Чертовски неправильный мужчина - С. Р. Джейн

Но бег после целого дня танцев, долгой дороги до арены и обратно через миллион лестниц?

Самоубийство.

Однако сейчас мне казалось, что эта боль того стоила. Прихрамывая, я шла к общей приютской ванной. Мыслями я все еще находилась на игре – вспоминала, казалось, каждый взгляд Кэмдена, который он бросал на меня.

Возможно, новая нога мне и не нужна. Возможно, мне нужен лишь он – Кэмден Джеймс. Я начинала верить, что он – идеальное обезболивающее. Одна мысль о нем приглушала боль.

Я толкнула дверь в ванную – хотела умыться перед тем, как пойти спать. Флуоресцентные лампы мерцали над головой, в нос ударил резкий запах хлорки и затхлых полотенец. Я вошла, глаза привыкли к тусклому свету, и…

У раковин сидела девушка, на пару лет старше меня, со шприцем в вене. Ее глаза расширились, зрачки сузились до булавочных головок, когда наши взгляды встретились.

– Черт, – вырвалось у меня, и я инстинктивно развернулась к выходу. Как она вообще пронесла это сюда? Наркотики в приюте под строжайшим запретом, и я не сомневалась, что ее быстро вычислят. Но я не собиралась вмешиваться во все это.

Не успела я дотянуться до двери, как она набросилась на меня, словно загнанный зверь, с перекошенным от страха лицом.

– Только попробуй кому-то рассказать! – прошипела она, впиваясь грязными ногтями в мою руку.

Я попыталась оттолкнуть ее, но она оказалась сильнее, чем я думала. Ее кулак врезался мне в ребра, вышибая воздух из легких. Я пошатнулась, спиной ударившись о холодную кафельную плитку. Она дернулась вперед, кулаки вспышками мелькали в воздухе, а я едва успевала прикрывать лицо. Один из ударов скользнул по руке и пришелся по челюсти – боль пронзила череп.

– Хватит! – выдохнула я, отбиваясь. – Я никому не скажу! Просто остановись!

Но она уже не слышала. Охваченная паникой и яростью, она швырнула меня к раковине. Я ударилась затылком о край – меня ослепила боль. Все перед глазами поплыло, звуки доносились будто сквозь толщу воды.

Последнее, что я успела разглядеть перед тем, как потерять сознание, – ее испуганные глаза за секунду до того, как все растворилась во тьме.

Я медленно моргнула, простонав – даже поднять веки было больно. В ушах звенело, и прошла пара секунд, прежде чем я поняла: это гудят лампы над головой.

Я все еще лежала на полу в уборной, не представляя, сколько времени прошло. Видимо, недостаточно, чтобы кто-то из персонала начал обход. Но если войдут и увидят меня в таком состоянии, сразу решат, что я сделала здесь что-то запрещенное.

Как та девушка… которая просто бросила меня здесь.

С трудом поднявшись, я почувствовала, как к горлу подступила желчь. Комната закружилась перед глазами. Пришлось снова опуститься на колени, чтобы прийти в себя. По лицу текло что-то липкое и теплое. Я скривилась, коснувшись рассеченной брови. Ладонь была в крови. Я чувствовала металлический запах крови при каждом вдохе. Раны на голове всегда кровоточат сильно, верно? Значит, скорее всего, у меня просто легкое сотрясение.

Глубоко вдохнув, я поднялась на ноги, пошатываясь, подошла к раковине, чтобы смыть кровь и добраться до кровати.

Черт. Я выглядела как девчонка из массовки из фильма про зомби.

Светлые волосы слиплись, окрасившись в розовый. По лбу от пореза растеклись алые разводы, струйки спустились на шею.

Дрожащими руками я открыла кран. Ледяная вода резанула кожу. Я плеснула ее на лицо, смыв засохшую кровь. Боль в голове вспыхнула с новой силой, но я стиснула зубы. Нет времени возиться со всем этим.

– Давай же, – прошептала я себе, с силой оттирая кровь с кожи. Вода стала розовой. Я схватила горсть бумажных полотенец, прижала к ране – хоть какая-то помощь. Идеально? Нет. Но сойдет.

Еще раз взглянула на свое отражение. Все еще ужасно, но теперь хотя бы менее пугающе. Я плеснула воды на волосы, пытаясь смыть кровь. Головокружение никуда не делось, но я заставила себя выпрямиться.

Когда я вышла из уборной, свет в общем зале уже приглушили. Ноги подкашивались. Я шла, опустив голову, стараясь не привлекать внимания, мимо рядов спящих женщин и детей. Пожилая женщина со шрамом на щеке приподнялась, уставившись на меня пустым взглядом.

Спустя целую вечность я рухнула на свою койку, натянула тонкое одеяло, пытаясь унять дрожь. Голова пульсировала, но я хотя бы не лежала на полу в этой чертовой уборной.

Глаза закрывались сами – я должна была сделать все, чтобы оставаться в сознании, потому что знала: после травмы головы еще несколько часов нельзя спать. Но сегодня я не хотела сопротивляться темноте под веками. Сотрясение или нет.

Завтра разберусь со всем.

Или не проснусь.

Может, и неплохо – больше не чувствовать боли. Вот только Кэмдена я больше не увижу. От этой мысли сердце сжалось.

Каждый день я пыталась быть сильной и позитивной, твердила себе, что все наладится. Но сегодня я забыла, как это – быть и той и другой.

Кэмден

Я ворвался в «У Чарли», ужасно злясь на самого себя. Ее смена началась час назад, а я застрял на тренировке. Воздух пропитался запахом пережаренного масла и кофе. Посетители на секунду отвлеклись от еды, уставившись на меня, но, видимо, мой вид не выдавал внутреннего безумия – они быстро потеряли интерес.

Казалось, я почти не управляю собственной жизнью.

Оказывается, сталкинг – работа на полный день, а профессиональный хоккей только мешает.

Где же она?

Я свернул в коридор, ведущий к туалетам, делая вид, что направляюсь в мужскую кабинку, хотя на самом деле хотел заглянуть в подсобку – увидеть хотя бы ее силуэт.

Когда настал тот момент, что я не мог дышать без нее? Каждый раз, когда она исчезала из виду, меня рвала на части тревога. Я до сих пор не понимал, почему она жила в таких условиях, но знал одно: у меня есть огромное желание спасти ее и сделать так, чтобы она почувствовала себя королевой в отношениях со мной.

Осталось только убедить ее позволить мне сделать это.

Как-нибудь.

Ее там не оказалось, и я нахмурился, ощущая тяжелый, неровный стук сердца. Она же должна была работать сегодня? Если она уже в приюте, а я не смогу пробраться внутрь… тогда я точно сойду с ума.

Еще сильнее, чем сейчас.

Я вернулся в зал и обвел его взглядом – сердце сжалось, когда заметил ее у дальнего стола. Она наклонилась, вытирая