Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу. Книга 2 - Лина Калина

В библиотеку не пошла — не было сил проверять слухи об убийстве библиотекаря.

Вместо этого отправилась в столовую. Здесь было душно и сонно.

Студенты, похожие на осенних мух, вяло перемещались между столами.

Знакомых лиц не было — и это к лучшему.

Взяв салат, я задумалась: а не заглянуть ли к Брамиону? Пора вычеркнуть дракона из списка и забрать мурлокса… кажется, Козетту? Заодно увижусь с Элкатаром.

Ухватив пару пирожков, я наткнулась взглядом на гору «драконьего хвоста» — запечённого филе лосося — на чьей-то тарелке. Порция была гигантской. Здоровенный детина — её обладатель — рисковал лопнуть, съев всё это. Я нахмурилась. Этот дракон дружил с Брамионом… как же его зовут? Ром? Рол? Рон… Ронан! Точно!

— Ронан, — окликнула я, уверенная, что не ошиблась.

Он нахмурился, пытаясь вспомнить, кто я.

Я широко улыбнулась.

— Мне нужно поговорить с Брамионом. Не подскажешь, где его найти?

— В башне сидит, — буркнул Ронан, с интересом уставившись на какое-то экзотическое драконье блюдо. — Где ему ещё быть.

Поблагодарив, я направилась к башне. Почти у самых дверей столкнулась с Мадлен. Она бросила на меня сердитый взгляд и, ничего не сказав, пролетела мимо.

Я постучала.

Тишина.

Приложив ухо к двери, я убедилась — он внутри. Постучала снова, на этот раз громче. Без ответа.

— Брамион! Я точно знаю, что ты там, мне Ронан сказал! Открой, это важно! — крикнула я, барабаня в дверь.

— Кто это? — послышался растерянный голос из-за двери.

— Финетта Андертон, — ответила я. Мы почти не знакомы... Но дело то важное.

За дверью повисла странная тишина.

Я снова прижалась ухом к двери. Неужели он там... умер?

Или потерял сознание от счастья, что его башню осаждает толпа прекрасных дам?

Я закатила глаза.

— Брамион, это касается твоего мурлокса! — сказала строго.

Дверь открылась. На пороге стоял дракон, на плече которого важно мурлыкала кошка. Брамион несколько секунд странно смотрел на меня, словно ожидая подвоха.

— Этот мурлокс принадлежит дроу, господину Элкатару Алеан'етту, тёмному эльфийскому принцу, — выпалила я, стараясь придать голосу важности, — и если его не отдать, господин Элкатар придёт лично и тогда…

— И что тогда? Эльфийское Высочество изволит драться за кошку? Милости просим, — фыркнул Брам.

— Но Козетта…

— Моя. Тема закрыта.

Сейчас он точно хлопнет дверью перед носом. Я сделала шаг вперёд, чтобы помешать этому.

— Брамион, пойми, Козетта, она… она… она не может жить без других мурлоксов!

— Она прекрасно живёт, чувствует себя лучше многих. Так дроу и передай, — отрезал дракон.

Похоже, отобрать у него кошку будет непросто.

— Но это пока! Всего мурлоксов сорок, и они должны быть вместе, иначе… — я не придумала, что «иначе», но поняла, как действовать. — Боюсь, совсем скоро Козетта зачахнет. Шёрстка выпадет, пропадёт аппетит…

— Что?! — В глазах дракона мелькнул испуг. Он оторвал кошку от плеча, пристально изучая её мордочку.

Козетта, не переставая мурлыкать, бодала его пушистым лбом. Раз, и ещё раз, и ещё.

— Разве нельзя ничего придумать? Чтобы она не болела? — с тревогой спросил Брамион.

— Можно. Отдай её. Пусть поселится с другими мурлоксами.

Он помолчал, словно сомневаясь, потом вздохнул.

— Ладно.

Я осторожно, но решительно забрала Козетту. Разжать пальцы Брамиона оказалось непросто.

