Целуй, пока не поздно - Екатерина Мордвинцева

— Да, потому что я учился этому двадцать лет.

— У меня нет двадцати лет, — сказала я. — У нас есть только сегодня. И завтра. И, может быть, послезавтра. А потом король пришлёт новых убийц. Или придёт сам.

— Ты права, — сказал он. — Но я боюсь.

— Я тоже.

Мы пошли в руины за Лирой. Она сидела в подземном ходе, дрожала, но не плакала. Увидев нас, бросилась навстречу, обняла меня.

Потом отстранилась, посмотрела на мои руки — они всё ещё светились чёрным — и заплакала.

— Всё хорошо, — сказала я. — Я не причиню тебе вреда.

Она написала на стене: «ТЫ СТАЛА ЖНИЦЕЙ».

— Да.

«ТЫ УБИЛА ЧЕЛОВЕКА».

— Да.

«ОН БЫЛ ПЛОХИМ?»

— Он хотел убить твоего отца.

Лира подумала и написала: «ТОГДА ЭТО ХОРОШО».

— Нет, — сказал Мэриус. — Убийство никогда не бывает хорошим.

Лира посмотрела на него с вызовом и написала: «ТЫ УБИВАЛ».

— Да. И я жалею об этом каждый день.

«ТЫ ЖАЛЕЕШЬ, ЧТО ЗАЩИТИЛ МЕНЯ?»

Мэриус замолчал.

— Нет, — сказал он наконец. — Не жалею.

«ЗНАЧИТ, УБИВАТЬ РАДИ ЗАЩИТЫ — МОЖНО», — написала Лира.

— В мире нет простых ответов, — сказал Мэриус. — Иногда можно. Иногда нельзя. Трудно понять, где грань.

«А САЙФЕР ПЕРЕШЛА ГРАНЬ?»

Мэриус посмотрел на меня. Я стояла, сжимая кулаки. Чёрный свет начал угасать, но я чувствовала, что Жница не ушла. Она затаилась, ждала.

— Не знаю, — сказал он. — Время покажет.

Мы вернулись в хижину. Корабль короля уплыл, но я знала, что это не конец. Он вернётся. С большими силами.

Ночью я не спала. Сидела на крыльце, смотрела на море. Жница внутри меня шевелилась, как сытый зверь.

«Ты убила впервые, — прошептала она. — Но не в последний раз».

«Заткнись».

«Ты чувствуешь, как это приятно? Как сила втекает в тебя, тёплая, живая? Ты хочешь ещё».

«Нет».

«Ты врёшь. Я чувствую твоё желание».

Я зажмурилась. Она была права. Часть меня — тёмная, глубокая — хотела повторения. Хотела снова почувствовать, как чужая магия наполняет мои пустые каналы.

«Я не поддамся», — сказала я.

«Ты уже поддалась».

Я открыла глаза. На пляже стоял Мэриус. Босиком, в мокрых штанах — он, наверное, ходил в воду, чтобы остыть.

— Не спится? — спросил он.

— Нет.

— Мне тоже.

Он сел рядом.

— Я боялся этого момента, — сказал он. — Твоего пробуждения. Знал, что он настанет, но надеялся, что позже.

— Что теперь будет?

— Ты должна научиться контролировать Жницу, — ответил он. — Иначе она поглотит тебя.

— Как?

— Я не знаю. Этому не учат в академиях. Жниц истребляли, а не обучали.

— Значит, я сама должна понять?

— Похоже на то.

Я посмотрела на свои руки. Они больше не светились. Обычные руки, с мозолями и шрамами.

— Ты боишься меня? — спросила я.

— Да, — честно ответил он. — Ты теперь сильнее меня. Ты можешь высосать мою магию. И мою жизнь.

— Я не сделаю этого.

— Ты не сделаешь, пока контролируешь себя. Но если Жница проснётся снова…

— Тогда беги, — сказала я. — Увози Лиру и беги.

