Я тебя не полюблю - Анна Бигси

– Ты серьезно? – Мой голос тихий, но в нем читается опасность.

– Абсолютно. – Его лицо сохраняет спокойствие, но глаза сверкают азартом. – Камал, ты не можешь защитить все. Выбирай, что тебе больше по вкусу. Семья или бизнес?

Я медленно поднимаюсь из-за стола. Внутри все клокочет, но снаружи я выгляжу спокойно. Холодно и невозмутимо.

– Ты действительно думаешь, что я позволю диктовать мне условия? – говорю, глядя на него сверху вниз. – Считаешь, что можешь купить мою семью?

– Это не покупка. – Герман поднимает бокал и делает еще один глоток, словно все это ему доставляет удовольствие. – Это сделка. Либо ты идешь на уступки, либо теряешь больше, чем думаешь.

Я нависаю над ним, чувствуя, как пальцы тянутся к краю стола, чтобы перевернуть его к чертовой матери. Но вместо этого усмехаюсь. Это даже не усмешка, а хищный оскал.

– Зря ты перешел мне дорогу, Герман, – произношу медленно, почти шепотом. – Советую держаться крепче, потому что я скоро приду за тобой и лишу тебя всего.

Смех Муромского больше похож на нервный. Разворачиваюсь и направляюсь к выходу. Мой шаг тяжелый, гулкий, и каждый звук, кажется, разрывает тишину, которая нависает за моей спиной. Я не оглядываюсь. Для Германа этот разговор был игрой, но он ошибся. Я не играю.

Джин идет за мной к машине, молча считывая мое состояние.

– Что будем делать? – спрашивает он, когда мы садимся в машину.

– Отвечать, – говорю твердо. – И отвечать так, чтобы этот ублюдок навсегда пожалел, что задел моих близких.

Поздно вечером я возвращаюсь домой. Дом окутан тишиной, но все внутри меня обжигает. Аврора встречает в холле.

– Ты в порядке? – спрашивает она, подойдя ближе.

– Теперь да, – отвечаю, притягивая ее к себе. Ее тепло, ее запах – все это возвращает меня в реальность, где я готов бороться ради нее.

Она поднимает глаза, полные нежности, и прижимается ко мне крепче.

Но вдруг ее голос звучит тихо, словно колеблясь:

– Камал, я… слышала про Вику. Про ту женщину, что погибла… пять лет назад.

Мое тело напрягается. Сердце замирает на секунду, а потом ударяет, как молот. Я отстраняюсь, глядя ей в глаза.

– Это не имеет значения. – Голос звучит холоднее, чем я хотел. Сил, чтобы прятать эмоции не осталось.

– Но она… – Аврора пытается продолжить, но я поднимаю руку, останавливая ее.

– Не сейчас, девочка. Я прошу тебя…

Ее лицо меняется, но вопросов больше не задает. Я резко разворачиваюсь и ухожу в кабинет. Дыхание сбивается, мысли хаотично скачут. Вика – прошлое, которое я закрыл, запер и выбросил ключ. Но теперь оно начинает просачиваться наружу, и это мне совсем не нравится.

Глава 30. Аврора

За всю неделю поговорить с Камалом так и не получается. Он рано уходит, а когда возвращается, вымотан до такой степени, что уже и не до разговоров. Все понимаю и принимаю, но никак не получается выбросить из головы ту женщину за воротами. Она сказала, что является матерью Айдара. Это звучит как бред, но… что, если она говорила правду?

За обедом я пробую завести осторожный разговор с Айдаром. Он сидит напротив, сосредоточенно переливает суп ложкой.

– Айдар, а ты помнишь маму? – спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал мягко, будто вопрос не имеет большого значения.

Его ложка замирает на полпути ко рту. Он морщит нос, явно пытаясь вспомнить что-то очень далекое.

– Немного, – отвечает наконец. – Она вроде красивая была. Но папа не хочет, чтобы я про нее вспоминал.

– Почему? – Я не могу удержаться от вопроса, даже зная, что это может быть опасной темой.

– Потому что она нас предала, – коротко бросает он, пожимает плечами и снова принимается за обед.

Мое сердце сжимается. Предала? Что он имеет в виду? Неужели Камал рассказал сыну про измену матери? Это же ужасно! Как и стирать память о самом главном человеке в жизни ребенка. Слишком жестоко.

Я не задаю больше вопросов, чтобы не травмировать мальчика, но внутри растет странное ощущение. Оно как будто шепчет: «Нужно узнать правду».

После обеда я хожу по дому, пытаясь найти хоть что-то, что может быть связано с этой женщиной. Фотографии, документы, любые следы. Но ничего. Абсолютно ничего. Словно пустота, которую нечем заполнить, а этой женщины и не существовало вовсе.

Не придумав ничего лучше, набираю номер Рады. Может, она что-то знает? Мы ведь с ней уже обсуждали Камала и его прошлое.

– Привет. – Она отвечает почти сразу. – Что-то случилось?

– Привет, Рада. У меня странный вопрос. – Я замолкаю на секунду, пытаясь сформулировать. – Ты когда-нибудь видела Вику, жену Камала? У тебя, может, есть ее фотографии?

На том конце линии воцаряется тишина.

– Вику? – Рада кажется удивленной. – Нет, я никогда не видела ее. Ни на фото, ни вживую.

– Совсем? – Я чувствую, как внутри разливается холод. – Но ты ведь давно знаешь Баху?

– Да, но, когда я познакомилась с ним, Вика уже… ну, погибла. Камал и Баха почти не говорили о ней. Это всегда была какая-то табуированная тема.

Ее слова еще больше усиливают мое смятение.

– А Айдар? – не сдаюсь я. – Может, у него есть какие-то вещи, фотографии… хоть что-то?

– Сомневаюсь, Аврора, – тихо говорит Рада. – Камал явно хочет стереть ее из памяти. Я бы даже сказала, что он вычеркнул ее из их жизни. Если тебе нужны ответы, их нужно искать у него.

– Спасибо, – говорю, чувствуя себя еще более потерянной.

– Эй, все в порядке? – Голос Радмилы становится мягче. – Ты сама-то как?

– Да, все хорошо. Просто… много вопросов.

Мы заканчиваем разговор, но телефон я не убираю. Он словно горит в моей ладони. Слова Рады оставили во мне странное чувство. Вроде ничего не сказала, но в то же время подтвердила, что Камал хотел забыть Вику. Забыть или скрыть?

Включаю дисплей, найти номер этой Вики труда не составляет. Мои пальцы колеблются над экраном, будто сама трубка меня осуждает. Но желание узнать правду сильнее.

Я нажимаю дозвон.

– Я рада, что ты позвонила, – звучит в трубке женский голос. Он звучит уверенно, но за этим скрывается что-то напряженное. – Такие вещи не обсуждаются по телефону. Нам нужно встретиться.

– Где? Когда? – Сухость в горле мешает говорить внятно.

– Сегодня, в пять вечера. Торговый центр «Гранит», кафе на втором этаже. Я буду ждать.

Я закрываю глаза, взвешивая все за и против. Камалу это точно не понравится. Но я должна. Мне нужно знать. Иначе изведу сама себя. Я уже извелась, не