Обречённый быть обручённым - Татьяна Геннадьевна Абалова

Щелчок ногтями, и я снова стала самой собой. Задумчивой и серьезной. У меня есть всего одна ночь, чтобы разобраться с незнакомкой, которую прячет Андре.

Перед самым ужином вернулся из Дальгера Рош. Следом за ним слуги занесли несколько коробок. Глаза Габриэля горели.

– Я с подарками для Русалки, – сказал он, застыв в ожидании, когда уйдет прислуга.

– Что за подарки? – я радостно кинулась сдергивать ленты.

– Я подумал, что тебе неловко будет присутствовать на ужине в мужском халате. Поэтому прошелся по магазинам.

В коробках лежали красивые женские вещи. Все, от дорожного платья с удобными ботинками до нижнего белья.

– Баронесса помогла мне выбрать достойную одежду, – Габриэль следил за каждым моим движением, ревниво улавливая, нравится или нет.

– У нее хороший вкус, – с улыбкой ответила я, разглядывая подарки. Особенно прелестны были туфельки на каблучке и домашние тапочки с розовыми бомбонами из меха в качестве украшения.

– И не будет никакой ответной благодарности? – голос Роша прозвучал вкрадчиво. Сердце радостно застучало, и я опустила красивое платье назад в коробку. Я еще успею его примерить. Меня ждет нечто поинтереснее.

– Ой, как нехорошо целоваться с девушкой, имени которой ты даже не знаешь, – я манерно повела плечами.

– А если я закрою дверь на ключ? – он не стал ждать ответа, щелкнул замком.

Я тоже не стала ждать, когда Габриэль вернется. Я повисла на нем и с великим удовольствием отдалась поцелую. Наконец–то я целуюсь с тем, кто предназначен мне в мужья проведением. Никаких терзаний совести.

– Вот оно какое, счастье, – прошептала я, когда мне позволили вдохнуть.

– Раз мы теперь точно знаем, что предназначены друг другу, может, встретимся в полночь? В моей комнате? – объятия стали слишком тесными.

– Ты хочешь сделать меня своей любовницей? – я и не подумала оттолкнуть суженого.

– Разве стоит терять столько времени? Одно другому не мешает. А когда снимем проклятие – поженимся.

– А если будут дети?

– Нам придется поторопиться с проклятием. Хороший стимул.

– А если не получится быстро справиться? И потом, я совсем недавно заявляла Андре, что моя мама откажется нянчить бастардов, если я буду чей–то любовницей.

Объятия ослабли, а взгляд Роша сделался напряженным.

– Он приставал к тебе?

– О, нет! Мы вели вполне светскую беседу. Вернее, полу–светскую, поскольку он ко мне обращался на «ты», – я тоже убрала руки с шеи Габриэля и даже сделала шаг назад. – Я призналась ему, что являюсь репортеркой, забравшейся в замок, чтобы увидеть графа Теодора и написать о нем статью.

– Он пытался тебя выгнать, пока я был в Дальгере?

– Он не поверил, что я ничего не помню. Пришлось импровизировать. Завтра буду ломать голову над статьей. Он милостиво разрешил задержаться в замке, чтобы я показала ему, что собираюсь выкладывать в желтой газете. Потом я обещала покинуть замок.

– Я поговорю с ним. Мне нужен еще день, чтобы составить план работ по спасению озера в Дальгере. Передам его мэру и буду свободен. Мы сможем вплотную заняться проклятием.

– Нет, ни в коем случае, не признавайся, кто я такая! Я позже объясню, для чего надо сохранить свое имя в секрете.

– Надеюсь, в твоей голове не зреют опасные мысли? Мне стоит начать беспокоиться? – Габриэль пытливо смотрел мне в глаза.

Я сделала серьезное лицо.

– Скажи, ты чего–то боишься? В замке небезопасно для меня? Мне стоит бояться Андре? – я хотела знать, что чувствует сам Габриэль. Может, у него тоже есть тревожные мысли относительно своего друга?

– Андре? Нет. Он надежен. Мы не раз подставляли друг другу плечо.

– Когда? В далекой юности? Ты же знаешь, что люди с годами меняются.

– Он не пойдет против меня. В трудный момент я спас его от краха, заплатив огромные долги его семьи. Его родители называют меня сыном, а он братом.

– Ты знаешь, что чрезмерная щедрость зачастую порождает ненависть и чувство униженности у того, кого одаривают? Бабушка знает людей, и я ей верю, когда она берется меня поучать. «Почему одним все, а другим ничего?» – такие мысли приводят к скрытой зависти, а оттуда прямая дорога к черной неблагодарности.

– Перестань. Андре не такой. Я щедро ему плачу.

– Это не отношения братьев. Мои братья не требуют с меня оплату за услугу. Я даже представить не могу, что они предложат мне деньги в обмен на мое содействие в их проблеме.

Я не стала говорить, что они ждут разрешения охотиться в графском лесу, считая, что сестра обязана позаботиться об их счастье. Они даже подтолкнули меня в спину, когда я засомневалась, прыгать или нет в водопад.

– Пребывание Андре здесь – это работа. Управлять замком, вести дела в Роке – это не так просто, как может показаться.

– Хорошо–хорошо, – я подняла руки, показывая, что сдаюсь. – Тебе видней. Я знаю его меньше суток, а ты полжизни.

Я не стала выкладывать, что у Андре в замке есть маленькая тайна, о которой он не спешит докладывать другу, брату и работодателю. Чтобы не возвести напраслину на Андре, придется мне самой разбираться с незнакомкой. Я должна знать, что она задумала и для чего собирает сведения о графе Теодоре. Судя по всему, она в курсе, какую миссию исполняет в замке Андре. Или не знает? Тогда еще интереснее, в качестве кого она находится здесь. Если она любовница «Лавкрафта», Габриэль должен знать, что он счастливый любовник незнакомой ему женщины.

– А что насчет сегодняшней ночи? Мы так и не договорили, ты придешь ко мне или нет? – Габриэль с улыбкой кота снова притянул меня к себе, а я снова закинула руки на его плечи.

– Я еще не решила. Посмотрю на твое поведение.

Чтобы прервать череду вопросов, я сама поцеловала Габриэля.

В дверь постучали с сообщением, что через час леди Русалке следует пожаловать к столу. Хозяин замка будет ждать гостью в малой столовой зале.

Я быстро выпроводила Габриэля, чтобы переодеться.

Расчесывая волосы щеткой, я подошла к окну – мое внимание привлекли торопливые шаги. Открыв створку и выглянув, я заметила бегущего по аллее слугу. В его руках была знакомая корзинка. Теперь я была уверена, что подкармливают подружку Андре. Проследив взглядом, в какую сторону он пошел, я постаралась запомнить направление.

По чертежам я знала, что в замке было несколько флигелей. Слуга спешил в тот, что скрывался в саду. Весьма укромное местечко. Вряд ли Габриэль, останавливаясь в замке, прогуливался в тенистом саду, тянущемся до самых скал. Он понятия не имел, что там живет