Попаданка в цыганку. Держитесь, черти, ай-на-нэ! - Рин Дилин

Орки покивали и принялись за работу. Я показала Верте сложенный из пальцев маленький кругляшок и мотнула в сторону Шарота, чтобы она озвучила ему, куда мы намылились.

— Дядя Шарот, мы с Ликой хотим в один магазин сходить, ей шарики у мальчишек понравились, и я хочу показать, где они продаются. Можно? Он тут, совсем недалеко.

Он великодушно кивнул и напутствовал нас быть осторожными: в случае чего, сразу бежать к ним.

— Да кто ж в своём уме на детей орков нападёт? — поразился Бьёрк. — Твоя дочь с виду хоть и человечка, а внутри стопроцентная орчанка! Прям моя жёнушка, только уменьшенная копия. Боги, смотрю на неё, и аж мороз по коже… — и еле различимым шёпотом добавил: — Не повезёт же ещё какому-то бедолаге…

Но Шаротик аж засветился от гордости: стоит, плечи расправил, нос к верху, ноздри раздувает, будто это он меня «делал».

Приятно-о…

Кинув на Бьёрка негодующий взгляд, я бегом припустила за Вертой. Продолжая тискать Рябушку, она повела меня обратно через дорогу и выше по улице. Мне приходилось чаще перебирать за нею ногами, чтобы не отстать, потому что я всё никак не могла привыкнуть, что оказалась в другом мире и безобразно таращилась по сторонам, разглядывая архитектуру и вывески. Как будто в фэнтези-фильм попала!

Само собой разумеется, из-за этого я успела заметить двух мужчин на другой стороне дороги, ткнувших в мою сторону пальцами и тут же начавших о чём-то жарко переговариваться друг с другом. Наверное, мне стоило обратить на них чуть более пристальное внимание, но орчанка уже поднялась по ступеням в какую-то лавочку и нетерпеливо окликнула меня: увесистый пушистик на руках не позволял ей самой открыть дверь.

Мысленно успокоив себя, что незнакомцы удивлены наличием на мне орочьего пояса, я поспешила на помощь Верте. А оказавшись внутри ароматного помещения, тут же забыла о странных типах.

Полки, ящики и витрины лавки были уставлены разнообразными кристаллами-артефактами. Ароматические свечи, палочки и масло разбавляли это царство магических камней. Верта прошла в самый дальний угол и остановилась у витрины с ровными кучками кварцевых шариков разного калибра. Имелись даже в виде бусин: с просверленной насквозь дырочкой.

Ценники тоже наличествовали, и я, переведя стоимость в зельдино — плюхкоиновский вариант, мысленно поперхнулась: ой, как дорого…

— Это стоимость за целый пакет таких шариков, — правильно истолковала моё вытянувшееся лицо орчанка.

Но облегчения мне это не принесло: денег в моём великом «зана́ке» всё равно не хватит. Да и покупать целый мешок — как-то не очень разумно: вдруг у меня ничего не получится? А если получится, то тем более мне столько не нужно…

— Пойдём, я тебе кое-что покажу, — шепнула Верта, заметив, что в нашу сторону настороженно косился продавец. — На самом деле, мальчишки шарики не покупают, — весело раскрыла секретик, когда мы вышли из лавочки на улицу. — Товар сюда привозят в ящиках, и иногда бывает, что-то рассыпается.

Мы зашли в проулок за углом лавочки и прокрались к чёрному входу. Дверь была открыта, и орчанка понизила голос до шёпота:

— Телеги останавливаются или здесь, или дальше за углом. Если повезёт, можно целую горсть насобирать. Только нужно смотреть, чтобы мальчишек рядом не было: отберут. С одним-то справиться легко, но они наваливаются кучей… Нечестно дерутся… Хочешь, я покараулю, пока ты ищешь? — я согласно покивала. — Если увижу мальчишек, я тебе свистну или крикну, хорошо?

Опять жестом выразив согласие, я приступила к тихой охоте. Несколько шариков нашлось почти сразу: они закатились в щель возле ступеней и спрятались под пучком травы. Как только в мои загребущие ручки попала первая добыча, во мне вспыхнул азарт, и охотник за сокровищами внутри меня стал неукротим: я перестала замечать всё, что делается вокруг. А зря…

Пришла в себя, когда надо мной прозвучал грубый мужской голос:

— Говорю тебе, это она!

Вздрогнув, я подняла голову и увидела рядом с собой тех самых странных мужиков, что тыкали в меня пальцем.

— Она-она, — поддакнул второй. — По крайней мере, очень похожа… А нам-то что? Паук на этой девчонке свихнулся: то ли сам прибил её ненароком, то ли эта сопля такая хилая попалась…

— Нам главное, что теперь ему заняться будет чем, а то совсем житья давать перестал… Ну, и монет наверняка отсыплет!

— Ладно, хватит трепаться. Хватай её и тащи в повозку.

Поняв, что дело стремительно принимает нехороший оборот, я рванулась было в сторону Верты. Но молодчики успели меня схватить за шкирку, точно кутёнка. Отчаянно затрепыхавшись, я попыталась замычать, чтобы привлечь внимание орчанки: она, как назло, стояла спиной к проулку и ничего не видела.

И тут с ужасом осознала, что спазм, сжимающий горло, от испуга усилился, и я теперь была не в состоянии выдать даже мало-мальски похожее на своё стандартно-заунывное «ы — ы».

Воздух, который я с силой выталкивала из лёгких, проходил через горло с лёгким шумом, похожим на шелест в пустой трубе. Но разве можно расслышать это, когда на улице так громко гомонят птицы и дребезжат по брусчатке колёсами телеги и повозки?!

Один из похитителей взвалил меня на плечо, как куль с картошкой. И язвительно хохотнул, когда я забарабанила ему по спине кулаками: ему мои потуги показались вполне себе весёлой шуткой.

Они потащили меня вглубь по проулку, всё дальше унося от надежды на спасение. Я принялась с силой бросать найденные шарики, в попытке хоть как-то создать шум. Они с лёгким звоном ударялись о камни или вовсе падали в придорожную пыль совсем бесшумно. И никак не помогали мне. Зато их прекрасно слышали бандиты и поспешили прибавить шаг.

Когда мои «сокровища» кончились, от безысходности я выдернула из волос заколку и швырнула её на дорогу. В короткое мгновение затишья звон от разлетающихся вдребезги лепестков цветов и бусин достиг наконец ушей девочки. Она обернулась, её взгляд заметался по улочке, потом зацепился за меня, висящей на плече у незнакомого мужика и протягивающей к ней в безмолвной мольбе руки.

В то самое мгновение, когда бандюки сунули