Стать Равной - Ника Летта

Слова повисли в воздухе тяжело.

— Её заберут, — добавил он, не отводя взгляда от Шиардана. — Заберут туда, где из таких делают инструмент. И если ты продолжаешь это скрывать, — продолжил Кел'Тер, — Ты не защищаешь её. Ты делаешь её только ценнее.

Это было уже не давление. Это была попытка встряхнуть.

Шиардан сжал челюсть. Потому что именно об этом он уже думал. И именно это не хотел признавать вслух.

— Я задам тебе вопрос один раз, — сказал Кел'Тер.

Теперь голос стал жёстким окончательно.

— Ты с Империей… или со своей расой?

Это был уже не выбор идеологии. Это был выбор линии действия.

Шиардан не ответил сразу. Он видел оба варианта. Выбрать Империю — значит передать её, всё зафиксировать, встроить в систему. Контроль над расой сохранится. Цена — она.

Выбрать свою расу — значит скрыть её, изолировать, взять на себя ответственность за всё, что последует дальше. Сохранить лишь частичный контроль. Цена — его свобода. И система. И ненавистный кузен, который таких решений не прощает.

— Я работаю с тем, что могу удержать, — сказал он наконец.

Это был не прямой ответ, но и не уход.

Кел'Тер медленно кивнул.

— Значит, ты уже выбрал. — Он снова развернул голографию. — Тогда слушай внимательно. У тебя очень короткое окно.

— Центральное ядро уже отметило несостыковку в логах.

— Вторичный анализ пойдёт через восемь-десять минут.

— Если к этому моменту у них не будет объяснения, они начнут поднимать уровень доступа.

Каждое слово ложилось как отметка времени.

— И как только поднимут, — он посмотрел прямо, — это уже будет не наш разговор.

Шиардан не двигался.

— Либо ты даёшь мне версию, которую я смогу защитить на верхнем уровне, — продолжил Кел'Тер, — либо я начинаю официальную проверку. И тогда ты перестаёшь быть тем, кто контролирует ситуацию.

Он добавил тише:

— И очень быстро становишься её частью.

Голограмма погасла. Коридор снова стал пустым. Но теперь в этой пустоте тикало время. Шиардан остался стоять на месте. Восемь-десять минут. На деле — меньше. тИ если цепочка замкнётся, Эльвира исчезнет из его зоны ответственности навсегда.

Он медленно выдохнул. И в этот раз мысль была уже не размытая, а чёткая: если он отдаст её системе, сохранит контроль. Если нет — потеряет всё остальное.

Шиардан развернулся в сторону изолятора. тПотому что выбор уже был сделан. И времени передумать у него больше не было.

****

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ АКАДЕМИЯ ЭРРАЙ В44. НОЧНОЙ ЦИКЛ. ЖИЛОЙ СЕКТОР КУРАТОРСКОГО СОСТАВА

Дверь апартаментов Мей'Тарина закрылась за её спиной почти бесшумно. И всё же этот звук отдался в теле, как щелчок капкана. Лейра не шевелилась ещё несколько секунд. Стояла в полутёмном коридоре, глядя перед собой и чувствуя, как в висках тяжело и глухо пульсирует кровь.

На ладонях остались следы от собственных ногтей она слишком сильно сжимала кулаки, пока слушала, как двое мужчин наверху обсуждают силу, резонанс, Императора, чужую кровь и собственную выгоду.

Если быть откровенной, на самом деле ей было несколько жаль человечку. Ее обсуждали так как будто речь шла не о живых существе. Как будто "Пример 7-246" актив, а и нструктор Коф Шордан рычаг. А она сама просто удачно встроенный переходник. Горло сдавило.

Сначала профессор Харн, его брат. Потом Келар и Мей'Тарин. Все они говорили разными словами, разными голосами, но хотели одного и того же чтобы она была полезной, не свободной, не целой., полезной.

Лейра резко втянула воздух сквозь зубы и заставила себя идти. Не как испуганная курсантка, а как существо, у которого всё под контролем. По крайней мере со стороны.

Коридоры жилого сектора в этот час были почти пусты. Световые полосы под потолком мерцали ровно, стерильно, безжалостно. Где-то далеко за стенами гудели вентиляционные шахты, в такт станционному сердцу пульсировали генераторы. Обычная ночь Академии Эррай В44. Обычная если не считать того, что внутри самой Империи уже треснуло нечто настолько важное, что об этом шептались даже те, кто обычно шептаться боялся.

Император в резонансе. Сама мысль до сих пор казалась безумной. И всё же Лейра уже знала, что безумие не довод. Безумие в Империи Эррай давно научились превращать в рабочий инструмент.

Она свернула в боковой проход, ведущий к служебным коммуникациям. Здесь свет был тусклее. Панели на стенах мерцали, будто станция устала держать идеальное лицо. Лейра коснулась браслета на запястье, проверяя доступ. Ей нужен был не общий канал, а технический обходной узел тот, которым редко пользовались кураторы, но через который можно было выйти на внутреннюю связь, не проходя через верхний уровень протоколов.

Она знала этот маршрут. Когда-то ей показал его Харн. С улыбкой, похожей на трещину на льду.

— У любой системы есть внутренности, — сказал он тогда. — И если тебе когда-нибудь понадобится выжить, девочка, ищи не двери. Ищи тех, кто прячется между ними.

Воспоминание всплыло так ярко, что её передёрнуло. Лейра ускорила шаг. За очередным поворотом коридор неожиданно стал тише, что она сама замедлилась. Здесь всегда работал хотя бы один обслуживающий дрон. Где-то в углу должна была мигать сервисная панель. На потолке идти ровный ток воздуха.

Сейчас не было ничего. Только тишина, она остановилась. Пальцы сами собой сжались на вороте формы, в животе свернулся холодный узел, она медленно подняла голову. Световая полоса над ней почти незаметно дрогнула, не как при сбое питания, как будто пространство под ней на долю секунды потеряло плотность.

— Это... — выдохнула она почти беззвучно и сделала шаг назад.

Она резко обернулась. За спиной был тот же коридор, тот же свет, те же панели. Но теперь ей казалось, что перспектива сломана, стены шли слишком ровно. Слишком далеко. Слишком... правильно. У нее было ощущение, что на нее смотрят.

Она сделала ещё шаг, потом ещё. Инстинкт вопил, что бегство только сделает её добычей. Нужно было дойти до связи. Передать ещё один сигнал, исчезнуть и спрятаться. Придумать что угодно, но только не стоять здесь. На пересечении технического шлюза у неё впервые сбилось дыхание.

Потому что сенсорная панель у двери горела зелёным, разрешая проход, а сама дверь оставалась закрытой. Лейра замерла, панель пискнула, ещё раз, третий. Дверь не открылась. А потом, прямо у неё на глазах, свет на панели погас. Словно кто-то стёр его пальцем с поверхности реальности.

— Что за...

Фраза умерла у неё на губах. Что-то изменилось в воздухе, не запах, не температура, а гравитация. Лейра резко схватилась за стену. На миг ей показалось, что пол накренился, хотя корпус оставался неподвижным. Сердце ударило