Опальная принцесса и запретный лес - Мария Ирисова

— Подозреваешь ловушку? — князь нахмурил брови.

Понимаю его озабоченность, если со мной что-то случится, Добриэль всей Истрии задаст жару. С другой стороны, лес явно вредить не собирается, иначе просто не стал бы нас защищать.

Вздыхаю — ничего не понятно, зато чертовски интересно! Поворачиваюсь к Александру и широко улыбаюсь.

— Пойдём вперёд и выясним? Тебе ведь тоже любопытно, да?

— Ещё бы… В летописях ни слова, — он махнул рукой в сторону дома, — обо всём этом! А потому… — и галантно локоть мне предложил, будто мы на светском приёме, а не посреди глухого аномального леса.

Зато жест развеселил, без лишних споров беру под руку и только теперь замечаю, что неловкость ушла.

Невероятно, одна магическая буря сблизила нас сильнее, чем куча перипетий до этого.

«Буря и одно признание, — весомо добавил голос разума».

«А уж пообнимались мы сколько, — зевнула романтика, устало потирая глазки, — со всех сторон прелесть потискали и даже помяли».

Я тоже не удержалась от зевка — это напряжение недавних событий сказывается, так ещё и полумрак вокруг. Пойди разберись, день сейчас или уже вечер. Появление домика в поле зрения и вовсе бессовестно расслабляло.

— Липой пахнет, — учуял князь и нахмурился. — Сейчас же осень.

— А я аромат фиалки улавливаю, да ещё и такого редкого вида с махровыми лепестками.

Князь искоса на меня поглядел, потом снова домик взглядом окинул.

— Может, всё же ловушка, а?

— Вот если бы мы к тёмным пришли, тогда я бы и не сомневалась… А тут лес нас задобрить пытается. Гляди, дом ему выстраивать не с руки — обычно таким чародеи занимаются, а лес вон как старается. Лестницу сделал…

— Из мха…

— Что под рукой нашлось, — пожимаю плечами, затем на окна киваю. — Видишь, как поблескивает? Но это ж не стекло, а фейская пыльца. Она может делаться прочной — ничуть не хуже металла. Посмотри! — указываю на дымоход. — Для нас даже печь сделали. Ваша аномалия — само очарование.

Князь на меня глянул, но комментировать ничего не стал.

— А те цветы, которыми тебя лес в ловушку поймал… Они и правда ценные?

— Для людей — нет, а вот для чародеев и фейри — во сто крат дороже золота. — Смотрю на Александра и вижу в серых глазах вопрос. — Ты знаешь, что фейри, как и чародеи, больше всего дорожат своей магией и стараются её приумножить.

— Мы, — тут он указал на себя, — истрийские воины тоже стремимся развиваться.

— Да, но вы скорее исключение, чем правило. До сих пор не понимаю, как ты или Данияр чары творите, вы же даже не полукровки.

Князь улыбнулся загадочно, но секретами истрийского могущества делиться не спешил.

— Ты про цветок рассказывала, — напомнил, а заодно шаг на крыльцо сделал, проверяя, крепкое ли.

— Ага, — согласилась и следом поднялась, носом воздух втянула. — Кедр… упоительно терпкий. Так вот, мимикрия сама по себе источник волшебной силы, а если сделать правильный отвар, то силу можно увеличить.

— И что обычный цветок может из чародея сделать древнего?

— Если бы… — я мотнула головой и порог домика переступила. В тот же миг внутри под потолком вспыхнули фонарики — разноцветные, размером с орех. — Как уютно! — ахнула, разглядывая зелёный стол, выполненный из огромного листа, а рядом два кресла — глубоких таких, что захотелось в них с ногами забраться. Ещё бы плед туда…

Лес будто мысли послушал, на одном из кресел сверкнула россыпь волшебных искорок, и там появился плед — зелёный и пушистый. Подошла ближе, цапнула — а он хвоей пахнет, но на ощупь как пух или как облако — невесомый, но пальцы мигом согрелись.

— Думаю, это здесь для тебя. Накинь, согреешься.

Князь плед взял и меня им укутал.

— Я пока печь растоплю, а ты погрейся, вон весь нос красный… — И пошёл хозяйничать. Главное — князя нисколько не смущал тот факт, что дом волшебный и ничего привычного здесь нет.

Интересно, а как бы повёл себя Ми… Рикардо? Смог бы вот так запросто обращаться со всем этим? Хотя… Принца в такую аномалию никаким ветром не могло занести.

Завернулась в плед, засмотрелась на мужчину. Такой большой, но совсем не выглядит неловким — наоборот, складывается впечатление, будто он перетекает с одного места на другое. Возле печи покрутился, потом на улицу высунулся, дров принёс — ещё несколько минут, и по воздуху поплыл дымок, намекая, что скоро станет тепло.

Александр повернулся, лицо хмурое, можно подумать какой-то вопрос ему покоя не даёт.

— А если зелье из цветка мимикрии я попробую? То я смогу видеть фейри?

Вопрос ошарашил, смотрю на князя, а губы так и норовят расползтись в ухмылке до самых ушей. Так ещё попутно чувство внутри такое появилось, необычное. Кажется истрийскую аномалию мы вдвоём на трофеи разбирать будем.

Ответить не успела — за окном послышался грохот. Сердце в груди трепыхнулось.

Ну что опять? Мы ж даже чаю заварить не успели. Князь тут как тут, рядом встал, вон на пальцах молнии пляшут.

Грохот поворился, ровный такой, ритмичный, что аж земля под ногами дрожит. Ощущение такое, словно к нам на свидание скала чешет, притом вприпрыжку.

— Может, это то самое, ради чего нас сюда заманили?

Пожимаю плечами, киваю в сторону окна.

— Давай глянем? — предлагаю.

Мы обменялись взглядами, и Сандр вперёд шагнул, а заодно сферу защитную вокруг нас сотворил. Грохот не стихает, хуже того — приближается.

Жутко от него, мурашки по спине ползут, и пальцы предательски подрагивают. Я ведь обычный человек, премудростей чародейских не ведаю. Смогу ли справиться?

Александр, не оборачиваясь, одной рукой мою ладошку ловит, ободряюще стискивает пальцы, будто на расстоянии чует, как мою душу охватывает смятение.

Выглядываю в окно, а вокруг нашего убежища свободное пространство — сосны в стороны разбежались, так ещё и в размерах уменьшились, будто им не сто лет от роду, а всего год.