Другие методы - Полина Ветер

– Здравствуй, отец.

У меня сковывает горло, и я не могу произнести хотя бы звук.

И вроде не сделала ничего плохого, но чувствую себя разоблачённым предателем.

– Как хорошо вы проводите время в моё отсутствие.

– Я всего лишь помассировал Оле ноги, – разводит руками Даниил. – А потом у неё ребёнок зашевелился.

Кто просит его говорить вообще?

На лице Сергея выражение, не предвещающее ничего хорошего.

– Я и сам в состоянии сделать массаж своей жене, – отвечает он стальным тоном. – Вы закончили?

– Ещё нет. Но мы можем продолжить завтра. – Даня поднимается, наверное почувствовав, что сейчас ему лучше уйти.

– Я сделаю график и пришлю тебе на почту. – Мой голос дрожит.

– Конечно. Если сильно устала, можешь сделать это утром.

Киваю.

Больше ничего не могу добавить.

Сергей отворачивается и проходит на кухню.

Не провожая Даню, семеню за ним.

– Как прошёл день? – Пытаюсь выдавить обыденную вежливость.

Мужчина наливает воду в стакан и пьёт залпом. Подозреваю, что ему хотелось бы заменить её на что-то более крепкое…

– Паршиво. – Бросает, повернувшись ко мне. – И закончился так же.

Я не успеваю прокомментировать его заключение. Он просто оставляет стакан на столе и проходит мимо, стягивая пиджак.

– У меня…

– Ложись спать. – Перебивает. – Я останусь здесь, в гостиной. Мне нужно ещё поработать.

После этого Сергей уходит в ванную, а я собираю документы и отношу их в спальню, чтобы утром заняться отчётом.

Даже не знаю, почему я не пытаюсь сейчас поговорить с ним, убедить, что ничего лишнего между мной и его сыном не было и быть не может.

Наверное, от шока.

Я засыпаю, плотно обхватив живот, боясь пропустить новые шевеления. Понимаю, что это глупо и сентиментально, но такое со мной впервые.

А Сергей так и не приходит.

Он действительно остаётся ночевать в гостиной, а рано утром покидает квартиру, оставляя мне только горечь недосказанности и чувство вины.

* * *

Не могу найти себе места.

То чувство, когда всё валится из рук, и постоянное ощущение, что пропускаешь что-то очень важное.

Я доверяю своей интуиции. Мне не хочется думать о плохом, но сейчас она вопит о том, что случится какая-то «жопа».

– Дань, давай я завезу тебе отчёт в офис, просмотрим ещё раз документы, и я со спокойной душой отпущу тебя в командировку.

В огромной квартире как будто сжимаются стены. Мне нужно на воздух. Мне нужно отвлечься.

– В этом, конечно, нет острой необходимости, но если ты настаиваешь… Знаешь же: я всегда рад тебя видеть.

Ничего. Абсолютно ничего не предвещает беды.

Всё как всегда.

Мы снова пытаемся преодолеть пробки с Андреем, я так же покупаю пряники Марине.

У Даниила в кабинете всё так же пахнет кофе и его свежим парфюмом.

Мы около часа работаем, привычно перебрасываясь фразами ни о чём.

– Оль, ты в порядке? – озабоченно интересуется Даня, когда я во второй раз роняю документы из рук. – Выглядишь встревоженной.

– Не знаю… – Я совсем не уверена. – Вроде бы да.

– Надо было тебе остаться дома. Отдохнуть и прийти в себя.

– Нет! – Слишком резко выпаливаю. – В смысле… Тошно там находиться одной. Понимаешь… какая-то тревога внутри… сама не могу объяснить.

– Что-то с ребёнком? – Во взгляде и интонации – искреннее участие. – Может, нужно в клинику?

– Нет. Я чувствую себя прекрасно. Даже изжога сегодня не мучает почему-то. Просто нервоз какой-то. Не переживай. Это, видимо, гормоны бушуют: будущие мамы – такие истерички, я слышала…

Пытаюсь прикрыться натянутой улыбкой.

– Я всё-таки думаю, лучше тебе поехать домой.

– Может, ты прав. – Соглашаюсь неохотно. Сконцентрироваться на бумагах ещё сложнее, чем изображать улыбку. – Или попрошу Андрея прогуляться со мной. Погода вроде хорошая.

– Отличная идея. – Поддерживает. – Я бы и сам с удовольствием с тобой прогулялся, но дел невпроворот…

– Что ты! Я же понимаю… Готовься, не переживай обо мне. И выспись сегодня хорошенько перед самолётом.

Его вылет рано утром. И я, втайне от мужа и на удивление Дани, всё-таки приготовила ему пару костюмов с собой. Просто жаль, что о таком мужчине никто не заботится. А мы ведь вроде как родственники. Буду надеяться, Андрей – мой невольный соучастник – меня не выдаст.

Поднимаюсь и потягиваюсь осторожно.

– Я ещё к Сергею зайду, а потом домой. Он в офисе?

Даня поднимается тоже.

– Да, и мне к нему надо. Пойдём вместе.

Мы так и не поговорили с мужем после вчерашнего «инцидента». Не знаю, зол он на меня ещё или остыл немного. Собираюсь это выяснить прямо сейчас.

Вообще-то, я не злоупотребляю своим «особым положением» и, когда прихожу в «Строй-Холл», стараюсь не отвлекать его по пустякам. Мы работаем на разных этажах, и я ни разу за всё это время не заходила к нему.

Мы встречаемся и общаемся дома. Этого достаточно. Наверное…

Но сегодня мне просто необходимо поговорить с ним. Иначе до вечера я просто изведу себя всякими мыслями, а мне нервничать нельзя.

Он просто скажет, что всё хорошо, что я заморачиваюсь всякими глупостями, и я успокоюсь.

Да, так и есть.

Мы с Даней поднимаемся на этаж выше. В приёмную.

Секретаря нет на месте. Дверь в кабинет Сергея закрыта, и в тот момент, когда Даня открывает её, у меня звонит телефон.

Пока я копошусь в сумке, выуживая из него трезвонящий гаджет, сын Удальцова успевает зайти внутрь, просто ворваться – с документами наперевес.

На экране высвечивается «Сашка», и я сбрасываю звонок, решив перезвонить потом, после того, как поговорю с мужем.

Но разговора у нас, похоже, не выйдет.

Я успеваю только поднять взгляд и замереть на месте.

Реакция у Дани как у спринтера-партизана: он вылетает обратно в приёмную и быстро захлопывает дверь.

На его лице непередаваемое выражение: смесь удивления, сожаления, паники…

– Оль…

Я бы могла придумать любую причину такому поведению и эмоциям.

Я бы могла подколоть его, как обычно, или участливо поинтересоваться: «Что с тобой?..»

Если бы не была так занята разглядыванием массивной дубовой двери.

То, что скрылось за ней, я увидела лишь на доли секунды.

Но и этого достаточно, чтобы сердце сжалось до невыносимости и лёгкие перестали качать воздух.

Время вокруг остановилось.

Всё рухнуло.

– Оля… – сквозь звон в ушах доносится голос Дани. – Пойдём отсюда.

Он знает, что я успела увидеть.

Он знает, что там, за дверью – Сергей и его секретарь.

Одни.

И то, что «достоинство» моего мужа отлично расположилось во рту у эффектной блондинки Юлии.

Я. Это. Видела.

И Даня тоже.

По-прежнему не произнеся ни звука и забыв делать вдохи и выдохи, я просто стою и тупо пялюсь в дверное полотно.

Он даже не выходит.

Ему настолько всё