Камеристка - Дина Зарубина

— Почему нет? Бедная девушка должна заботиться о своем будущем.

Хотелось им сказать, что герцогиня дре Паму стоит перед ними, но пришлось прикусить язык. У меня там от частого прикусывания уже мозоль образовалась. И вообще, мне некогда. Сегодня я планировала поговорить о карликах. Очень мягко, максимально тактично, не вызвав гнева скорой на расправу принцессы.

— А что не так? При каждом дворе, при каждом знатном семействе служат карлики, — удивилась Эбби. — Я их очень люблю!

— Монарх рядом с карликом кажется воплощением совершенства, даже если сам не удался ростом или фигурой, — добавила Лилиан. — Карлики-шуты веселят короля, высмеивают придворных, их даже боятся, потому что они все говорят в глаза. Кто еще скажет правду монарху в лицо? Им многое прощается.

Я смущенно покашляла. Как-то не задумывалась о том, что глашатай правды должен быть маленьким и смешным, чтоб доносить факты до власть имущих.

— Чтоб долго продержаться при дворе, карлик должен быть образованным и очень умным, — добавила Эбби. — Просто невежественный уродец не настолько интересен.

— Но… хорошее образование — это ведь долго и дорого! Даже девушки учатся в пансионе по восемь-десять лет!

— Да, образованных людей мало, — согласилась Эбби. — Меня учили управлять страной с шести лет. Ежедневные уроки с восьми утра до пяти вечера. Конечно, с перерывами на еду, физические занятия, краткий дневной сон.

— Вы незаурядная девушка, ваше высочество. Я себя чувствую иногда такой глупой.

— Большая часть министров так себя чувствует рядом со мной, — отмахнулась Эбби. — Вот они все у меня где! Со своими мелкими делишками, интригами, вечной мышиной возней возле трона. Ладно бы, о стране заботились, так все о своем кармане.

Я снова прикусила язык. Видели мы эту Манкою, пустыня пустыней. Зато искренне и бескорыстно.

— Но кто же станет править, когда… простите, ваш батюшка не молод.

Эбби помрачнела.

— Кузены идиоты, какого ни взять, — вздохнула она. — Дядюшка наплодил четверо сыновей, отец ему этого не смог простить и сослал, а кузенов при дворе воспитывал. Надеялся, что станут ему опорой и подмогой. Но они безголовые совершенно, как жеребята. Бегают, играют, смеются, за юбками гоняются.

— Эбби, — Лилиан положила руку на запястье принцессы и показала глазами на меня. Напомнила об осторожности. Наверное, не часто принцессе приходилось откровенничать. Да еще с представителем чужой страны.

Конечно, пришлось принести клятву молчания. Зато мне отдали лабораторные журналы брата Торанса. В них вцепился Геор и Крокс.

Я связала из золотой нити шлем для Лилиан, закрывающий лицо. Не знаю, как будет работать, но смотрелось даже загадочно, этакая сетка на лице, скрывающая ожоги. Не удивлюсь, если в моду войдет. И золотой нарукавник от запястья до локтя, Лилиан защищала глаза и пламени.

Заклинания начитывали все впятером над булькающим котелком с отваром. Геор предложил кипятить не в воде, а в отваре трав, благоприятно действующих на кожу и волосы — календулу, крапиву, ромашку, мяту. Благо, этого добра хоть возами вози. И попить укрепляющие настои полезно. А Крокс предложил читать хором. Есть же понятие «боевая звезда магов», значит, впятером эффективнее! Принцесса согласилась, что хуже точно не будет.

Лично я считала, что начитывай хоть в сто глоток, толку не будет. Из нас только Геор маг, и то слабенький. Остальные бездарны, хотя это как раз естественно.

В Фалезии маги тоже не на каждом углу встречаются и даже не в каждом городе. Одаренных ищут, проверяют всех детей, достигших десяти лет. Руту в пансионе тоже проверяли, она в письме писала с восторгом, что ждут комиссию. А потом прислала мокрые тряпочки, насквозь заплаканные. Я тогда позлорадствовала. Меня тогда патер Корелли сам проверил и огорченно развел руками. Не дано.

В Манкое теперь мага днем с огнем не сыщешь. За время бесед с принцессой и Лили я выяснила, что начал это истребление магов патер Доминик. Принцесса тогда двенадцать было, и ее второй раз проверили на магию в крови. Патер очень ловко подвел к тому, что раз у принцессы королевской крови нет, значит и другим незачем. Боги-то зря свои дары не раздают? Значит не надо им этого! Лучше, чем принцесса вообще девочки нет. Сыграл на болезненном самолюбии и тщеславии принцессы. Она с детства боролась за лидерство с кузенами. И очень плохо переносила чужие таланты. Сам патер Доминик боролся с конкурентами, будучи неплохим менталистом. Но хотел быть — единственным.

Божественная сила должна принадлежать служителям богов, разве нет? Кто более достоин?

За пять лет патер Доминик добился запрета магии, казни одаренных, и вырастил ищеек храма. Ее высочество ничего плохого в этом не видела. Патер же! Неустанно борется с неугодным богам извращением жизни, это его прямая задача. Что советы дает, так это тоже нормально, он же духовный пастырь, она его с детства знает! Патер плохого не посоветует. Для принцессы патер был личностью неприкосновенной и священной. Тут принцесса была поразительно слепа в своей убежденности.

К тому же патер ее баловал, разыскивал и доставал редких карликов. Ловил и уродовал людей, но в это принцесса тоже бы не поверила.

Надеюсь, путешествие по опустошенной земле хоть немного раскроет ей глаза.

После нашего доморощенного ритуала, когда сетка остыла, мы ее надели на Лилиан. Геор посоветовал не снимать ни днем, ни ночью. На висках, над лбом, на подбородке закрепили кристаллы Бландуса.

Патера мы больше не ждали, он отписал, что занят государственными делами и обещал приехать к свадьбе. Больше в монастыре делать было нечего, и мы его покинули.

Монашки провожали нас со слезами радости на глазах.

— Мне надоело ехать верхом и в карете, — капризно заявила принцесса на привале.

— Но маршрут, — попробовал возразить граф Гарбон.

— Первым делом потребую у короля вашего смещения, — заявила Эбби, гневно раздувая ноздри. — Вы возмутительно некомпетентны! Если я желаю продолжить путь на корабле, то так тому и быть!

— Как прикажете, — сдался граф. Желание придушить принцессу крепло в нем с каждой лигой. Бедный Рафаэль, бедный Эрмерих, бедная Фалезия!

Два корабля с королевскими штандартами нас уже ждали. Петлястая, но судоходная и глубокая Тедрава принесет нас к Амбеле, хоть более кружным и долгим путем. Кажется, принцесса не торопится к жениху?

Я восприняла пересадку на корабли равнодушно. Чай, не сказочные драконы.

Меня больше волновало, как встретит Рафаэль свою нареченную при живой жене. Я тут подвергаюсь опасностям, влипаю во всякое-разное, а он отсиживается в комфортабельной тюрьме с трехразовым питанием, крахмальным постельным бельем и улыбчивыми молодыми надзирательницами? Да как он смеет?

Вечером у костра вдруг неожиданно возникший менестрель Кристиан рассказывал сказку