(Не)спящая красавица или Ох уж эти сказки! - Катерина Кравцова

— Надеюсь, они не запоздают, — вздохнула я, и обернулась к двери.

В комнату как раз влетала чем-то крайне взволнованная мадам Клод.

— Месье Робер, — задыхаясь, провозгласила она, — к вам посыльный от его величества. Говорит, срочное послание. И он будет ждать ответа.

39.

Вот только величества нам здесь и не хватало! Когда мне нужен был принц, я его так и не дождалась. А теперь на сцене появился целый король! Ну ладно, не король, всего только его посыльный. Но он наверняка привез важные вести — очень хотелось бы знать, о чем.

Знать хотелось не мне одной. Дед Вилларе задрал брови под самый лоб и сердито буркнул:

— Чего ему надо от тебя, мальчик?

Ничего себе.

Никакого почтения к венценосной особе.

Вон и Робер морщится, словно ему предстоит поедание ящика лимонов. Я даже заинтересовалась, что у них тут за монарх такой… непопулярный.

— Ваш… наш король — тиран? — на мой прямой вопрос мужчины обернулись ко мне с крайним изумлением на лицах.

Потом старый кот, видимо, понял, почему я спрашиваю.

— Нет, сударыня, — лениво отмахнулся он, — Бодуэн совсем не злой. Просто он… как бы это сказать… редко бывает в здравом уме. Оттого имеет в народе прозвище Счастливый. Дела этого мира мало его занимают. Он вечно витает в каких-то фантазиях.

Батюшки, до чего можно досочиняться! Неужели наш сказочник придумал этой стране сумасшедшего короля?!

— Его величество… скорбен умом?

Робер раздраженно усмехнулся.

— Не то чтобы. Просто он много пьет. Очень много. И почти никогда не трезвеет. Всем заправляет его сын, принц Бальтазар. И я как раз опасаюсь, что письмо написано по его распоряжению. Бодуэну в подобных случаях остается только поставить под посланием свою подпись.

— Вы знакомы с принцем? — мне правда было интересно, насколько светский человек наш заклятый граф.

Вместо ответа Беранже как-то неопределенно дернул плечом. А дед Вилларе ехидно пояснил:

— В юности он служил при дворе. Но… кхм… не пришелся ко двору. Не сошелся интересами с принцем и его… эмнэ… фаворитами.

Я было рассердилась, что старый кот явно чего-то не договаривает. Все что-то бекает, мекает и мнется. А потом меня осенило. У принца явно имеются альтернативные сексуальные пристрастия. И слава богу, что у Робера их нет. Не то его вряд ли заинтересовала бы дева, даже если она была Спящей, а затем пробудилась ото сна.

Дед Вилларе между тем поинтересовался:

— Мальчик мой, ты не хочешь все-таки прочитать письмо? Курьер, между прочим, дожидается ответа.

Беранже сосредоточенно кивнул.

— Да, узнаем, что нужно от нас королевскому семейству. Эй, кто там! Зовите посыльного.

При виде посыльного я едва не заржала на весь кабинет. Сдержалась из последних сил — надо ж было хоть иногда соблюдать приличия! Дед укрылся за бокалом вина, а Роберу пришлось отдуваться за нас всех.

Он не подкачал: принял письмо, величественно наклонил голову и сообщил курьеру, что отдал распоряжение позаботиться о нем до той поры, покуда не будет готов ответ для его величества.

Завитый, напомаженный и даже, по-моему, накрашенный посланец поклонился, куртуазно вильнув задом, и нежным голосом поблагодарил графа за любезность. Еще раз поклонился, снова вильнул задом и удалился восвояси.

За ним еще и дверь не закрылась, когда старый кот расхохотался во весь голос.

— Видели, мадемуазель? Вот такие молодцы в чести у Бальтазара. Сами понимаете, Робер не из таких.

Я тоже смеялась так, что даже слезы выступили на глазах.

— А костюм! Вы заметили? Рюши, бантики, срамной капсюль в камушках… а цвета! Я едва не ослепла от этакого роскошества.

Беранже не смеялся. Он внимательно изучал письмо, и лицо его становилось все мрачнее. Увидев это, мы тоже притихли.

— Это правда письмо от принца? — осторожно спросила я.

Робер поморщился.

— Увы, так оно и есть. От короля только подпись. Его высочество приветствует меня и сообщает, что при объезде этой части государства нанесет мне визит. Просит не беспокоиться (тут граф сердито фыркнул), поскольку путешествует малым двором и не планирует оставаться в шато Беранже надолго. Вот радость-то.

— Ну, — я пожала плечами, — если малым двором, то, может быть, это не так уж страшно? Он, наверное, помнит о вашем дне рождения и хочет успеть к торжеству.

Жиль только головой покачал.

— Оно и видно, красавица моя, что вы ни демона не смыслите в придворной жизни. Малый двор — это около ста придворных и не менее пары сотен охраны. Придворные едут в экипажах, охрана — верхом. Одних лошадей прокормить — уже серьезная нагрузка на вилланов. А люди! А размещение! Придется ставить шатры, да, мальчик? Может, нам с парнями пока уехать? Остановимся где-нибудь в деревне…

— Ни в коем случае, мессир! — взмолился Беранже. — Не оставляйте нас с Илларией наедине с этими… троглодитами! Бальтазар наверняка поймал где-то сплетню о моем проклятии, и жаждет насладиться зрелищем окончательного обращения дворянина в животное.

На лице его отражалось нешуточное страдание.

Мы с дедом Вилларе переглянулись, и я решительно объявила:

— Раз избежать визита невозможно, отправляйтесь писать вежливое приглашение, Робер. А потом обсудим, как уберечь ваш замок от разорения.

Как ни кривился Беранже, но ответ он составил самый любезный. Написал, что будет рад принять у себя его высочество и всех его спутников. Просил только прислать гонца с сообщением, когда точно гости доберутся до замка, чтобы должным образом приветствовать своего сюзерена.

Ну, не совсем сюзерена… но, как ни крути, принц был представителем правящего дома, и отмахнуться от его визита было невозможно. Надо было демонстрировать лояльность и теплые вассальные чувства.

Пока мадам Клод голосила, переходя от отрицания к торгу и смирению, я мысленно потирала лапки. Хочет принц праздника? Будет ему праздник. В нашей корпорации, помнится, устраивали торжества с таким размахом, какого в здешних краях еще и в глаза не видели.

Покажем.

Чтобы не жаловались потом, что их плохо принимали.

Мысль о том, что все мы станем делать, если проклятия избежать не удастся, я успешно загнала на задворки сознания. Проблемы надо решать по мере их поступления — вот чему меня научила жизнь еще там, в прежнем мире.

40.

Я удалилась к себе