Преследуемая Хайракки - Каллия Силвер

Они прошли в небольшое здание на краю базы — строение, в котором Серафина раньше не бывала. Внутри была простая комната: стол, стулья, окно, выходящее на джунгли. Морган жестом предложила ей сесть.

— Вы завершили обучение, — сказала Морган. — Вы превзошли все установленные нами контрольные показатели. По всем параметрам вы готовы к Охоте.

— Но?

— Но именно на этом этапе вы должны сделать выбор, — Морган слегка подалась вперед. — Вы можете отправиться на Исла-Сомбра и завершить Охоту, как и планировалось. Или вы можете отказаться и уйти.

Серафина нахмурилась:

— Уйти? А как же контракт?

— Контракт гарантирует оплату независимо от вашего решения. Медицинские счета Арии будут закрыты. Пенсия для Анджело будет оформлена. Дом в Игл-Рок будет куплен на ваше имя, — Морган сделала паузу. — Вы уже заработали это. Мы не покупаем согласие — мы компенсируем уже затраченное время и риск. Одно только обучение стоило этих вложений.

— Тогда зачем давать мне выбор?

— Потому что выбор — это основа всего, что мы здесь делаем, — заговорила Леони, шагнув вперед. — Охота работает только в том случае, если кандидатка искренне хочет в ней участвовать. Принуждение лишает всё смысла. Если вы отправитесь на этот остров, это должно быть потому, что вы сами так решили. А не потому, что чувствуете себя обязанной.

Серафина на мгновение задумалась. Деньги получены. Ее семья в безопасности. Она может уйти прямо сейчас, вернуться в Лос-Анджелес, собрать осколки своей старой жизни.

Она может быть в безопасности.

— Возьмите ночь на раздумья, — сказала Морган. — Подумайте об этом. Поговорите с кем-нибудь, если нужно, или побудьте в одиночестве. Делайте всё, что поможет вам принять решение. Мы встретимся утром.

Они оставили ее там, в тихой комнате, где звуки джунглей давили на окна, а тяжесть выбора оседала в ее костях.

В ту ночь она не сомкнула глаз.

Она лежала в своей комнате, глядя в потолок, и прокручивала в голове аргументы. Логично было бы забрать деньги и уйти. Она получила то, за чем пришла. Ее семья в безопасности. Нет никаких причин рисковать собой на острове с инопланетным воином, который может разорвать ее на части, даже не вспотев.

Но логика никогда не была определяющим фактором, не так ли?

Она вспомнила записи с Кха'руунами. Их скорость, мощь, их пугающую грацию. Она должна была быть в ужасе. И частично так оно и было.

Но другая ее часть — та, которую она годами пыталась заставить замолчать — чувствовала совершенно иное.

Голод.

Она хотела узнать, сможет ли. Хотела испытать себя в настоящем, опасном испытании, которое подтолкнет ее к самому пределу того, на что она способна.

Она всю жизнь играла по правилам, не выходила за рамки, была ответственной. И к чему это привело? Эмоциональное выгорание. Безденежье. Наблюдение за тем, как ее семья барахтается, пока система перемалывает их в пыль.

Возможно, именно поэтому они ее и выбрали. Возможно, они увидели истину, которую она только начинала осознавать в себе самой.

Она этого хотела.

Осознание пришло тихо. Простая истина, вставшая на свое место.

Она хотела отправиться на этот остров. Хотела охотиться на хищника, на которого еще никто никогда не охотился. Хотела узнать, из чего она сделана, когда всё остальное отброшено в сторону.

Она, должно быть, сумасшедшая.

Но быть сумасшедшей казалось более честным, чем снова играть наверняка.

Утром она нашла Морган в главном здании.

— Я еду, — сказала Серафина. — На Исла-Сомбра. Я хочу это сделать.

Морган долго изучала ее. И, что бы она ни искала, она, казалось, это нашла.

— Очень хорошо. Но есть вещи, которые вы должны знать, — она жестом предложила Серафине сесть. — За вами будут наблюдать. На острове есть системы мониторинга, датчики, которые отслеживают вас обоих на протяжении всей Охоты. У Хайракки есть свои люди, наблюдающие с орбиты и следящие за тем, чтобы их воин следовал правилам. И сам Марак лично контролирует весь процесс.

— Марак? Партнер Леони?

— Кариан курирует всю деятельность в этой системе. Это он утвердил эту Охоту, одобрил совпадение кандидатов и установил протоколы безопасности. Если что-то пойдет не так, если воин нарушит правила ведения боя, Марак вмешается лично.

— Такое когда-нибудь случалось?

— Нет. Кха'рууны понимают последствия нарушения законов Охоты. А воины, участвующие в этой программе, тщательно отбираются. Им нужны пары для связи, а не жертвы, — Морган сделала паузу. — Но вы должны знать, что защита есть. Вы не будете там одна, даже когда вам будет казаться именно так.

Серафина медленно кивнула: — Сорок восемь часов?

— Сорок восемь часов. Отдохните. Поешьте. Попрощайтесь с теми, с кем считаете нужны, — Морган встала. — Когда вы приземлитесь на этом острове, всё изменится.

Серафина посмотрела в окно на джунгли, в которых она научилась ориентироваться, на базу, которая за последние четыре недели стала для нее своеобразным домом.

— Всё уже изменилось, — сказала она.

Губы Морган слегка изогнулись:

— Хорошо. Значит, вы готовы.

Сорок восемь часов спустя она взошла на борт воздушного судна, которое должно было доставить ее на Исла-Сомбра. Джунгли отступили, и впереди раскинулся океан — бескрайний, темный и полный неизвестности.

Она думала об Арии. Об Анджело. О той женщине, которой она была, когда впервые откликнулась на то объявление.

Та женщина теперь казалась ей чужой.

Кем бы она ни становилась сейчас, она выяснит это на острове.

Она устала ждать.

Глава 16

«Ветрак» вошел в атмосферу Земли ночью, бесшумно прорезая слой облаков.

Макрат стоял у смотрового окна, наблюдая, как под ним вырисовывается планета. Синяя, зеленая и белая, закрученная погодными узорами, которые не напоминали ему ничего из того, что он видел раньше. Маленький мир. Молодой мир. Ему было интересно, будет ли Земля ощущаться под ногами иначе, чем Итра.

Его когти скрежетнули по раме иллюминатора. Три дня он провел на этом корабле, просматривая записи с ней, изучая ее движения, запоминая ритм ее дыхания и то, как упрямо сжимается ее челюсть, когда она отказывается сдаваться. Три дня нарастающего предвкушения, беспокойства, грызущего кости, и чего-то настолько туго скрученного в груди, что он едва мог это сдерживать.

Он благодарил богов за то, что еще не мог почувствовать ее запах. Одних лишь видеозаписей было достаточно, чтобы свести его с ума. Если бы он вдохнул ее аромат, если бы ее феромоны проникли в его систему, он не был уверен, что смог бы ждать. Охота требовала терпения. Требовала контроля. Требовала, чтобы он позволил ей прийти к нему, позволил ей сражаться, позволил поверить, что у нее