Таверна на колесах. Бургеры против Инквизиции или Попаданки рулят! - Аглая Райнис

мечтал поймать и вздернуть на первом же суку, оказался в разы умнее и мудрее меня. То, что я не сумел разглядеть у себя под носом, он понял уже очень давно. — Райан смял в руках связку сосисок, превращая их в крошево.

— Самобичевание, это, конечно, хорошо, — сказала Мира, мягко забирая у него испорченные сосиски и легко касаясь руки, чтобы немного успокоить. — Но может ты расскажешь немного подробнее, чтобы я понимала, что произошло?

— Сегодня утром в таверне обедал курьер королевской службы. Он вез важную почту для наместника, герцога Эдуарда. Непонятно каким чутьем, но наш эльф понял, что в его сумке есть что-то интересное. Устроив небольшое представление, Люциан и Прошка обчистили курьера и нашли секретную ведомость. В ней был отчет о тайных поставках стали и мечей для личной армии герцога Эдуарда. Мой командир, человек, которому я слепо верил, готовит государственный переворот.

Мира смотрела на Райана, не отводя взгляда.

—Закон оказался ширмой для предателей. Весь мой мир, все мои правила, по которым я жил, оказались иллюзией, которая сегодня развеялась самым жестоким образом. И я... я действительно чувствую себя так, словно меня выкинули голым на незнакомую дорогу в чужом мире. Без ориентиров. Без права на ошибку.

Мира смотрела на этого огромного, сильного мужчину и удивлялась, какая же глубокая, кровоточащая рана скрывалась у него в душе. Её собственные злость и страх мгновенно улетучились, уступая место сочувствию. Она медленно протянула руку и уверенно положила ладонь на его широкое, покрытое шрамами запястье. Райан вздрогнул от этого неожиданного жеста, но руку не убрал.

— Значит, добро пожаловать в клуб «без вины виноватых», маршал, — тихо, но очень тепло улыбнулась Мира. — Теперь ты понимаешь, каково это. Но послушай меня: мир вокруг может перевернуться и все, что ты считал истиной, может оказаться ложью. Так бывает. Но единственно важно то, что ты сам считаешь правильным и честным. И твой дальнейший путь будет определяться именно этим.

— Пожалуй, ты права, — Райан накрыл её маленькую ладонь своей тяжелой мозолистой рукой, слегка сжав пальцы.— Похоже, нам придется... учиться жить без чужих правил.

— Прорвемся, маршал, — Мира искренне посмотрела ему в глаза, скрепляя этот негласный союз зарождающейся дружбы и взаимного доверия. — У нас на Земле говорят, что выход есть всегда. Главное — не опускать руки.

Райан восхищенно смотрел на нее, поражаясь стойкости этой удивительной девушки. Сейчас он твердо для себя решил, что больше не будет слепым орудием в чужих руках. А ещё ему отчаянно захотелось стать частью этой странной, но крепкой команды. И он подумал, что будет помогать им, даже если это будет противоречить приказам герцога.

Момент откровения был беспардонно прерван утробным и очень довольным урчанием, которое доносилось прямо из-за ящика Миры. Немного погодя оттуда показалась усатая мохнатая морда маленькой мантикоры. Мурза, рассудив, что двуногим сейчас явно не до еды, тихонько подползла к плетеной корзине. Крылатый котенок нагло вцепился зубами в самую толстую мясную сосиску и с победным чавканьем потянул тяжелую связку на себя, шумно работая челюстями и помогая себе кожистыми крылышками.

— Ах ты негодница крылатая! — ахнула Мира, мгновенно выдергивая руку из ладони маршала и смущенно краснея. — Мурза, фу! Брось лопать утреннее меню, Прошка узнает, нас самих на сосиски пустит!

Девушка поспешно сползла с ящика, пытаясь перехватить связку, но довольная мантикора обиженно фыркнула, поудобнее перехватила добычу зубами и резво шмыгнула под дальний стеллаж, оставив хозяйку ни с чем.

Райан посмотрел на растрепанную, ползающую на коленях Миру, и расхохотался. Девушка, поняв, что Мурза не отдаст добычу, а Прошка будет завтра ворчать, поднялась с колен и махнула рукой. Глядя на смеющегося Райана она тоже засмеялась. Напряжение последних часов ушло, уступая место странному спокойствию.

Отсмеявшись, Райан тихо сказал:

— Иди спать, Мира, глубокая ночь на дворе. А с сосисками, Прошкой и герцогом мы завтра разберемся.

Мира отряхнула передник, согласно кивнула и вышла из кладовой. Райан слышал, как она поднимается по лестнице, как скрипнула и захлопнулась дверь ее комнаты и как постепенно затихли её шаги. Он тяжело поднялся и вышел из фургона.

Тихая ночь накрыла округу. Из-за редких туч показалась полная луна и её серебряный свет залил Тракт. Лес казался еще темнее, из него веяло сыростью и прохладой. Изредка было слышно, как во сне тихонько фыркают Буян и Уголек или где-то в лесу вскрикивает ночная птица. Внезапно Райан насторожился: со стороны дороги, ведущей от замка наместника, раздался топот копыт. Кто-то явно спешил к заставе.

Нехорошее предчувствие поднялось изнутри. Спокойствие, которое окутало его после разговора с Мирой испарилось, уступив место привычной строгой сосредоточенности. Он плотнее прикрыл дверь таверны и быстро пошел к воротам заставы, на ходу застегивая ворот темной рубахи. Солдаты, стоящие на карауле, тоже услышали приближающуюся лошадь и кинулись открывать тяжелые створки.

Из темноты, тяжело хрипя, вылетела лошадь. Наездник в темном дорожном плаще осадил скакуна так резко, что копыта взрыли влажную землю. Животное трясло головой, роняя белую пену.

— Где маршал Райан! — курьер королевской службы даже не стал спешиваться. Его голос от усталости звучал сипло, а лицо под капюшоном было серым от грязи. — Срочный приказ от его светлости герцога Эдуарда. Передать лично в руки. Курьер протянул узкий свиток, запечатанный личной печатью герцога.

— Что там у тебя? — Райан протянул руку, принимая свиток. — К чему такая спешка? Коня бы пожалел – загонишь.

— Приказ велено исполнить немедленно и доложить о выполнении! — задыхаясь просипел курьер. В его глазах плескался страх, а руки нервно дергали поводья.

Маршал махнул рукой, давая солдатам отмашку вернуться на свои места. В животе колючим комом разрасталось беспокойство, но он говорил спокойно, стараясь не выдать своего состояния.

— Разберусь, — буркнул Райан. — Можешь пока быть свободен – ты устал, лошади тоже требуется отдых. Я тебя найду.

Курьер молча замотал головой, разворачивая коня в сторону тракта.

— Я не могу, мне срочно нужно возвращаться в Верден.

Курьер явно торопился побыстрее покинуть эти неприветливые земли. Не давая коню времени передохнуть, от пришпорил несчастное животное и скрылся в ночи.

Райан покачал головой и сломал сургуч. Плотная серая бумага сухо зашуршала. Он пробежал глазами по размашистым, ровным строчкам. Текст был коротким.

«...бродячую лавку со всеми припасами сжечь до основания... пришлых девок заковать в железо и доставить в тайную канцелярию замка для дознания. За неисполнение — казнь