Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир - Е. Лань

— Госпожа Лин... откуда у вас такие познания в хирургии? — он попытался повернуть голову, его глаза, подернутые пеленой яда, смотрели на меня с искренним удивлением.

— Мой батюшка... торговал с южными лекарями, — я врала не задумываясь, мой разум был полностью сосредоточен на ранах. — В дороге всякое случается. Приходилось зашивать стражников после нападений разбойников. Потерпите.

Я положила левую руку ему на плечо, фиксируя его, а правой, вооруженной раскаленным клинком, сделала первый надрез вокруг торчащей звезды.

Мин-Хо резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Мышцы под моими пальцами напряглись так, что казалось, они сейчас порвут кожу. Но он не издал ни звука, ни единого стона. Мужчина сидел абсолютно неподвижно, лишь крупные капли пота покатились по его лбу.

Кровь, черная и густая, выступила из раны. Я подцепила лезвием острие сюрикена и резким, выверенным движением выдернула его из плоти. Металлическая звезда со звоном упала в медный таз.

— Один, — выдохнула я, стирая кровь чистым полотенцем. — Еще два. Держитесь, мой рыцарь.

Я повторила процедуру. Запах паленой плоти и железа наполнил комнату. С каждым извлеченным клинком Мин-Хо лишь глухо выдыхал, его пальцы впились в края деревянной кровати, оставляя глубокие вмятины. Выдержка мужчины была поразительной. Любой другой на его месте уже катался бы по полу от болевого шока.

Когда третья звезда упала в таз, я отбросила кинжал. Мои руки были по локоть в его крови. Крови, которая пролилась за меня.

Эта мысль ударила меня под дых, вышибая воздух из легких. Всю свою жизнь я использовала людей как щиты. Мои «тени» умирали за меня по приказу. Но этот человек... он закрыл меня собой не по приказу, не за золото, а потому, что его огромное, нелепое сердце приказало ему защитить женщину.

Я дрожащими руками открыла флакон с белым порошком — вытяжкой из корня горного лотоса и пепла белой змеи, сильнейшим противоядием, которое знали алхимики «Ночного Пепла».

Я щедро засыпала порошком глубокие, сочащиеся чернотой раны. Порошок зашипел, вступая в реакцию с ядом. Мин-Хо дернулся, его дыхание сбилось.

— Сейчас станет легче, — прошептала я, почти не осознавая, что делаю.

Я опустилась на колени позади него, забыв о всяких приличиях и субординации. Мои ладони легли прямо на его обнаженную спину, поверх ран. Я закрыла глаза и направила всю свою исцеляющую энергию Инь, которую обычно использовала для сокрытия ауры, в его тело.

Моя Ци встретилась с его бушующим пламенем Ян. Это было похоже на то, как прохладная река вливается в раскаленное жерло вулкана. Я чувствовала, как его энергия, яростная и дикая, бьется в агонии, пытаясь выжечь яд. Моя прохладная Ци мягко обволокла его меридианы, успокаивая жар, помогая противоядию проникнуть глубоко в кровь.

Мы застыли в этой позе. Мое дыхание смешалось с его. Я чувствовала биение его сердца — мощное, ритмичное, медленно возвращающееся к своему нормальному темпу.

— Вы... вы спасаете меня, — его голос прозвучал так тихо, что я едва разобрала слова.

— Вы спасли меня первым, — ответила я, не открывая глаз, концентрируясь на потоках энергии. — Почему вы это сделали, Мин-Хо? Зачем вы подставились под удар? Вы могли просто отбить их мечом.

Мужчина молчал несколько долгих мгновений. Я чувствовала, как его мышцы под моими руками постепенно расслабляются.

— Меч можно отбить, — наконец произнес он, и в его голосе прозвучала пугающая искренность. — Но звезд было слишком много. Я не мог рисковать. Если бы хоть одна царапина появилась на вашем прекрасном теле, Лин Сюэ, я бы никогда не простил себе этого. Воин может носить шрамы с гордостью. Но красота женщины — это дар Небес, который нужно беречь.

Я открыла глаза и уставилась на его спину. Мое сердце, то самое ледяное сердце, выкованное в подземельях ордена убийц, дало глубокую, непоправимую трещину.

Он не играл, не пытался выслужиться или показать свое благородство. Мин-Хо просто верил в то, что говорил. Для него было абсолютно естественно отдать свою жизнь, чтобы на моей щеке не появилось шрама.

Идиот. Святой, невыносимый, прекрасный идиот.

— Вы могли погибнуть, — прошептала я, чувствуя, как предательская влага скапливается в уголках глаз.

Я убрала руки от его спины. Раны перестали сочиться чернотой, кровь стала чистой, алой. Противоядие подействовало.

Я взяла чистые бинты из тонкого хлопка и начала обматывать его грудь и плечи.

Мин-Хо повернулся ко мне. Его лицо всё еще было бледным, но глаза уже обрели привычную ясность. Он посмотрел на меня, на мои руки, перепачканные кровью, на мои слезящиеся глаза.

И вдруг он поднял свою огромную ладонь и невероятно нежным, трепетным жестом коснулся моей щеки.

— Не плачьте, Госпожа Лин, — его голос стал бархатным, в нем звучала глубокая, всепоглощающая нежность. — Я жив. Ваш отец, должно быть, научил вас не только распознавать оружие, но и исцелять раны. У вас поистине золотые руки.

Я замерла, не в силах отстраниться от его прикосновения, тепло мужчины обжигало.

— Вы... вы ничего не понимаете, Чон Мин-Хо, — выдохнула я, и в моих словах звучало больше отчаяния, чем я планировала. — Я не та, кем вы меня считаете. Я не невинная дева. Я приношу только беды.

— Вздор, — он улыбнулся той самой улыбкой, от которой в комнате становилось светлее. Его большой палец медленно стер слезинку с моей щеки. — Вы — свет, который я нашел в этих темных краях. Вы смело стояли в той библиотеке, не впадая в панику. Вы не потеряли самообладания, увидев кровь. Вы сильная. И вы... вы невероятно дороги мне, Лин Сюэ.

Воздух между нами стал густым, наэлектризованным. Мой план, моя организация, Мастер Ма, печать Наместника — всё это вдруг показалось таким мелким и незначительным по сравнению с теплом его руки на моей щеке.

Я смотрела в его глаза, как кролик смотрит на удава. Только удавом в этой комнате была не я, а его всеобъемлющее, сокрушительное благородство, которое ломало меня изнутри.

Глава 24

POV Чон Мин-Хо

Я смотрел на неё, освещенную красноватым светом жаровни, и не мог поверить своему счастью.

Да, моя спина горела огнем, а в жилах всё еще отголосками пульсировал холод вражеского яда. Но эта боль была ничтожна по сравнению с тем чудом, которое происходило прямо сейчас.

Лин Сюэ спасла меня. Эта хрупкая, утонченная девушка, которая должна была упасть в обморок от одного вида крови, хладнокровно вырезала из моей плоти отравленные звезды и исцелила меня!