А он был женат - Саша Киндер

Ярик это почувствовал, усмехнулся и решил ещё и хмыкнуть из вредности. Да, настрой у него сегодня был ехидным, бойким и насмешливым.

— Простите, моя госпожа, — прыснул, — молю вас меня простить и даю возможность отомстить в любое время дня и ночи, когда вы без предупреждения представите меня кому угодно.

Да?! Замечательно! Так и было задумано!

— Забились, — пожала ему руку, — это было твоими словами, поэтому едем в следующее свидание кое-куда. В волшебное место с волшебными людьми.

Мужчина растянул губы в улыбке. Не боится неизвестности? Я бы боялась, если бы догадывалась, что меня ждёт знакомство с его родителями. Хотя и сейчас больше волновал сам перелёт, а не то, что с нами будет парочка людей тридцати лет. Не думаю, что Ярик позволил бы себе друзей не похожих на него.

— Уже жду и готовлюсь к волшебству, — сбить его прекрасный настрой было невозможно, — как насчёт перекусить перед перелётом?

— Нагетсы? С картошечкой, — сощурила глаза.

Мужчина довольно покивал.

— И большой вредный бургер, — подтвердил, — ты знала, что презервативы только в ручной клади нужно перевозить? — топ неожиданных переходов от него, — в багаже нестабильная температура — латекс портится.

Ладно, я тоже ему романтично про хлорку в прошлый раз рассказывала. Он всё мстил мне за размер ноги и резиновую шапочку на уши. А ещё сам себе за то, что в прошлое свидание вечером снова не смог приехать — написал, что работы слишком много, как и в остальные дни. Он много всего сделал заранее, мы же покидали город на целые два дня.

— А там не продают? — приспросилась ради интереса.

Вроде как подтверждая тот факт, что мы приблизились к тому вечеру, когда переспим. Мне нравилось то, что мы оба были честны и открыты. Шутки шутками, но наши отношения это точно улучшит и сблизит.

— Ехать до магазина долго, я постарался запастись на два дня, — продолжал хохмить.

— В каком количестве, позволь поинтересоваться? — меня потрясывало от смеха, — вся ручная кладь?

Я указала себе за спину на его чёрную непроницаемую сумку с вещами. По объёму там было не так уж и мало всего.

— Багажник, — этот клоун перевёл сверкнувший взгляд от дороги, — приедем, примемся пересыпать к тебе в рюкзак.

Я от него отвернулась. Обычно в отношениях все хохотали с моих глупостей, а не наоборот. А у нас в паре будет сразу два клоуна? А кто тогда отвечает за серьёзность?

— Или у тебя нет места и всё тоже ими забито? — он напомнил мне о том, что именно я недавно зазывала его к себе на новую порцию пельменей, — знаешь, я ощущаю себя подростком при общении о подобном. Будто как раз взрослые люди не должны шутить о чём-то действительно взрослом.

Я пожала плечами. У меня таких ощущений не было, я всегда говорила, что думала. Меня родители этому учили — они были такими же. Делать и говорить то, что не хочешь, нужно было людям, желающим выдать грубость или ложь. Остальные вполне себе обходились правдивыми и добропорядочными беседами со смехом про количество презервативов на две ночи.

— Мне нравится то, как ты шутишь и о чём рассказываешь, — взглянула ему в глаза, — при мне можешь шутить хоть по-детски, если тебе нравится.

После этого мы едва не въехали в ворота аэропорта, потому как Ярик подвис при взгляде на меня. И столько у него было благодарного восхищения в глазах, что мне пришлось ткнуть его в щёку, поворачивая его голову в прямое положение, после чего отворачивать от себя дважды, пока мы парковались.

— Зато умрём как в сказке в один день, — остановился и счастливо схватил мой розовый рюкзак мужчина.

Я такого рвения не поняла, отобрала у него его сумку и выпрыгнула на асфальт, делая это быстрее него.

— Ира, отдай! — вышел и закатил глаза Ярик, — уж сумку я способен за тебя понести.

Я протянула в его сторону большой палец вверх и ответила не менее эмоционально:

— Взаимно, Ярь! Я девушка, а не… сама, короче, могу! — пришлось возвращаться в салон, где снова на консоли меж сидений исчез мой телефон, — ты бумажник не будешь брать?

Мужчина повис на пассажирской двери, внимательно заглядываясь на то, как я копаюсь, стоя коленкой на сидении.

— Буду, подавай, — его голова очутилась на сложенных руках, — и ещё что-нибудь там поищи. Мне нравится разглядывать торчащий край твоих трусов.

Цокнула, подала ему найденное и отобрала дверь, которую сразу же и закрыла.

— Это боди, так что не радуйся особо, — поправила волосы, — и не предлагай мне обмен на показ белья друг другу. Ты вечером мне явно устроишь дефиле.

Угадала! Не зря он так во все тридцать два блистал.

— Поверь мне, трусов ты не увидишь, я планировал показ без них, — тут он прочистил горло и добавил, — так что зря отказываешься. Я вот, например, хочу удостовериться в правильности ткани, подобранной тобой для подобных мест! Так что дай пощупать, снимай штаны.

С розовым рюкзаком на плече он выглядел ещё более комичным, потому и получил всего один раз по плечу, прежде чем склонился к моему лицу и нежно коснулся губ, разливая по всему телу тепло и каплю огня. Я специально встала на носочки, прижимаясь к нему сильнее — он отреагировал сразу и углубил поцелуй.

— Кхе-кхе, — нас остановил мужской голос, — предположения подтвердились. Эти два дня ты не отлипнешь от неё ни на миллиметр, Яр.

Я не успела посмотреть на источник прохладной насмешки, в то время как Ярик уже успел ответить:

— А я отрицал? — он всё же отобрал у замедленной меня свою сумку и кивнул своему другу, стоящему в паре метров от нас, — долго нас ждёте?

То, каким холодным и строгим при этом стало его лицо, сперва меня позабавило. А после того, как я начала разглядывать эту парочку, резко возник дисбаланс. И это друзья весёлого и милого Ярика?

Перед нами стоял холодный и строгий обёрнутый в чёрный плащ мужчина, безэмоционально разглядывающий меня. По взгляду было понятно, что я ему не просто не понравилась, а вызвала лёгкую непонимающую брезгливость. Он определённо был тем, кто не будет радоваться домашним пельмешкам или отбирать у девушки розовый рюкзак — справа от него стоял чёрный матовый чемодан, а слева такая же бледная и высокомерная девушка лет восемнадцати со своими вещами. Они даже на первый взгляд были далеки друг от друга по возрасту и восприятию жизни. Просто небо и земля, разница в годах была минимум лет пятнадцать.

— Достаточно, —