Эпоха безумного короля - Анастасия Райнер

одеяние с золотыми вставками. Судя по тому, что поток его пылких речей так и не иссяк, никто не заметил появления чужаков. Ничто не мешало Анне закричать и тем самым выдать засаду. Вот только смысла в том было мало. Не будь Кайрон Гесс так уверен в успехе, он бы ни за что не взял ее с собой, а значит, у него все рассчитано даже на тот случай, если она попытается вмешаться.

– …В Святом Писании действительно говорится «прощайте грехи врагов ваших», однако речь ведется исключительно о грехах людских, – голос проповедника разносился по залу и эхом отскакивал от стен. – Ибо мы, люди, слабы. Наше пребывание на этой бренной земле скоротечно, и всю жизнь мы можем только лишь учиться внимать слову господню, как внимают нам дети наши. И прощать мы можем лишь себе подобных. Грехи же упырей не могут быть отпущены! Они есть падшие ангелы, прекрасные снаружи, но с гнилым нутром, навеки проклятые! Они есть властолюбивые носители зла, виновные в своей дьявольской природе! Вот почему им невыносимо пребывать в храме божьем, вдыхать ладан и слышать величественный глас органа! Вот почему у них не рождаются дети – ни один упырь никогда не получит сего благословения. Вечная разлука с духом есть их главное божье наказание. Сам Господь не простил их, потому как нет в упырях раскаяния! Потому как не убоятся они адских мук, ведь в аду подобные им заправляют. Эти твари оттуда и выползли, чтобы сеять хаос, насмехаться над божьим промыслом и извращать наше общество! Сеять раздор!

Из толпы раздались одобрительные выкрики.

– Общество уже раскололось! – продолжил проповедник, яро жестикулируя. – Вампиры уже соблазнили ваших знакомых, быть может, даже родных! Юные девы больше не мечтают создавать семьи и рожать детей! Они мечтают о вечной молодости здесь и сейчас, позабыв о рае господнем! Им больше не нужно блюсти мораль! Все, чего они хотят, – отдаться упырям, дабы продать свою душу за ложные блага! Ради этого они нарушат любые заповеди! Что это, если не предательство Бога? Предавшим создателя нашего не место среди живых. Их удел – безымянная могила. Каждый приспешник вампиров и каждый вампир должны покоиться в такой могиле. Солнце должно принадлежать только живым! Обезумевший король Генворт Нотт приказал нам жить в союзе с этими тварями, однако он точно так же продал свою душу и теперь вносит еще большую смуту! Он навязывает нам ложные ценности вместо того, чтобы защищать нас и наших детей! Воины безумного короля направили свое оружие на нас, а не на тех, кто нами питается! Однако мы все помним, какой трагедией обернулся приход кровопийц на наши земли! Мы никогда не оправимся от того кошмара, который постиг Арданею шесть лет назад! Залитая кровью Раканта, бесчисленное количество сожженных дотла деревень и кормивших нас пашен, превратившихся в бескрайние поля золы! Наши соседи и братья единовременно превратились в безжалостных, ослепленных жаждой крови чудовищ! Так не должно было случиться! И это не должно повториться! А потому никакого содружества между людьми и вампирами быть не может! Мы обязаны дать отпор силам зла, наводнившим наши города, наши деревни и наши леса! Мы обязаны бороться!..

Он продолжал подстрекать, но Гесса это больше не волновало. Он услышал достаточно и теперь открыто пошел навстречу святому отцу. Его заметили не сразу. Некоторое время с трибуны все еще раздавались призывы, однако стоило свечам подсветить высокую фигуру Гесса, вмиг наступила тишина.

Уронив челюсть, проповедник оторопелым, не верящим взором смотрел прямо на протектора. Приподнятая в пылу речи рука на мгновение замерла в воздухе, а затем резко указала на пришедшего. Мужчина закричал что есть силы:

– Вампиры! Они здесь! Спасайтесь!

Началась паника. Люди закричали и врассыпную бросились кто куда, ища укрытие или вооружаясь чем попало, даже статуэтками святых. Только что с трибуны призывали бороться, но, когда представился случай, никто не был к этому готов.

Гвардейцы сработали молниеносно, сразу же оцепив оба выхода. Отступать было некуда. Все замерли в предчувствии бойни. Многие вопрошали, каким образом вампиры способны находиться в святом месте, в обители Господа. Никто, включая священника, не понимал, как подобное вообще возможно.

– Не оказывайте сопротивления, и никто не пострадает, – властно произнес протектор, вышагивая вдоль рядов со скамьями. Его голос звучал точно звон громадного медного колокола. – Всякий, кто прямо сейчас сложит оружие и поднимет руки, сможет уйти с миром.

В воздух метнулось несколько рук. В основном это были пожилые женщины или матери с детьми.

– Можете идти. – Он сдержал обещание.

Перепуганные люди бросились к дверям и, миновав вооруженных гвардейцев, а затем и застывшую у сводчатых арок Анну, беспрепятственно покинули здание.

– Остальные хотят рискнуть жизнью? – протектор повысил голос. Тот вибрировал в висках до смерти напуганных людей, многие из которых никогда прежде не видели вампира воочию, никогда не ощущали его мистическую силу, оглушающую рассудок. Кто-то в толпе дернулся, намереваясь тоже поднять руку.

– Не сметь! – закричал с трибуны священник. Однако сухой старец больше не выглядел уверенным. Он сгорбился и трясся так сильно, что это невозможно было не заметить. – Именем Господа я призываю вас не страшиться этих бездушных тварей! Боритесь с ними! Боритесь так, как можете! Господь помилует ваши души, простит все грехи, и да откроются врата рая для каждого из вас!

Голос священника сорвался и смолк. Старик продолжал трястись, пытаясь отдышаться. Гесс немного подождал, позволяя ему высказаться, а затем вновь обратился к перепуганным людям:

– Господа, перед вами предстал непростой выбор. Вы можете послушать святого отца, выступить против нас и умереть. Или же послушать меня, немедленно покинуть здание и сохранить себе жизнь.

Еще с десяток рук взметнулись вверх. Гесс кивком указал им на двери. Гвардейцы демонстративно отступили, вновь освобождая путь.

– Не смейте! – голосил священник до хрипоты, прячась за трибуной. – Не смейте бежать, трусы! Бейтесь!

Никто его не слушал. Желающие уйти уходили, и таких становилось все больше. А протектор неспешно пошел навстречу священнику. Заметив это, старик неуклюже попятился и задел стойку с иконой. Та с шумом рухнула на пол, и все обернулись на грохот, наблюдая, как обезумевший от страха священник мечется по сторонам, всюду натыкаясь на вампиров. Отступать ему было некуда. А сам протектор вот-вот окажется у алтаря.

– Не подходи! – завопил старик, позабыв про высокопарные фразы и молитвы. – Не подходи ко мне, чудовище!!!

Гесс не собирался нападать. Ни слова не говоря, он прошел мимо и сделал то, чего никто не ожидал, – сел за