— А ты?

— А я останусь и буду ждать, пока вы не будете в безопасности.

— Нет, — сказал он. — Мы не бросим тебя.

— Придётся.

Он взял мою руку. Его пальцы были тёплыми.

— Мы не бросим тебя, — повторил он. — Слышишь? Никогда.

Я хотела ответить, но не успела. Внутри меня что-то щёлкнуло — и я потеряла сознание.

Мне снился сон.

Я стояла в тронном зале. На троне сидел король — красивый, высокий, с чёрными волосами и серыми глазами, как у Лиры.

— Привет, Жница, — сказал он. — Я ждал тебя.

— Откуда ты знаешь, кто я?

— Я знаю всё, что происходит на моих землях, — ответил он. — В том числе и то, что Мэриус скрывает от тебя правду.

— Какую правду?

— Он убил свою жену не потому, что защищал Лиру, — сказал король. — Он убил её, потому что она хотела вернуть Лиру мне. Её законному отцу.

— Ты не отец. Ты дядя.

— Я отец, — усмехнулся он. — И дядя. Это сложно, но такова правда. Серафина была моей женой и моей сестрой. Так повелось в нашей семье — веками.

— Это отвратительно.

— Возможно, — согласился он. — Но это факт. Лира — моя дочь. И Мэриус украл её у меня.

— Он спас её от тебя.

— Он убил её мать, — сказал король. — И теперь хочет убить меня. Но я не позволю.

— Что тебе нужно от меня?

— Присоединяйся ко мне, — сказал он. — Ты — Жница. С твоей силой и моей армией мы завоюем весь мир. Ты получишь власть. Деньги. Всё, что захочешь.

— Я ничего не хочу от тебя.

— А Лира? — спросил он. — Ты не хочешь, чтобы она выжила?

— Она выживёт и без тебя.

— Нет. Без меня она умрёт. Потому что её дар убивает её. А я знаю, как его запечатать. Только я.

— Ложь.

— Правда, — он улыбнулся. — Спроси у Мэриуса. Он знает. Он просто не говорит тебе, потому что боится, что ты уйдёшь ко мне.

Я проснулась.

Мэриус сидел рядом, держал мою руку.

— Ты кричала во сне, — сказал он. — Что ты видела?

— Короля, — ответила я. — Он сказал, что ты убил Серафину, потому что она хотела вернуть Лиру ему.

— Ложь.

— Он сказал, что знает, как запечатать дар Лиры. А ты — нет.

Мэриус молчал.

— Это правда? — спросила я.

— Только он знает заклинание, — сказал Мэриус тихо. — Поэтому я не могу его убить. Если он умрёт, Лира проживёт не больше года.

— А если он запечатает её дар?

— Она станет обычным ребёнком, — ответил он. — Без видений, без приступов, без Кубка. Но для этого я должен отдать ему Лиру.

— И ты не хочешь?

— Я боюсь, что он не сдержит обещание, — сказал Мэриус. — Он может запечатать её дар — и убить. Или оставить себе. Я не знаю.

— А если я пойду к нему?

— Ты с ума сошла?

— Если я пойду к королю, — сказала я. — Если я предложу ему свою силу в обмен на запечатывание дара Лиры… он может согласиться.

— Он не согласится. Он захочет и тебя, и Лиру.

— Тогда мы устроим ловушку, — сказала я. — Я притворюсь, что перехожу на его сторону. Узнаю, где хранится заклинание. Убью его.

— Ты не сможешь его убить, Сайфер. Он окружён магами. Даже Жница не справится с армией.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Бежать, — сказал он. — На другой континент. Туда, где нет ни короля, ни Кубка, ни магии. Начать новую жизнь.

— А Лира? Она не протянет дороги.

— Она протянет. Она сильная.

— Ты сам не веришь в это, Мэриус.

Он отвернулся.

— Я верю в нас, — сказал он. — Втроём мы справимся.