Когда ночь крадет солнце - Диана Фэйр

раны на обнаженной груди. — Герой приходит, чтобы найти меня, — советник поджал губы, когда я обернулась к нему, предупреждающе прищурившись, — я соглашаюсь пойти с ним. А на следующий день он приводит своюблаженную подружку.

Мужчина помолчал, глядя на меня с неприкрытой неприязнью. Его руки слегка дрожали, но он старался это скрыть, периодически поправляя галстук. Вот только взгляд выдавал, что бедный волк ничего не знал.

— Наш прекрасныйкороль обожает последний акт этого спектакля, — равнодушно продолжила я, скользнув кончиками пальцев по щеке раненого. Тот дернулся, зашипел от боли, когда золотой огонь пополз по его коже, но даже не открыл глаза. — Он лично убивает всех: героя, затем — его прекрасную невесту. А я иногда выживаю, когда ему становится особенно скучно. К нашемуобщему сожалению.

Вейлор побледнел, несдержанно выругавшись, но моя рука сама потянулась к груди пленника. Сначала — прямая линия, там, где сердце уже едва билось. Несколько завитков, образующих руну настолько древнюю, что даже невольные зрители небольшого ритуала затихли. И совершенно никаких мук совести — просто маленькая попытка отыграться ради собственной безопасности.

— Ты что творишь, ненормальная⁈ — прошипел Лойд, пока я завороженно выводила новые символы под тихий стон подопытного. — Как ты посмела⁈ Он ведь…

— Шпион? Знаю-знаю, — я улыбнулась, в наступившей тишине стараясь сосредоточиться. Слишком давно не думала о том, как контролировать собственную магию. А без сердца так и вовсе никогда. — Ты все равно почти убил его. А я — могу помочь, дорогой. В обмен на…

Последний штрих вышел неуверенным, но верным: метка на груди мужчины загорелась золотом так ярко, что даже я прикрыла глаза. Наблюдатели вряд ли оценили драматичность момента, а один из них приблизился, резко схватив меня за плечо. Бедный отчаянный мальчишка даже не знал, что сам потянулся к чудовищу, способному подчинить себе и его судьбу заодно.

— Он связан с сердцем, — неуверенно выдал Лойд спустя долгую минуту молчания и тягостных размышлений. — Связался с людьми, чтобы открыть им доступ кнам. Попался на попытке убить моего сына. В прошлый раз сгорел по твоей вине до выяснения подробностей. — Оборотень хмурился так сильно, что явно прибавил себе морщин за короткий срок, а я с интересом уставилась на оборотня, впервые, наверное, не испытывая к нему пустой злости. — Если заговорит…

Я повела плечом, сбрасывая чужую ладонь, и приблизилась к советнику нарочно медленно. Думала — пыталась думать, чего будет стоить еще одна афера без явной выгоды, как скоро я опять попадусь в очередную дурацкую ловушку судьбы. Ровно три шага босиком по холодному полу до окончательного решения.

— Милый, — я взглянула на скованного мужчину через плечо, и он послушно вздрогнул от плохо сдерживаемой ярости — как и я в свое время. — Сейчас ты будешь хорошим мальчиком и расскажешь этомууважаемому господину то, что он попросит.

Дом советника оказался менее роскошным, чем я ожидала, но был вполне сносным убежищем на короткое время. Вот только чай оказался слишком горьким, а слуги — навязчивыми. Долговязый парнишка уже несколько минут плохо скрывал свои взгляды мне в вырез платья, а черноволосая демоница старательно добавляла яд в чашку, когда думала, что я не вижу. Видела. И пила с удвоенным удовольствием.

Практически полное уединение нарушилось скоро: Лойд уверенно прошел в гостинную, садясь в кресло напротив, и посмотрел на меня с таким презрением, что захотелось взбесить его еще больше. Вот только интерес поболтать с новым лицом в моем окружении оказался сильнее — его как раз подтолкнули в спину уже знакомые мо́лодцы, заставив упасть на колени перед нами.

— Одна твоя шутка… — глубокомысленно выдал советник, увидев, как вспыхнул мой взгляд. Не просто любопытством — целой жаждой узнать то, что мне не предназначалось. — Не думай, что княжеской игрушке здесь…

Я лениво отмахнулась от старика, садясь на пушистый ковер прямо напротив плененного мужчины, и щелкнула пальцами. Пламя в камине взметнулось вверх, вырисовывая силуэт человека с отрубленной головой. Советник с явным трудом заставил себя промолчать, а я довольно улыбнулась.

— Мой мальчик готов начать? — нарочно мягко прошептала я, подаваясь вперед и кончиками пальцев касаясь тугой веревки на его запястьях. — Все в подробностях, дорогой. И особенно — про сердце. Не зря же я отдала его.

Я отвлеклась всего на мгновение — прикрыла глаза под возмущенный вскрик Вейлора, а бывший раненый уже сжимал мою шею так сильно, что стало трудно дышать. Чужая ненависть и ярость ощущались слишком явно, чтобы быть просто угрозой. Меня явно планировали убить быстро и мучительно.

— Тварь, — рычаще прохрипел мужчина, а я как последняя дура послушно не стала спорить. Расслабилась, позволяя ему ощутить ответную волну боли и сжать мое горло сильнее.

В последний момент, когда рука дрогнула, а я поняла, что больше не выдержу, я все же рискнула посмотреть на счастливо спасенного. Серые глаза горели подозрительно красиво — ярость, смешанная с отчаянием и чем-то знакомым. Ах да, безысходность.

Я с самого начала не пыталась подняться, а просто притворялась спящей до самого конца. Жесткая постель совсем не манила задержаться на ней подольше, но вот мужчина, расхаживающий из угла в угол, был вполне любопытным явлением. Его лицо выражало смесь ярости и презрения, но воттело … Я даже улыбнулась — он держался легко, словно привык к движению: прямая спина, расправленные плечи, лёгкий шаг. Мышцы не выпирали буграми, но угадывались под кожей — точно хищник перед охотой.

Он что-то бормотал себе под нос, и в его голосе слышались ядовитые нотки. Я сделала вид, что всё ещё сплю, надеясь уловить хоть намёк на его мысли.

— Идиотка… — не голос, шипение. Настолько злобное, что даже яд показался всего лишь сахаром. — Думает, что может управлять мной… — Совершенно верно. — Чуть не сдохла…

Я потянулась наигранно лениво, позволив тонкому одеялу соскользнуть с бедра, и незнакомец послушно замер, напрягаясь от одного моего вида. Даже стало немного обидно — такой реакции я не видела очень давно, хотя в себе была более чем уверена.

— О, наконец-то соизволила очнуться! — процедил он сквозь зубы. — Ты, должно быть, считаешь себя всесильной? Пытаешься тратить мое время на эти глупые выходки?

Я приподнялась на локте, небрежно откинув прядь волос, и окинула его ленивым взглядом. Да, хорош, вот только характер далеко не сказочный — всегда находила именно… таких. Словно магнитом их ко мне тянуло, что ли? Хотяих больше не было. И не должно было быть.

— Не бойся, милый, я не умру так просто, — ответила я с нарочитой небрежностью, но ладонь сама потянулась к горлу. — А ты пока что