычно и тревожно, пусть принцесса и отказывалась испытывать к нему жалость — особенно из-за его добровольной изоляции. Ей-то выбора никто не давал, ей пришлось отрезать себя от мира, а вот ему — нет. Он мог бы покинуть дом, взять новое имя и ходить по пабам, не будь он так одержим своим врагом. Эта паранойя казалась ей несоразмерной: как его враг вообще прознал бы о нем, когда старого имени никто не знает? Неужели он действительно стал бы искать его спустя столько лет — даже ради обещания золота?

Сначала Жизель подумала, что Апфела ее не дождалась, но на краю сада женщина шагнула из-за березы. В ее глазах мелькнуло удивление.

— Видишь? — Жизель покружилась. — Никто меня не запер.

— Я рада, — сказала Апфела. — Он не предостерегал тебя насчет меня?

— А должен был?

Апфела рассмеялась.

— Нет, уж со мной ты будешь в безопасности. Сюда. — Она взяла Жизель под локоть.

Прикосновение Апфелы не вызвало той дезориентирующей волны эмоций и магической связи, как прикосновения Проклятия, но получать столь непринужденные знаки внимания, идти с кем-то рядом и просто болтать все равно было странно и непривычно.

— Далеко до деревни? — спросила Жизель, но ей было трудно сосредоточиться на ответе. Ходьба отнимала больше сил, чем обычно,