Запрет на истинность - Светлана Томская

— Как можно в это не верить? — от волнения мой голос звучит чуть громче, чем позволительно, и я бросаю испуганный взгляд на тех, кто входит в зал вслед за нами.

Ближе всех магистр Энгвид и двое его новых учеников. Но он как раз в этот момент им что-то рассказывает, и я выдыхаю.

— Мы едва не совершили ошибку, — уже тише говорю я. — Ты правда не понимаешь?

— Ну почему же. — Эйнар подводит меня к месту рядом с Тэффи, на которое указал распорядитель, и отрицательно качает головой, когда тот предлагает проводить его на место в другом конце стола.

Он отодвигает стул, помогает мне сесть и устраивается справа от меня.

Распорядитель явно растерян и пытается настаивать, но Эйнар отсылает его воистину королевским жестом. То, что я раньше воспринимала как наглую самоуверенность, теперь скорее выглядит как привычка повелевать.

Хотя есть ли разница? Эйнару неизвестно слово «нет».

— Понимаю, — продолжает он, наклонившись ко мне. — Я отлично понимаю, что ты можешь сгоряча наделать глупостей.

Намеренно или нет, но губы Эйнара касаются моего уха. Надо бы отстраниться, но я замираю на короткое мгновение, которое длится бесконечно долго. Знакомый табун мурашек сбегает по шее вниз, дыхание перехватывает. Да что со мной такое? Эйнар — мой кузен. Наши матери — родные сёстры.

— Каких глупостей? — с трудом выдавливаю я и всё-таки нахожу в себе силы отклониться.

— Мне по-прежнему не нравится, что вокруг тебя вертятся парни, — со злостью говорит Эйнар. — Вполне вероятно, что это проснулись братские чувства. Что это за белобрысые задохлики, которым ты строила глазки?

— С чего ты взял? — задыхаюсь от возмущения. — Ты что, всерьёз думаешь, что я вот прямо сейчас последую указаниям родителей и начну присматриваться к этим воздушникам?

Ох, зря я это сказала.

— То есть я прав? — гневный рык провоцирует вибрацию в моём позвоночнике. — Не успев избавиться от меня, ты уже ищешь замену?

— Не я… мама сказала… — начинаю я и осекаюсь, поняв, что мои слова выглядят как оправдание. — Хотя какое тебе теперь дело? Моя личная жизнь тебя не касается.

В вертикальных зрачках Эйнара вспыхивает пламя. Снова мне кажется, что его дракон вот-вот вырвется на волю. Но парень снова берёт себя в руки.

— Как же, не касается, — хмыкает Эйнар. — А кто будет за тобой присматривать? Родной брат не успевает. То ты отправляешься воровать омаксурит, то носишься пьяная над лесными просторами. Кто-то же должен заняться твоим воспитанием? И пока, похоже, кроме меня, некому.

— Ты серьёзно?

— И ты опять ничего не ешь, — невозмутимо заявляет Эйнар и жестом подзывает слугу с подносом. — Мясо положи принцессе. Ещё. И ягодный напиток.

Открываю и закрываю рот, не зная, что сказать, а Эйнар тем временем и о себе позаботился. И теперь, не глядя в мою сторону, он с аппетитом уплетает то, что лежит у него на тарелке.

Может, так и надо? Немного потерпеть, и всё пройдёт. Он чувствует себя прекрасно, значит, и я справлюсь.

Только в душе появляется горечь. Быстро же он всё принял. Только в первый момент мне показалось, что он переживает.

Отрезаю небольшой кусочек мяса и кладу в рот. Не сразу распознаю вкус. Птица? На язык попадает листик розмарина. Так и есть, моё любимое блюдо — фазан, фаршированный грибами и орехами. В Академии такого не подают. Вкусно. Вот только аппетит по-прежнему так себе. Тем не менее со своей порцией я справляюсь.

— Умница, — ласково говорит Эйнар. — Не забывай, послезавтра тебя ждёт тренировка с Рией. И на этот раз мы с ней возьмёмся за тебя всерьёз, так что силы понадобятся.

— Хорошо, — коротко отвечаю я, не поднимая глаз, а сама думаю: «Зачем ты перевёлся в нашу Академию?»

Это же теперь мне придётся каждый день видеть его, сталкиваться на лекциях. Смотреть, как он ухаживает за девушками, или они за ним.

Рука Эйнара лежит на столе, и я не могу не засмотреться на его длинные сильные пальцы. Сегодня на рассвете эти пальцы зарывались в мои волосы, и я чувствовала себя самой счастливой. Губы горят, напоминая о поцелуе. В груди появляется томительное ощущение. Как хорошо, что я не успела рассказать маме.

Нет, нужно найти повод сбежать к себе. Невыносимо вот так сидеть рядом с ним. Сейчас каждый сам по себе. Мне надо уединиться и принять всё, что произошло.

— Айри, — шепчет мне Тэффи. — С тобой всё в порядке?

«Нет!» — хочется закричать мне.

Но я пытаюсь улыбнуться.

— Конечно, Тэф, — тихонько отвечаю ей прямо на ушко. — Я просто устала. Прикрой меня, я хочу уйти к себе.

— Давай выйдем вместе? Нам с Ро тоже надоело сидеть за столом. Он зовёт прогуляться по саду. Подышим воздухом, а если тебе надоест — сбежишь к себе.

— Прости, Тэффи.

— За что?

— Я понимаю, что ты волнуешься перед завтрашним днём. Тебе нужна поддержка, а я сегодня никакая.

— Так ты никакая из-за меня, — улыбается подруга. — Из-за того, что я отправила тебя вместо себя на эту вечеринку. Со мной всё в порядке. Роан рядом, а значит, мне никакие торжественные мероприятия не страшны. Идём?

Я оглядываюсь и вижу, что именно в этот момент к Эйнару подошёл его родственник. То есть теперь уже наш. Тот самый сероглазый сын Миры.

Удачный момент. Осторожно отодвигаю стул, стараясь не задеть Эйнара. В зале шумно, и он не слышит. Бросаю взгляд на родителей, они тоже увлечены разговорами. Выскальзываю из обеденной залы вслед за Тэффи.

Роан уже ждёт нас в гостиной. Как только мы оказываемся в коридоре, я быстро прощаюсь с ними.

Бежать. Как можно дальше и как можно быстрее. Через сад ближе, но я спущусь по другой лестнице. Не готова я сейчас отвечать на вопросы брата.

Сад встречает меня вечерней прохладой. Выбираю боковую дорожку. Здесь не бывает гостей. Все цветники и фонтаны — в центральной части. Мне надо незаметно пробраться к себе.

А там — с головой в купальню, чтобы никто, даже Риния, не увидел моих слёз. И стереть с себя все мысли и воспоминания, а главное, избавиться от горького запаха полыни, который, кажется, теперь всегда и везде будет меня преследовать.

Тёмная фигура вырастает на пути, и я, не успев остановиться, врезаюсь в неё и оказываюсь в капкане из сильных рук.

— Мой дракон всегда знает, где ты находишься, Айри. — Звучит надо мной хриплый голос, и огромная тёплая ладонь прижимает мою голову к мускулистой груди.