Тайное пристанище - Кэтрин Коулc

в край настила, чтобы не потянуться к ней. Это и так будет пыткой — видеть её каждый день в своём доме. Слишком много соблазна. Придётся держать дистанцию.

— Логично, — выдавил я.

Пальцы Фэллон теребили край одеяла.

— Завтра поговорю с Роуз и скажу, что присоединяюсь к подаче документов на опеку. Тогда она или Мила возьмут девочек как куратор дела.

— Что? Почему? — тревога мгновенно пронзила меня. Мысль о том, что моих сестёр будет курировать кто-то другой, вызывала животный страх.

Она посмотрела мягко, спокойно:

— Если я заявитель, это конфликт интересов. Я не смогу участвовать в проверках, интервью — ни в чём.

Я сжал ладонями край настила сильнее, почти надеясь, что дерево рассечёт кожу — этот вид боли был бы проще выносить.

— Понимаю. Просто… хочу знать, что они в надёжных руках.

— И Роуз, и Мила отличные специалисты, — сказала она. — Но я попрошу, чтобы именно Роуз вела дело. У неё мягкий подход. Мила слишком категорична — для неё нет полутонов.

Я скрипнул зубами.

— Ладно. Сколько всё займёт? Проверки, одобрение?

— Дом должен быть готов и пройти инспекцию. Все твои документы уже поданы. Мне осталось закончить свои — сегодня ночью. Это может занять несколько дней или пару недель. Всё зависит от того, как пойдёт процесс.

Меня передёрнуло. Я ненавидел зависеть от кого бы то ни было. Но ещё больше ненавидел ощущение, что кто-то держит мою судьбу в руках. Я всю жизнь старался быть хозяином своей дороги. Только сейчас у меня не было выбора.

— Нам, наверное, и пожениться стоит, да? — спросил я.

Костяшки её пальцев побелели, когда она сжала ткань сильнее.

— Да. Стоит.

Под этими словами скрывалось слишком многое. Там не было радости и не могло быть. Я просил её солгать всему, что она любила.

— Мы могли бы сказать семье правду. Что это фиктивно. Они бы поняли…

— Нет, — перебила она одним словом. — Тогда они станут соучастниками.

Точно так же, как теперь стала она.

Фэллон повернулась ко мне.

— Я хочу это сделать. Для тебя. Для Хейден, Клем и Грейси. Но чем меньше людей знает правду, тем лучше. Мы не можем рисковать. И не имеем права просить их врать.

Я медленно кивнул.

— Хорошо. — Проглотил сухой ком. — А когда всё закончится… что скажем тогда?

Она подняла взгляд.

— Что поняли: нам лучше быть друзьями. И что мы остаёмся в жизни друг друга. И я остаюсь в жизни девочек.

Она сказала это спокойно, как будто не понимала, что этими словами разрывает меня изнутри. Но я заставил себя кивнуть.

— Тогда когда расскажем им? О помолвке?

Фэллон провела языком по губам — её привычка, когда нервничает.

— Сейчас самое время.

Я достал телефон, разблокировал экран и открыл наш семейный чат, который Ро вчера назвала «Средние братья и сестры Начо».

Я: Нужна услуга. Встречаемся сегодня вечером по адресу 389 Каскадия Лейн. Кто-нибудь прихватите Нору и Лолли. И пиццу тоже. Коуп, тебя подключим по видеосвязи.

Коуп: Нет, не подключите.

Я нахмурился, а Фэллон уже что-то быстро печатала на своём телефоне.

Воробышек: Почему ты ведёшь себя как последний придурок?

Коуп ответил фото гор Монарх.

Коуп: Только что приземлился в аэропорту Спэрроу-Фоллс. Линк одолжил самолёт.

Я: У тебя тренировка. Матч на выходных.

Коуп: У меня тренер и владелец команды, который знает цену семье. А Линку лучше помнить, какая семья особенно важна, раз уж он теперь её часть. Нам разрешили летать домой, когда сможем. Я всё равно пока не играю.

Он до сих пор восстанавливался после ранения. Почти выздоровел, но до спортивной формы было далеко. И всё равно прилетел — потому что знал, как мне тяжело.

Я: Не стоило.

Коуп: Хотел сам. И кто-то должен снять на видео, как Грейси или Клем устраивают тебе «салон красоты».

Роудс: Считаю, что лаванда тебе к лицу. Мы с Энсоном заедем за мамой и Лолли.

Трейс: Мы с Элли возьмём пиццу. И нет, ему не лаванда идёт. А барвинок.

Арден: Я горжусь тобой, богач, что ты вообще знаешь, что это за цвет.

Трейс: Перестань говорить со мной, как будто я рэпер.

Шеп: Элли его немного расшатала, но для хип-хопа он всё ещё не годится. Мы с Теей возьмём десерт — у неё остались из The Mix Up.

Я: Спасибо. Всем.

Арден: Хватит нежностей, ты меня пугаешь.

Я усмехнулся и набрал новое сообщение.

Я: Тогда подарю твоим близняшкам мотоциклы на шестнадцатилетие. Так лучше?

Арден: Кайлер Блэквуд, я лично помогу Фэллон заложить бомбы с блестками в твою машину, Blackheart Ink, Haven и твою вонючую квартиру.

Sparrow: А у меня как раз есть розовые единорожьи бомбы с блестками, давно жду случая их применить.

Я поднял глаза на Фэллон.

— Не посмеешь.

На её губах заиграла дьявольская улыбка.

— Рискни проверить.

— Твоя мстительность слегка пугает, — пробормотал я.

— Спасибо.

— Это не комплимент.

Она встала, стряхивая с плеч одеяло.

— А я всё равно приму его как комплимент.

* * *

Когда семейство Колсонов обрушилось на мой дом, начался настоящий хаос. Кили выскочила из внедорожника Трейса и, визжа, бросилась ко мне. Я легко подхватил её на руки.

— Ну как моя девочка Кили?

Она приложила ладошки к моим щекам.

— Дядя Кай, это твой дом? Он как настоящий замок!

— Мой, — подтвердил я. — Нравится? — пытаясь понять, приглянулся бы он и её подруге Грейси.

— Кай-Кай, я сказала, что он как замок. Я обожаааааю его!

Я рассмеялся и поставил её на ступеньки.

— Рад, что получила одобрение.

На крыльцо поднялись Элли и Трейс, у него в руках — башня из шести коробок с пиццей.

— У тебя, оказывается, есть дом, о котором ты нам не говорил?

— А ты, значит, говорил, что строишь свой? — парировал я.

Элли похлопала мужа по груди:

— Тут он прав, шериф.

Трейс нахмурился:

— Если бы я сказал вам, вы бы проболтались и испортили сюрприз для Кили.

Следом по дорожке шёл Шеп с Теей — оба несли по паре коробок с выпечкой. Но он смотрел только на дом.

— Новая постройка. Лет пять-семь, не больше. Ты купил его недавно?

Я покачал головой, зная, что этим сам выдамся и подтвержу легенду, которую мы с Фэллон начали выстраивать.

— Я построил его лет семь назад.

Шеп застыл.

— Ты построил дом и не дал сделать работу мне?

Роудс тихо присвистнула, поднимаясь по ступенькам с Энсоном. За ними шли Нора и Лолли.

— Теперь тебе не отвертеться, Кай-Кай.

— Простите, — пробормотал я. — Не хотел, чтобы кто-то знал.

Ответ