Невеста (не) для сына - Аида Янг

— Это ведь королева? — шепнула мне дочка, не унимаясь и пытаясь обернуться.

— Нет, это мать мистера Вагнера, — ответила ей очень тихо.

— Правда? Вот, здорово! — обрадовалась Николь, не сдерживая эмоций.

— Идём же… — поторопила своего ребёнка. — Простите, — обернувшись, виновато улыбнулась хозяйке и поспешила за дверь, но всё-таки не успела выскользнуть из комнаты.

— Пусть останется, — прилетело мне в спину. — Раз уж пришла.

— Нет, ей не нужно находиться здесь, — попыталась всё же увести дочь от ведьмы, которая будто чувствовала что-то неладное. Неужели у неё имеются какие-то сверх способности? Чертовщина какая-то.

— Вы такая красивая, — вырвала из захвата свою руку Николь. — А у вас есть собаки?

Дочка, словно зачарованная пошла к хозяйке, совсем её не боясь.

— Собаки? — переспросила, вскинув брови миссис Вагнер, а потом, к удивлению присутствующих, рассмеялась. — У меня есть абсолютно всё, вот только собак не имеется.

Девочка тоже широко улыбнулась и, скопировав жест старухи, вздёрнула нос кверху.

— Уверена, вы будете улыбаться ещё больше, если у вас появятся корги.

— Корги? — на губах хозяйки снова засияла улыбка. — Никогда не думала об этом.

— Они такие милые, — фантазируя, с придыханием поведала дочка. — Маленькие, с короткими лапками.

— Наслышана об этой породе. Они и впрямь милые. А что если мы купим этих собак?

— Правда? — воскликнула дочка, открывая рот. — И я смогу с ними поиграть?

— Да, — кивнула ей хозяйка. — Но при условии, что твоя мама будет меня во всем слушаться и делать, как я пожелаю.

А вот это меня озадачило и даже выбило из колеи. Опять какие-то игры?

— Не нужно обещать ребёнку того, что мы обе не в силах выполнить.

Не знала, что она там задумала, но уже наперёд обозначила, что не стану плясать под её дудку. Сначала волосы, потом что? Продать себя за деньги? Нет уж!

— Я знаю о тебе правду, Аими Моро. Уверена, ты сделаешь так, как хочу я.

Внутренности от страха скрутило в тугой узел. Сглотнув, посмотрела в холодные глаза старухи.

— Вы не можете… пожалуйста! — сглотнув, прошептала тихо.

Значит, она все знала… и просто играла со мной.

— Уведите ребёнка в комнату. Пошли все вон! Маскарад на сегодня окончен.

Одна из служанок взяла за руку мою дочь и вывела из комнаты. Следом за ними, наспех собрав наряды, которые не были представлены хозяйке, удалились остальные. Через мгновение мы со старухой остались наедине.

— Я не убивала Гая. Клянусь вам! — проговорила осипшим голосом, боясь даже шелохнуться.

Дрожь беспощадно сотрясала всё тело. Чудом удавалось держаться на ногах.

Она — мать Вагнера. Имеет власть и могущество. Разве я смогу с ней тягаться, если она пожелает меня уничтожить и исполнить то, что намеревался её сын.

— Пощадите. У меня маленькая дочь. У неё никого, кроме меня, — смотря ей в глаза, я медленно опустилась перед ней на колени и сложила перед собой ладони.

— Что за чушь ты несёшь, — неожиданно засмеялась старуха. — Встань. Смешнее бреда ещё не слыхала. Да ты насекомое убить не в силах. Придумала же…

— Вы мне верите? — тяжело дыша, словно после долгой пробежки, спросила её.

— А почему я не должна тебе верить? — удивилась дама. — Я наблюдала за тобой несколько дней, наводила справки и убедилась, что ты — порядочная девушка. И… достойная кандидатура для моей задумки.

Порядочная? Справки?

— Я не понимаю вас, — качнула головой, смотря в её лицо.

Вздохнув, старуха поднялась с кресла и шагнула ко мне. Взяв меня под руку, силой заставила подняться на ноги.

— Послушай меня, девочка, я не знаю, как и почему ты попала к моему сыну, но очень рада, что так вышло. Именно ты и нужна мне была.

Становилось ещё непонятнее. Она говорила какими-то загадками.

— Рады? — переспросила, пытаясь хоть что-то понять.

— Именно. Я знаю твою семью. Твоя бабушка, Аими Беккер, была мне близкой подругой. Долгая история… — хмыкнула, разворачиваясь ко мне спиной, ища глазами свою трость.

— Бабушку? Аими? — удивилась ещё больше.

Аими? Мать моей матушки? Слышала, что именно в честь неё я получила свое имя. Но встречалась с ней несколько раз в раннем детстве, а потом ее не стало.

— Аими… — вздохнула старуха. — Ближе неё у меня никого не было. Мы были из семей разных по положению. Она не имела ничего, кроме громкого имени своих предков, меня же ждала жизнь в роскоши и достатке. Но это не помешало нам с ней дружить. Подолгу гулять в городском парке и обсуждать интересующие нас темы. Она была безумно красива как редкий цветок. Все ей завидовали, даже я. Когда нам стукнуло по восемнадцать, отец договорился о моей свадьбе с самым лучшим парнем во всём городе. Я была дико в него влюблена, но он уже любил другую…

— Аими…

— Да, Аими, — кивнула миссис Вагнер, печально улыбаясь. — И она отвечала ему тем же.

Я рыдала круглые сутки. Намеренно избегала встреч с Патриком, чтобы не услышать его отказа от помолвки. Разорвала связи с подругой, не желала её больше никогда видеть. Даже пыталась покончить с собой.

— Мне очень жаль, — поджала губы в сочувствии.

— Я никогда не нуждалась в жалости. Я хотела всё самое лучшее и, в конце концов, всегда получала. Аими, узнав о том, что со мной происходит, разорвала отношения с любимым. Отказалась выходить замуж за Патрика. Из-за меня…

— Невероятная история, — выдохнула вслух чуть слышно.

Никогда об этом не слышала. Мама никогда не рассказывала мне об этом. Возможно, она и сама не знала, потому что бабушка похоронила всё это глубоко в себе и никогда не ворошила прошлое. Оно было и понятно, ведь моя бабушка безумно любила своего дорогого супруга и моего дедушку Эндрю. Не раз об этом слушала и была рада, что моя тёзка была счастлива.

— Я рада, что всё закончилось хорошо и вы вышли замуж за мистера Патрика Вагнера. Бабушка, сделав тот непростой выбор, тоже нашла своё счастье рядом с моим дедушкой. Она очень любила его.

— Я очень рада это узнать. Слышала, что она довольно быстро вышла замуж и покинула город. Больше мы с ней никогда не встречались. И я так и успела поблагодарить и попросить у нее прощение.

Было невероятно всё это слышать. Но то, что такая чёрствая и бездушная женщина как миссис Вагнер желала чего-то подобного, удивляло ещё больше.

— Уверена, она вас простила, так как ценила вашу дружбу, — поспешила её заверить в том, во что верила и сама.

— Она всегда был мягкой и очень доброй, — улыбнулась