Злодейка для генерала драконов, или Развод (не) гарантирован - Любовь Песцова

Лишь леди Оливия, которая недавно официально заняла должность моей фрейлины, бросила на меня взгляд, в котором скользил вопрос. И только дождавшись кивка, грациозно и неспешно удалилась.

— Чай будешь? — Спросила я.

А что? Я воспитанная, между прочим. Иногда. Когда есть настроение.

— Отравлен?

— Если бы, — горестно вздохнула я. — Яда нет. Дефицит, — пожаловалась я. — Но я буду искренне надеяться, что ты порежешься о скол на чашке и истечешь кровью.

Адам по-птичьи склонил голову, изучая меня.

— Я мог допустить, что ты на меня обижена, поэтому ведешь себя… своеобразно. Но твои действия, Алиенора. Все это выходит за рамки. Кто ты такая?

Наверное, нужно было испугаться. Но не получалось. Этот товарищ и так мне добра не желает. Если бы была возможность потащить меня на костер, он бы с удовольствием это уже сделал.

— А какие есть варианты? — Усмехнулась я.

— Не самые хорошие, — признал он.

— Я — это я, — вздохнула я. — Подумаешь, разум проснулся. Бывает с лучшими из нас. Можешь считать, что на меня в детстве злая колдунья наложила проклятье истеричности. А в империи его сняли. Вот и весь секрет.

— Таких проклятий не существует.

— А тебе откуда знать? Ты ведь не маг.

Адам покачал головой, но ничего не сказал.

Ну и ладно. Мне же лучше.

— Что ты здесь устроила?

— А что? Не могу благотворительностью заняться? В твои дела не лезу, палки в колеса не вставляю. Тихо, мирно пытаюсь собрать денег на сиротский приют. Один всего лишь, прошу заметить. Хотя в идеале потом практику на другие регионы распространить. Нужно об этом с леди Оливией поговорить…

— Ты должна была ее уничтожить, а не делать личной фрейлиной.

— Знаешь поговорку про то, что врага нужно держать ближе друзей?

— Нет.

— Советую узнать.

— Советую думать, прежде чем говорить.

Все это время Адам не повышал голос. Не угрожал. Говорил нарочито спокойным тоном. Таким, от которого холод до костей пробирал.

Будь на моем месте реальная Алиенора или любая другая местная девочка, она бы начала подчиняться после первого предложения.

Увы, Адаму не повезло. В тело Алиеноры попала не наивная студентка, не нежная девочка-одуванчик, а отбитая журналистка, которая в прошлой жизни прошла через ад и мало чего по-настоящему боялась.

Он какое-то время давил взглядом, а потом понял, что на меня его гляделки не действуют, и протянул руку.

— Милостыню сегодня не подаю, — выпалила я.

Адам коротко хмыкнул.

— Ты совсем бессмертной себя возомнила?

— Не совсем. Но что-то вроде того.

— Я уже начинаю думать, что тогда не стоило давать тебе противоядие. Тихо закопать и сказать что сбежала.

— И вступить в полноценную войну с империей, — закончила я за него. — Не пытайся сделать вид, что ты не такой же заложник ситуации, как и я. Твоя власть не безгранична, Адам. И не нужно думать, что ты сможешь запугивать меня так же, как раньше. Как ты вовремя заметил, я уже не та Алиенора.

Он какое-то время молчал, все так же пугающе спокойно изучая меня. А потом ему надоело ждать, когда я обопрусь на предложенную мне руку.

Адам шагнул ко мне, его пальцы сомкнулись на моем запястье. Он дернул так, что я вскрикнула и влетела в его объятия.

Одна рука легла на мою талию, а другая придержала подбородок, заставляя смотреть только на него.

— Когда тебе предлагают руку, нужно на нее опереться. Иначе я могу посчитать тебя невежливой.

— Какой ужас. И что же я тогда буду делать?

Очевидный сарказм в моих словах дошел до адресата, но какой-то реакции не вызвал.

— Давай прогуляемся, Алиенора. Я хочу кое-что тебе показать.

Не то чтобы у меня был особый выбор. Он насильно уложил мою руку на свое предплечье. Причем сжал так, что становилось понято — малейший намек на сопротивление, и на запястье останутся новые синяки.

Ладно. Можно и прогуляться. Надеюсь, он меня не в пыточный подвал поведет.

Хотя, наверное, не стоило так соглашаться на подобный променад.

Когда-то коллега из отдела криминальных новостей дал мне совет, который я запомнила на всю жизнь. Он звучал так:

«Если на тебя напали, никогда не позволяй увезти себя в другое место. Кричи, бей, кусайся, делай все, что угодно. Даже если тебе буду угрожать пистолетом, не садись в машину. Потому что если ты позволишь вывезти себя в безлюдное место, шансов выжить почти не останется».

Мне бы вовремя вспомнить эти золотые слова. Но любопытство пересилило.

Променад с Адамом вышел увлекательным. Хотя бы тем, как на него окружающие реагировали.

Если нам по пути кто-то попадался, этот кто-то шустро сворачивал со своего изначального маршрута. В итоге мы шли по пустым коридорам. И вовсе не в подвал, а очень даже на крышу.

— Зачем мы здесь? Сбросить меня отсюда решил?

— Было бы неплохо, но нет, — улыбнулся Адам. — Тебе стоит кое-что увидеть.

Он подвел меня к краю и указал направление, куда мне следовало посмотреть.

Я уловила отдаленный гул уже давно, но только сейчас смогла понять, откуда он исходит.

На одной из улиц города толпа из пары сотен человек шла по городу. И явно не за моими пирожками.

Черт. Нехорошо. Как там Террин с другими детьми? По идее местные беспризорники должны быть умными и не высовываться во время таких событий.

— Что ты видишь, Алиенора?

— Стандартный погром, — пожала я плечами. — По какому поводу?

— Догадайся, — хмыкнул Адам. — Людям не нравится, что Империя наводит здесь свои порядки. Сейчас регулярно происходят погромы, беспорядки, диверсии. Тот взрыв на складе был далеко не единственным. Про остальные тебе просто никто не рассказал. И знаешь, сейчас революционеры могут жалеть добрую королеву, которую держат в заложниках злые имперцы… А могут поднять ее на вилы за то, что сдала их страну чужакам.

— Забавно. И кто же их направит?

— Мир не без добрых людей. И не без сильных лидеров. Ты когда-то спрашивала, какие у меня на тебя планы. Так вот, они могут в любой момент измениться, помни об этом.

— Могут, — кивнула я. — Могут измениться сейчас. А могут после того, как ты осуществишь свой план.

— Что ж, ты права. Доверять мне на слово не