Последний враг - Ольга Баринова

Прежде их силы сливались благодаря браслетам. Теперь между ними не было магической связи. Не существовало пути, по которому лёд мог найти огонь.

Кэйдэн посмотрел на неё, и Эйра кивнула. Они ударили одновременно.

Золотое пламя прошло над полом. Лёд взметнулся навстречу. На мгновение силы могли уничтожить друг друга.

Но не уничтожили.

Лёд подхватил огонь, превратившись в тысячи серебряных птиц. Они пронеслись по храму и врезались в существ Ордена. Белые плащи вспыхнули. Тени заметались внутри ледяных клеток, однако вырваться не смогли.

Эйра сжала пальцы. Серебряные птицы взорвались светом.

От нападавших остался только чёрный пепел.

Роуэн медленно поднялся.

— Значит, для этого вам больше не нужны браслеты?

Эйра посмотрела на Кэйдэна.

— Нет.

— Тогда чем вы соединили магию?

Кэйдэн подошёл к ней. На этот раз ничто не остановило его. Он взял Эйру за руку, и от простого прикосновения по её коже пробежало знакомое тепло.

— Посмотри, — ответил король.

На внутренней стороне их запястий проступили золотые знаки. Не на металле — на коже. Второй, третий, четвёртый, пятый, шестой и седьмой сияли ровным светом.

Восьмой знак вспыхнул последним.

Два сердца, прежде скованные цепью, теперь были изображены рядом. Свободные и всё же обращённые друг к другу.

На алтаре появились слова:

'Восьмая печать восстановлена.

Любовь, умеющая отпустить, не становится цепью'.

Из глубины раздался удар. Последний знак на коже Эйры почернел. Девятый символ — две раскрытые ладони, между которыми сияла чёрная звезда. Разлом доверия по-прежнему оставался открытым.

Алтарь раскололся окончательно. За ним открылась лестница.

Ступени уходили вниз, в невозможную глубину. По обе стороны горели огни, внутри которых шевелились человеческие лица.

Из тьмы поднялся голос магистра:

— Восемь испытаний пройдены. Последние врата ждут.

Кэйдэн обнажил меч.

— Роуэн, оставайтесь здесь.

Начальник стражи выпрямился, несмотря на рану, и Эйра осторожно коснулась плеча Роуэна.

— Защитите храм. Если мы не вернёмся…

— Не продолжайте, ваше величество.

— Вы должны знать, что делать.

Роуэн посмотрел на лестницу.

— Если вы не вернётесь, я спущусь за вами.

— Разумнее будет уничтожить алтарь.

— Разумные решения сегодня пусть принимает кто-нибудь другой.

Кэйдэн мрачно взглянул на него, но спорить не стал.

Эйра подошла к первой ступени. Король остановился рядом и протянул ей руку. Теперь между ними не было ни мёртвого серебра, ни древнего обряда.

Только его открытая ладонь.

Она вложила в неё свою. Вместе они начали спускаться к Последним вратам.

Глава 23

Лестница не имела конца.

Храмовый зал давно исчез над их головами, однако ступени продолжали уходить вниз. Здесь не было ни стен, ни потолка — только бесконечная тьма, наполненная огнями.

В каждом пламени билось человеческое имя.

Одни звучали громко. Другие едва различимо. Некоторые принадлежали умершим столетия назад, но всё ещё звали тех, кто мог их услышать.

— Это души? — спросила Эйра.

— Не совсем.

Кэйдэн коснулся ближайшего огня. Внутри проступило лицо молодой женщины.

— Имя, лишённое человека, — произнёс он.

Пламя метнулось к его пальцам.

Женщина открыла рот.

«Элиза».

Огонь погас. Где-то далеко женский голос с облегчением повторил:

«Элиза».

Эйра сжала медальон матери.

— Безымянный хранил их здесь.

— Каждое имя, которое забрал Орден.

— Тысячи людей.

— Больше.

Внизу вспыхивали целые созвездия. Миллионы золотых точек заполняли бездну.

Эйра вспомнила детей из Белой обители.

«У нас нет имён».

Теперь она понимала: Безымянный не просто пожирал память. Он забирал то, что связывало человека с миром. Без имени жертва становилась пустым сосудом, в который можно было вложить любую волю.

Ступени дрогнули.

Из огней начали вырываться тени. Они принимали знакомые лица: мать Эйры, Роуэн, Лисса, отец Кэйдэна.

— Не смотрите, — сказал король.

— Я уже знаю, что это не они.

— Безымянный тоже учится.

Впереди возникла маленькая девочка в белом платье.

Золотые волосы были испачканы копотью, а на лице блестели слёзы. Девятилетняя Эйра.

— Ты не спасла их, — сказала она.

Настоящая Эйра остановилась.

— Ты повторяешься, Безымянный.

— Ты убежала.

— Придумай что-нибудь другое.

— Ты жила, пока они умирали.

— Да — да.

Девочка протянула к ней руку.

— Отдай мне своё имя. Тогда больше не будет больно.

Эйра опустилась перед ней.

— Боль не делает меня виновной.

Лицо ребёнка дрогнуло.

— Ты могла вернуться.

— И умереть вместе с ними. Но моя смерть не спасла бы их.

— Тогда почему ты всё ещё слышишь их крики?

Эйра коснулась щеки девочки.

Под пальцами оказалась не кожа, а холодный дым.

— Потому что я их люблю.

Золотое пламя охватило призрак. На мгновение маленькая Эйра улыбнулась. Затем рассыпалась светом и влилась в медальон.

Кэйдэн стоял в нескольких шагах от Эйры, и перед ним находился мальчик семи лет. В руках он держал ледяную птицу.

— Мама умерла, потому что ты был слабым, — сказал ребёнок.

— Нет.

— Отец был прав. Король не должен никого любить.

— Отец ошибался.

— Любовь позволила Безымянному проникнуть в тебя.

Кэйдэн опустился перед мальчиком.

— Не любовь. Страх её потерять.

Ребёнок посмотрел на него серо-голубыми глазами.

— Ты всё равно потеряешь.

— Возможно. Но оно того стоит. Поверь, малыш.

Эйра вздрогнула, но Кэйдэн продолжил:

— Всё когда-нибудь исчезает. Поэтому нужно любить, пока оно рядом.

Слова его матери.

Ледяная птица ожила в руках мальчика. Она взмахнула крыльями, поднялась в воздух