Опальная принцесса и запретный лес - Мария Ирисова

— Я собираюсь признаться на гулянке Фалькони. Во дворце за Вержаной повсюду следуют истрийцы. Да и… Гулянка важна по другой причине — это будет ловушка для чародея… Тот гад, который напал на неё на площади… Не знаю, помнишь ты или нет… Потому я ввязался в это всё. Она мне нравится, я хочу жениться… — выдал принц и помассировал виски. — А всё вокруг твердят, что мы не пара. Я ж из Галиссии, а у неё за спиной чародей стоит! Так ещё и эти истрийцы, будь они не ладны, со всех сторон обложили.

Рустам улыбнулся — беззлобно, даже немножечко ехидно.

— Ну и дурень же ты! Вот вроде видел, на что Вержик способна, а такие глупости говоришь.

— О чём ты? — нахмурился Рикардо.

— Вержана тянется к людям, ищет понимание и теплоту. Плевать ей на материальные блага, — добавил серьёзно, глядя на принца. — Если действительно хочешь быть с ней, перестань увиливать. Быть парой означает всё делить на двоих. Как её мир, так и твой. Вы разные, да. Как и мы с Лаурой. Но без неё… мой мир пустой! — сказал и на землю спрыгнул, пошёл к дверце, отворил, но дожидаться, пока принцессы выйдут, не стал — жестом позвал за собой Фёдора и Егора.

Едва они подошли к монолитной, казалось бы, стене, посреди неё возник арочный проход. Оттуда дул холодный ветер и приносил с собой странные запахи — терпкие, пряные и совершенно незнакомые.

— Путь открыт. Готовы прогуляться по тёмной стороне столицы?

Глава 13. Лес приветливый

Люблю ли я Рикардо? Вопрос простой, а у самой душа в смятении и слёзы блестят в уголках глаз… Предательские.

— Понятия не имею, что ответить, — проворчала и обняла плечи руками. — Он принц, а я хочу простой жизни, потому даже не задумывалась о нас… С ним…

— Занимательно, — прозвучало иронично так. — Давай задам вопрос иначе: ты совсем не будешь сожалеть, если парнишка исчезнет?

Спина инеем покрылась. Это что, угроза? От князя? Он с ума сошёл? Дёрнулась и попыталась обернуться…

— Ваше… Александр, ты же не собираешься с ним…

— Вержана, вот ты сейчас о чём-то нехорошем подумала, да? По глазам вижу! — он смотрел с прищуром. — Небось уже представила, как я из паренька душу вытряхиваю. — На синих губах появилась шикарная улыбка. — Можно, конечно, если ты попросишь…

— То есть ты не собираешься меня ни к чему принуждать?

Улыбка стала ещё шире, Александр изогнул бровь.

— А зачем? Чтобы ты меня потом всю жизнь ненавидела? — он скривился. — Нет, это не мой вариант, определённо. А вот назвать тебя друго… Вернее, подругой, — он очертил пальцем волшебную круговерть, — если выберемся отсюда, можно будет даже называть тебя боевой подругой.

— Но женитьба…

— Вержик, свадьба… наследование престола… Это всё мои проблемы, и я не собираюсь перекладывать их на твои хрупкие плечи. Поняла? — спросил и по носу легонько щёлкнул.

Смотрю на него, а природное недоверие всё равно душу кусает, спасибо хоть не пятки.

— Тогда зачем допытываешься про мои отношения с Рикардо?

— Проверяю… — пожал плечами князь. — Насколько далеко распространяется твоя честность, — отвечает безмятежно.

А я всё равно пытаюсь высмотреть в серых глазах расчёт или хотя бы выгоду. Только ни первого, ни второго там и рядом не гуляло. Как так?

— И ты не станешь отговаривать? Наверняка у тебя найдётся не один довод, почему мы с Риком плохая пара…

— Вержик, жизнь такая короткая, не разбазаривай её на глупости вроде сомнений. Хочешь принца — хватай его за шкирку и припирай к стенке. Пусть отказывается ради тебя от галисийской короны!

— А ты бы отказался?

Думаете, Александр усомнился, хоть на мгновение?

— Да, я пытался сплавить венец Ярославу — он наследник первой очереди, пусть впрягается… Тогда был первый раз, когда мы со Снежей серьёзно поругались, — сказал и вздохнул, аж серые глаза помрачнели. — До сих пор не понимаю, почему она настаивала. Подтолкнула меня к трону, а сама отступила.

— А почему ты сразу на ней не женился? — спросила, что называется, в лоб, а когда Александр вскинул на меня взгляд, поняла, что ляпнула. — Прости… Я не… Ну… Как бы… Вы ж вместе три года были…

— Я предложение ей сделал два года назад, — признался и за шнурок потянул. — Это как раз помолвочное кольцо… — изрёк и прислушался. — Мне кажется или лес притих? — Александр провёл рукой по воздуху, будто стёр ладонью влагу с запотевшего стекла.

— Ох ты ж мать… — охнула и спиной в Александра вжалась.

А всё почему? Аккурат рядом с нами Бугарчик возлежал, и глаза фиолетовые с вертикальным зрачком так пристально глядели, будто фейри дорос до мысли, что одной наглой принцессой закусить пора бы.

— Ты чего дёргаешься? — удивился Александр, попридержав за плечи, а ещё заставил сферу вокруг нас обзавестись шипами.

— Рядом Бугарчик сидит… Зубы проветривает.

Князь носом воздух втянул, а потом спокойно так осведомился:

— Молнию кидать? Или сама зельем вразумлять будешь?

Одна только постановка вопроса заставила улыбнуться…

— Не надо зелья! — выкрикнул фейри и отпрянул. Затем, не смотря на комплекцию, за тощим деревцем схоронился, одна голова выглядывает. — Я так лет сто не хохотал. Думал, помру… Нельзя ж так над честными фейри измываться. Мы, знаешь ли, хрупкие! — заявил бычок двухтонный, одна голова как моих десять.

— Улыбаешься, значит, фейри ни выть, ни нападать не будет, — резюмировал Александр, затем осторожно ссадил меня со своих колен и поднялся. Ну и я следом. Оглядываюсь, а лес почти нормальным сделался. В том смысле, что трава позеленела. А ещё сосны стали обыкновенные деревья напоминать, без всяких там красных иголок.

— Намиловались? — спрашивает Бугарчик, весь такой большой и бесстрашный, но из-за дерева не высовывается.

— Мы не…

И тут меня князь за руку — цап.

— Если фейри заговорил, значит, чего-то хочет, — добавил весомо. — Выясни подробности, и надо двигаться к выходу… После бури эфир перемешался, потому я не различаю, что опасно, а