В главной роли - Райан Кендалл

Я смотрю ему прямо в глаза.

— Она не проблема.

— Ладно, — Бреннан отступает, подняв руки в примирительном жесте. — Но не говори, что мы тебя не предупреждали.

Трей пытается разрядить обстановку, одаривая меня ухмылкой.

— Или ты мог бы просто пройти пятый этап и выйти из игры легендой.

Но я его не слушаю.

Потому что да, я мог бы просто бросить все. Мог бы списать все на неподходящее время, на то, что девушка не готова, да на что угодно.

Но мысль о том, чтобы оставить ее?

Она просто разрывает меня на части.

Мне не нужно то, что дается легко.

Мне нужна она. Энди.

И как раз в тот момент, когда я собираюсь открыть рот и сказать хоть что-нибудь, на станции с воем оживает сирена.

Всем свободным расчетам, прибыть к началу тропы Кэмп-Браун. Найден пропавший турист, тяжелая травма голени, требуется эвакуация.

Адреналин зашкаливает.

— Погнали, — рявкаю я, уже срываясь с места.

Трей и Бреннан бегут следом; тяжесть нашего разговора пока отодвинута на задний план.

Потому что где-то там кого-то нужно спасти.

И прямо сейчас это единственное, о чем я могу думать.

* * *

Дорога до начала тропы пролетает быстро, но мои мысли все еще на станции, я прокручиваю в голове каждую деталь.

Энди. Ее толстые стены. Ее дурацкое «я в порядке», когда совершенно очевидно, что это не так.

К тому моменту, как мы подъезжаем, я уже на взводе и готов к действию. Ну, или к драке.

— Похоже, поисково-спасательный отряд уже здесь, — говорит Бреннан, кивая в сторону группы людей, собравшихся у входа на тропу.

Замечательно.

Мы выпрыгиваем из машины, хватаем носилки и медицинское снаряжение. Один из рейнджеров машет нам рукой, подзывая к себе.

— Около полутора километров вглубь леса, — сообщает он. — Здоровый парень. Поскользнулся, жестко приземлился, похоже на перелом большеберцовой кости. Нам нужна помощь, чтобы его вытащить.

— Без проблем, — бормочу я, поправляя лямки снаряжения.

А затем я вижу его.

Джека.

Отлично. Этот мужик вел себя как мудак, когда мы в последний раз работали вместе. И я совершенно не в настроении повторить этот опыт.

Джек стоит на краю поляны и разговаривает с другим спасателем так, словно он здесь главный.

Услышав наши шаги, он поворачивается, и его взгляд останавливается на мне.

— Коул. — Он кивает.

— Джек, — напряженно отвечаю я.

Трей и Бреннан переглядываются, уже готовясь к худшему.

Мы идем за группой в лес, и каждый шаг кажется тяжелее, чем должен быть.

Когда мы добираемся до туриста, все оказывается так плохо, как нам и говорили. Парень огромный, морщится от боли, его нога вывернута под неестественным углом. Мы быстро приступаем к работе: накладываем шину, стабилизируем состояние, готовим к эвакуации.

Но Джек? Он держится слишком близко. Все время путается у меня под ногами.

А я совсем не в настроении терпеть его закидоны.

— Ты там справляешься? — спрашивает он, как будто не видит, что мне достаточно одной искры, чтобы взорваться.

— Вполне, — огрызаюсь я.

Трей вскидывает глаза.

— Коул.

Я его игнорирую.

Джек подается вперед, чтобы помочь поднять носилки, и я смещаюсь ровно настолько, чтобы преградить ему путь.

— Я сам.

Он вздыхает.

— Дело не в тебе, парень. Мы здесь ради него.

— Да что ты говоришь, — огрызаюсь я в ответ. — Но, может, тогда перестанешь вести себя так, будто ты спаситель всего человечества.

Джек выпрямляется с жестким взглядом.

— Если есть проблема, то так и скажи.

— Может, и есть.

— Коул, — предупреждающе произносит Бреннан.

Но я еще не закончил.

— Хочешь контролировать людей — пожалуйста. Хочешь играть в героя — вперед. Но не думай, что я не вижу тебя насквозь.

Джек делает шаг ближе.

— Ты ни черта обо мне не знаешь.

— Я знаю достаточно.

Турист стонет, шевелясь, и рейнджер рявкает: — Эй! Соберитесь. Нам нужно закончить эвакуацию.

Трей вклинивается между нами, отталкивая меня назад.

— Сейчас не время и не место для выяснения отношений.

Бреннан хватает Джека за руку.

— Разберетесь со своими претензиями друг к другу позже. Сейчас у нас есть работа.

Тишина.

Тяжелая.

Я с шумом выдыхаю и отступаю.

— Пошли.

Мы поднимаем пострадавшего вместе, потому что должны.

Но каждая мышца в моем теле по-прежнему напряжена.

И пока мы тащим парня по тропе, я чувствую на себе пристальный взгляд Джека.

Плевать. Что бы там ни думала обо мне Энди, я не обязан со всеми дружить.

Глава двадцать первая

ЧИТАЯ ЗНАКИ

Энди

Трава под кроссовками влажная, пока я иду между надгробиями, сунув руки в карманы толстовки. Я прихожу сюда, когда мне нужно выдохнуть. Когда мне нужно вспомнить, что я не так одинока, как иногда кажется.

Имена родителей высечены на граните, знакомые и в то же время чужие. Джеймс и Клара Каллахан.

Я опускаюсь на корточки, смахивая несколько случайных листьев; горло сжимает спазм.

— Привет, — бормочу я. — Давно не виделись.

Я провожу пальцами по гладкому камню, обводя даты, которые знаю наизусть.

— Я даже не представляю, что бы вы сказали, будь вы здесь, — шепчу я. — Гордились бы мной? Или велели бы перестать быть такой занозой в заднице?

Я пытаюсь улыбнуться, но выходит слабо.

— Это был тяжелый год. Я все думаю, что станет легче, но кажется… чем больше времени проходит, тем труднее…

Я тереблю край рукава.

— В любом случае, все меняется. Не уверена, что готова, но это так. Я кое-кого встретила. Ну, не то чтобы встретила. Он просто появился рядом. И он… не такой, как я ожидала.

Я качаю головой, и слабая улыбка касается моих губ.

— Этот парень бы вам понравился. Чертовски упрямый, но заставляет меня смеяться. И его не так-то просто напугать.

Улыбка меркнет, сменяясь знакомой тяжестью в груди.

— Я не знаю, смогу ли. Впустить кого-то. Я так долго просто… выживала.

Слезы текут, тихо, но непрерывно.

— Как бы я хотела, чтобы вы были здесь. Как бы я хотела, чтобы мне не приходилось разбираться со всем этим без вас.

Я сижу так еще минуту, позволяя ветру трепать мои волосы, а тишине — сомкнуться вокруг меня.

Но затем я слышу шаги за спиной, и все меняется.

Я оборачиваюсь, и это Джек.

Он стоит в нескольких метрах от меня, сжимая в руке кепку; на лице удивление, которое тут же сменяется нежностью.

— Привет, Энди.

Я медленно поднимаюсь.

— Что ты здесь делаешь?

— Навещаю, — просто отвечает