Я тебя не полюблю - Анна Бигси

Глава 32. Аврора

Очнувшись, не сразу понимаю, где нахожусь. Голова гудит, будто я побывала в центрифуге. Виски пульсируют оглушающей болью, а каждый вдох отдается резью в груди, словно воздух насыщен осколками стекла. Мыслить ясно никак не получается, и я пытаюсь хотя бы прийти в себя.

Тошнота подступает к горлу, а тело кажется ватным, как будто больше не принадлежит мне. Я пытаюсь оглядеться, но темнота в комнате не дает разглядеть ничего, кроме расплывчатых силуэтов. Стены холодные, белоснежные, воздух пропитан сыростью и чем-то неприятно химическим.

Что произошло? Почему я здесь?

В памяти с трудом всплывают фрагменты. Торговый центр. Женщина. Виктория Тагаева. Мы говорили… о Камале. Вика показывала фотографии, что-то рассказывала. Потом кофе. Я отказалась, но вода… Она было сладковатой, но я не придала значения. Дальше – только провал. Все внутри переворачивается, когда я осознаю, что это был чей-то план. Меня заманили в ловушку, а я, дурочка, повелась.

Сглатываю, чувствуя горечь во рту. Тело подчиняется с трудом, но я заставляю себя подняться, опираясь на стену. Пространство вокруг кажется тесным, давящим. Голова кружится, но я делаю глубокий вдох, пытаясь сосредоточиться. Телефон! Проверяю карманы – пусто. Разумеется. Кто бы мне его оставил.

– Черт, – шепчу в никуда, сжимая кулаки. Паника нарастает. Я одна. Никто не знает, где я. Даже я сама. Что делать? Как отсюда выбраться?

Внезапно дверь с грохотом открывается, включается свет, и в комнату входит мужчина. Высокий, с уверенной походкой, на губах играет холодная усмешка. Герман Муромский. Я видела его фотографии в интернете. От одного его вида внутри все сжимается от страха.

– Ну что, принцесса, пришла в себя? – Его голос звучит спокойно, даже добродушно, что только усиливает мое беспокойство. Не верю ему. Он смотрит на меня, словно на забавную игрушку, и это неприятно царапает где-то внутри.

– Что вам нужно? – стараюсь говорить твердо, но голос все равно предательски дрожит.

– Что мне нужно? – Герман делает шаг ближе, заслоняя свет своей массивной фигурой. Его глаза мерцают в полумраке, словно у хищника, который нашел жертву. – Это не совсем правильный вопрос, милая. Скорее, что тебе нужно, – ухмылка становится шире. – Камал обманул тебя, а теперь, считай, ты свободная девушка. Он не защитил тебя, так что придется мне заняться этим.

Его слова словно удар по лицу. Больно и обидно. Но я не верю, что Камал мог со мной так поступить. Не верю, что обманывал меня. Что все, что было между нами, не по-настоящему. Отказываюсь в это верить. Такая правда меня не устраивает. Делаю глубокий вдох и ощущаю, как страх внутри сменяется гневом.

– Камал не обманывал меня! – бросаю зло, не сводя с взгляд с Муромского. – И я не свободна.

Герман откидывает голову и смеется. Его смех холодный, как лед, и заставляет мою кожу покрыться мурашками, но я не подаю вида. Обнимаю себя руками, чтобы сохранить тепло, и с вызовом смотрю на врага.

– О, какая верная жена, – говорит он с насмешкой. – Так уж получилось, что мне нравится забирать самое важное у Тагаева. Виктория была прекрасна… Но и ты не хуже. Нам будет хорошо вместе. Я стану твоим мужем. Ты будешь украшением, достойным меня. А твое наследство сильно поправит мое положение.

– Никогда! – выкрикиваю, едва сдерживая волну отчаяния, что поднимается внутри. – Никогда не стану твоей!

Совсем недавно похожее обещание я давала Камалу, но не сдержала. Говорила, что никогда не полюблю, но впустила в сердце. Полюбила всей душой и уже не смогу разлюбить. Он стал моим воздухом, моим смыслом, моей жизнью. Не представляю рядом с собой никого другого. Это просто нереально.

Герман делает еще один шаг ближе, его глаза блестят, как у змеи, наслаждающейся своей добычей. Он тянется рукой, будто хочет коснуться моего лица, но я отшатываюсь, не позволяя дотронуться.

– Какая непокорная. – Его голос становится тихим, почти интимным. – Камал ведь тоже любил твое упрямство?

Меня охватывает дрожь, но я не даю Муромскому заметить страх. Собираю всю смелость в кулак и плюю ему в лицо. Его спокойствие сменяется мгновенной яростью. Он хватает меня за шею и сдавливает. Глаза наливаются кровью, а зубы противно скрипят. Но через секунду Герман снова усмехается, отпускает меня и вытирает щеку.

– Вот и хорошо, – говорит, отступая к двери. – Горячая жена – это всегда интереснее. Мы еще поговорим, когда остынешь. Я научу тебя доставлять мужу удовольствие и быть покорной.

Он уходит, выключая свет и оставляя меня в темноте.

Оставшись одна, я чувствую, как весь ужас ситуации наваливается на меня с новой силой. В груди все горит, а слезы сами собой начинают катиться по щекам. Я сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в кожу.

Все из-за этого проклятого наследства! Эти деньги, которые достались мне, стали проклятием, а не благословением. Они превратили меня в мишень, заманили в этот ад и отняли возможность жить спокойно. Они причина всех этих ужасов, которые сейчас происходят. Моя жизнь больше не принадлежит мне, она принадлежит ненасытной жадности и стремлению разрушить все, что у меня есть.

Камал. Почему он до сих пор не нашел меня? Почему позволил мне оказаться здесь? Он ведь обещал… Обещал, что я буду в безопасности. Но это была ложь. Я не могу сдержать рыданий, обвиняя его в предательстве, а себя за то, что доверилась. Сначала ему. Потом Виктории.

Это отчаяние. Я во всем виновата сама. Сама допустила, чтобы меня обманули и заманили в ловушку. Должна сама из нее выбраться. Надо срочно что-то делать, но я слишком растеряна. Слишком испугана. Камал обязательно спасет меня, а я обязана продержаться до его появления.

В этот момент страх сменяется решимостью. Я больше не позволю никому распоряжаться моей жизнью. Муромский ошибся, если думает, что я стану его покорной женой. Никто и никогда не заставит меня склониться перед ним. Я не стану игрушкой, не стану частью его планов. Этот ад закончится, но закончится на моих условиях.

Глава 33. Камал

Ночь тянется, словно вечность, натягивая нервы до предела. Вокруг пустота, удушающая тишина. Стрелки часов двигаются лениво, будто издеваются, отсчитывая каждую долю секунды, что Аврора там, с ним. Моя Аврора. Моя жена. Где она? Что с ней? Я не могу найти ее. От бессилия хочется реветь раненым зверем и крушить все подряд, но мне нужна холодная голова.

Мысли накатывают волнами, каждая острее предыдущей. Они разрывают меня изнутри, оставляя только гнев