Джентльмен Джим (ЛП) - Мими Мэтьюз

— Чей расцвет миновал?!

— Ты явно не ищешь мужа. Всё общество знает, что ты выйдешь за меня. Так хотел твой отец.

— Мой отец никогда по-настоящему тебя не знал.

Мэгги попыталась встать.

Фред опередил её, резко схватив за руку. Он притянул её к себе — так близко, что ей стало не по себе.

Её охватил необъяснимый страх. При всей своей вспыльчивости Фред никогда не прибегал к грубой силе. По крайней мере, с ней.

— Отпусти меня, — сказала она.

— Ты выслушаешь, что я скажу.

Его хватка усилилась, будто он мог заставить её повиноваться одной лишь физической силой.

— Поезжай домой, Маргарет. У тебя было две недели отдыха. Пусть этого хватит. Поезжай домой, — повторил он. — Готовься к нашей свадьбе.

— Я никогда не говорила, что выйду за тебя.

— Мы оба знаем, что выйдешь. Ты сделаешь что угодно, чтобы сохранить Бисли-парк. — В его глазах вспыхнул странный огонёк. — Неужели ты не можешь найти в себе силы полюбить меня хоть немного? Я не такое чудовище, каким ты меня рисуешь. Всё, чего я хочу, это чтобы ты…

— Я сказала, отпусти меня. — Она вырвала руку. — Ты думаешь, что-то в мире заставит меня полюбить тебя после того, что ты сделал с Николасом Ситоном?

Фред застыл. Это имя словно превратило его в камень. Мэгги не произносила его почти десять лет.

— Что ты сказала? — прошипел он угрожающе.

Она отступила на шаг. Сердце забилось чаще, как у зайца под прицелом гончей.

— Ты меня слышал.

Фред сделал шаг вперёд.

— Этот мальчишка, этот ублюдок, был вором и лжецом. Он украл твои драгоценности…

— Избавь меня от этой старой сказки. Я не такая доверчивая, как тётя Дафна. — Она пристально посмотрела на него. — Я вижу тебя таким, какой ты есть.

На лице Фреда не было ни капли раскаяния. Ни малейшего сожаления о том, что он сделал с Николасом. Совсем наоборот.

— Его следовало повесить.

— Если бы так случилось, — сказала Мэгги, — ты был бы ничем не лучше убийцы.

Фред бросил на неё обвиняющий взгляд.

— Так вот почему ты всё отказываешь мне? Из-за него? Потому что всё ещё тоскуешь по нему после стольких лет?

— Ты думал, я забуду? Ты украл у меня счастье.

— Конюха, — фыркнул он с презрением. — И ради его памяти ты готова отказаться от Бисли-парка? Я не верю.

Её настроение, и без того подавленное после визита к адвокату, упало ещё ниже.

— Нет. Я не дура. Я всё ещё могу выйти за тебя. Ты не оставил мне выбора. Но не обольщайся. Что бы ни ждало нас впереди, я никогда, ни за что не полюблю тебя.

Поместье Паркхерстов под Чизвиком встретило их в субботу вечером. Мэгги и Джейн отправились туда в сопровождении брата Джейн и тёти Харриет. Дорога с Грин-стрит была долгой, но на этот раз не безлюдной. Обычно тёмная аллея была освещена огнями многочисленных экипажей, направлявшихся на бал, а подъезд к величественному дому был украшен рядами факелов.

В четверть одиннадцатого гости всё ещё прибывали. Движение на подъездной аллее замедлилось до ползучего темпа, кучера продвигали лошадей лишь на несколько футов за раз.

Джордж постучал в крышу кареты, подавая знак остановиться.

— Сойдём здесь, если вы не против, — сказал он. — Пройдём к крыльцу пешком. Так будет быстрее.

Он помог им выйти на вымощенную дорожку. Вечер стоял тёплый, и в лёгкой накидке, которую захватила Мэгги, не было нужды. Она с облегчением оставила её в экипаже. Её новое платье не было предназначено для того, чтобы его прятать. Оно было создано, чтобы блистать — каждый его мерцающий, облегающий дюйм.

Мадам Клотильда действительно превзошла себя, создав это потрясающее платье из шёлкового газа цвета кларенс-блю с глубоким вырезом, короткими развевающимися рукавами и верхней юбкой, расшитой изящным бисером, который искрился в свете свечей.

В свои первые визиты в Лондон много лет назад Мэгги не надела бы ничего столь смелого. Но, как не преминул заметить Фред, она уже не была юной дебютанткой. Ей двадцать шесть. Почти реликвия. Кому будет дело до того, что бальное платье облегает её формы, какими бы «зрелыми» они ни были?

Войдя в вестибюль, она почувствовала на себе десятки взглядов. Пульс её участился. Лорд Сент-Клер здесь? В такой толпе трудно было что-либо разглядеть.

Джейн взяла Мэгги под руку.

— Держись рядом.

Мэгги была благодарна подруге за эту надёжную опору. У Джейн и её тётушки Харриет был Джордж, чтобы сопровождать их, но у Мэгги не было такой поддержки.

Они миновали очередь встречающих и вошли в бальный зал. Её встретило море лиц — знакомых и незнакомых. Прошло много лет с тех пор, как она бывала на столь грандиозном мероприятии. Бисли-парк был далеко от Чизвика, да и если бы она наведывалась в Лондон, её здоровье не позволило бы посещать подобные мероприятия. Переполненные бальные залы были проклятием для тех, кто слаб здоровьем, а о танцах не могло быть и речи.

— Боже мой, — прошептала тётушка Харриет, перья на её модном тюрбане затрепетали, когда она окинула взглядом переполненный зал. — Какое скопление народа.

— Мы найдём вам удобное кресло, тётя, — сказал Джордж.

Джейн вытянула шею. В своём скромном платье голубовато-серого цвета, отделанном мелким жемчугом, она выглядела зрелой и элегантной леди.

— Вон там, Джордж. Я вижу леди Фезерстоун и миссис Херрон у окна. Ты ведь хотела бы посидеть с ними, правда, тётя?

— Миссис Херрон? — лицо тётушки Харриет просияло. — О да, дорогой, отведи меня к ней.

Оставив пожилую родственницу с подругами, Джордж предложил Мэгги руку. Оркестр настраивался для первого танца. Судя по звукам, это был контрданс.

— Мисс Ханиуэлл? Окажете мне честь?

Джейн уже открыла рот, чтобы возразить, но тут же сомкнула губы. Она обещала себе не быть наседкой в этот вечер. Хотя после визита доктора Харта она не раз напоминала Мэгги не переутомляться.

Мэгги тоже чувствовала, что торопит события. Но её здоровье не восстановишь за день. На это требовалось время. Больше времени, чем было отпущено ей на этот визит.

— Лучше не стоит, — сказала она. — Мне нужно беречь силы.

— А вы, дорогая? — обратился Джордж к Джейн.

Та колебалась.

— Мне не нравится оставлять Маргарет одну.

— Пустяки, — сказала Мэгги, подталкивая подругу. — Я не позволю тебе быть моей нянькой.

Джейн и Джордж ушли, чтобы занять место в центре бального зала. Мэгги осталась у края площадки.