— Не переживай, Брамион. С ней всё будет хорошо…

— Подожди! Сорок их там или двести, эта красотка особенная! Не уходи, я сейчас… — Дракон вдруг сорвался с места и помчался в мастерскую.

Я наблюдала, как он сгребает с пола все до единого бумажные шарики, затем бросается в гардеробную, высыпает их в сумку-переноску и снова подбегает ко мне.

— Вот, держи! Это вместо игрушек, — он запускает руку внутрь сумки. — Особенно вот этот, самый большой, Козетта любит жевать его перед сном.

— Хорошо, я запомню… — пробормотала, недоумённо разглядывая огромный погрызенный свёрток бумаги. — Что-то ещё?

— Да! Стой! — Брам метнулся за лежанкой, сделанной из обрезков ткани. — На этом она любит спать. Но не всегда! Лежанка должна быть поближе к огню или чему-нибудь тёплому, обязательно.

— Поняла.

— А у этого твоего дроу много места? Он же в башне живёт? Не захламил её?

— Н-нет… — ответила я, слегка смущённая его беспокойством.

— Козетте нужен размах, чтобы играть! Она любит бегать!

— Там есть где бегать, Брамион.

Козетта мяукнула и заёрзала у меня на руках, пытаясь вырваться.

— В сумку, — прошептал Брам. — Посади её в сумку.

Я так и сделала. Чёрные ушки скрылись в переноске.

Стремясь поскорее покинуть комнату дракона, я торопливо вышла на лестницу. В нескольких ступенях ниже стоял Элкатар. Мой каблук зацепился за край ковра, и я чуть не упала.

— Осторожнее, истинная, — прозвучал надменный голос.

Сердце пропустило удар. Он стоял как ни в чем не бывало. Неужели эта метка — пустой звук? Неужели те слова, оброненные на балу, — всего лишь игра?

Я сниму с него эту метку.

Глава 32

Не в силах справится с эмоциями, я сунула в руки дроу сумку с Козеттой и бросилась вниз по лестнице.

— Нэтта! — требовательный голос Элкатара настиг меня у её подножия.

Но я уже не могла остановиться.

Мучительное чувство вины сжимало грудь. Невыносимо отбирать мурлоксов у студентов, которые так привязались к этим магическим созданиям. Пусть это и не настоящие фамильяры, а лишь часть артефакта, но для ребят они стали друзьями.

Чувствуя, как Элкатар быстрыми шагами догоняет, я продолжала бежать, задыхаясь от накативших чувств.

— Нэтта, что с тобой? — обеспокоенно спросил Элкатар.

Я резко остановилась и обернулась. Слёзы жгли глаза.

— Не могу… прости. Не могу забирать у них мурлоксов! Это… это разрывает мне сердце.

Элкатар внимательно изучал моё лицо. Тень беспокойства мелькнула в его глазах.

— Да, — мягко произнёс он. — Ты не обязана этого делать. Не расстраивайся, истинная.

Кивнула, пытаясь справиться с дрожью, и хотела уже уйти, но в этот момент раздался резкий, недовольный голос:

— Магистр Алеан'етт? Вам нужно лучше следить за вашими… животными.

Рядом с нами стояла Лизель Деверо, подруга истинной дракона, Мадлен Шантиль. Последнее время их имена сплетались в скандальных слухах, доходивших до того, что Лизель якобы застали в постели с женихом Мадлен после студенческой вечеринки.

— Учту ваше замечание, мисс, — холодно ответил Элкатар, бросая на нее острый взгляд.

Бледная и растерянная, Деверо нервно озиралась, словно только что сделала нечто ужасное.

— Забирайте вашу кошку, — процедила Лизель, бросив на меня быстрый взгляд. Резким, почти испуганным движением сунула корзинку с Эванеттой в руки Элкатара.

Не дожидаясь ответа, она развернулась на каблуках и побежала по коридору, словно её преследовали.

Я смотрела вслед Деверо,