Ненужная. Рецепт для Дракона - Александра Берг

Вероятно, воздух моего потрёпанного дома, оскорбил его тонкое обоняние. Впрочем, он тут же вернул на лицо маску светского радушия, которая раздражала меня куда сильнее откровенного пренебрежения.

В памяти тотчас всплыл образ травника, которого прислал Хайзель. Каким же он казался настоящим и живым в сравнении с этим напудренным павлином, чей резкий, удушливый шлейф дорогого, но бездушного парфюма уже начал бесцеремонно вытеснять из моего дома привычные запахи.

Едва мы миновали порог, Стефан Пулл, не тратя времени перешёл в наступление.

— Я пришёл с предложением, от которого, смею заверить, вы не сможете отказаться!

— Неужели? — механически хмыкнула я.

— Вы — со своим эликсиром, необработанный алмаз, мадам Велш. И Гильдия Алхимиков, нужно сказать самая многочисленная во всем королевстве, готова стать вашим огранщиком. Мы предоставим вам лучшую лабораторию, доступ к редчайшим ингредиентам и… — тут мужчина прищурился. — Гарантируем освобождение от назойливых паразитов Серебряной долины.

— Вы о «Воронах»?

Пулл молчаливо кивнул.

— Разве не весь город платит им дань?

— Гильдия оградит вас от их… навязчивого внимания, мадам Велш. Вам более не придётся лицезреть их, хм… неприятные морды.

— Какое поэтичное сравнение.

Алхимик проигнорировал мою шпильку.

— Мы будем платить за вас. Это неслыханно щедрый жест. Кроме того, вы получите апартаменты в лучшем жилом комплексе города. Зачем? — мужчина сделал театральный оборот вокруг себя. — Зачем вам эта развалюха? Здесь сыро, и, смею заметить, омерзительно пахнет плесенью.

Он снова поморщился.

— А теперь представьте, мадам Велш, — Пулл картинно взмахнул рукой. — Представьте себе жилой комплекс Гильдии. Никакой сырости. Никакой плесени. Светлые, просторные апартаменты с высокими потолками и окнами, выходящими на солнечную сторону. Паровое отопление, горячая вода в любое время дня и ночи. Идеальная чистота, которую ежедневно поддерживают наши служащие.

Пулл сделал паузу, давая мне возможность захлебнуться от восторга при виде нарисованной им идиллии. Но я молчала, скрестив руки на груди.

— А ещё, — продолжил он, понизив голос до заговорщического шёпота, — общая трапезная. Три раза в день наш шеф-повар, которого мы переманили из самой столицы, готовит для всех работников. И обед, мадам Велш, совершенно бесплатный. Полный пансион. Тепло, уютно, светло, сытно. И всё это — за наш счёт.

Я не выдержала и усмехнулась. Слишком уж приторно-сладкой получилась его сказка.

— Не бывает всё настолько безоблачно.

— Бывает! — с жаром воскликнул алхимик, уловив моё сомнение. Он наклонился и извлёк из дорогой кожаной папки, которую до этого держал под мышкой, несколько листов пергамента, скреплённых сургучной печатью. — Вот! Стандартный договор, который мы заключаем с нашими мастерами.

Он с лёгким шелестом положил контракт на мой потёртый стол.

Я взяла листы. Сделала вид, что очень заинтересована, что каждое слово имеет для меня колоссальное значение. Внимательно «прочитала» пункты о размере жалованья, об условиях проживания, о доступе к библиотеке Гильдии.

Всё было расписано так, как и говорил Пулл — щедро, заманчиво, безупречно. Но я искала другое. Подвох, о котором предупреждал Хайзель. И, разумеется, нашла его в самом конце, на последнем листе.

В тот самый миг, когда Пулл уже расплылся в самодовольной улыбке, ожидая моего восторженного согласия, я ткнула пальцем в последнюю строку.

— «Все разработки, формулы и открытия, сделанные в период работы на Гильдию, являются её интеллектуальной собственностью», — прочитала вслух. — Проще говоря, всё, что я создам, будет принадлежать вам.

— Пустая формальность, уверяю вас! — отмахнулся алхимик. — Небольшая, чисто символическая плата за те безграничные возможности, что мы вам даруем.

— Боюсь, я вынуждена отказаться, господин Пулл, — произнесла я так спокойно, как только могла.

Маслянистая улыбка на лице алхимика застыла, а потом медленно сползла, обнажая холодное недоумение.

— Отказаться? — переспросил он. — Простите, я, должно быть, ослышался. Вы отказываетесь от предложения, которое делают раз в жизни?

— Я ценю ваше время и щедрость Гильдии, — я чуть склонила голову. — Но я предпочитаю работать одна и не хочу ставить свой талант на поток.

Я не кривила душой. Талант у меня действительно был, иначе ни Хайзель, ни тем более этот Пулл от лица всей Гильдии не стали бы заключать со мной сделку. Я не собиралась снова отрекаться от своей силы. Одного раза было достаточно, чтобы усвоить урок.

— Для меня важно сохранить своё имя и независимость! — безапелляционно закончила я.

Пулл несколько секунд буравил меня взглядом. Его лицо утратило всю свою приторную любезность. Теперь передо мной стоял жёсткий, циничный делец, не привыкший к отказам.

— Независимость, — процедил он с плохо скрываемым презрением. — Какая наивность. Особенно для одинокой женщины!

— Подумайте ещ-щ-щё раз-з, — прошипел алхимик, и гласные в его речи утонули в ядовитом шипении согласных.

Открытая угроза, лишённая всякой учтивости. А его предложение. Не что иное, как изысканно завуалированное рабство, упакованное в бархатную коробочку с атласным бантом.

— Моё решение останется неизменным! — отчеканила я, вскинув подбородок. О том, что лишь вчера моя судьба была связана иным договором, я решила умолчать.

Работать на Хайзеля мне не нравилось, но работать на Гильдию меня не устраивало ещё больше.

Среди Воронов я останусь собой, сохраню своё имя. А это, как ни крути, уже немало. И я тешила себя надеждой, что однажды мой талант заставит некоторых спесивых индюков подавиться собственной желчью.

— Вы недальновидны, — Пулл брезгливо дёрнул носом. — Мы предлагаем вам место в…

Его голос превратился в монотонное жужжание, фон для внезапной мысли, что закралась в моё сознание. Стефан Пулл до тошноты походил на Корина. Не чертами лица, нет. Самой своей сутью. Манерой вести дела.

Корин ведь тоже заключал подобные сделки — все открытия, все рецептуры, рождённые в головах его работников, принадлежали лишь ему одному. Он не творил. Он не изобретал. Он был паразитом. Вспомнить хотя бы…

Зелье от огненной хвори. Около полугода назад оно наделало столько шума. С его помощью удалось остановить эпидемию, грозившую унести сотни жизней. Корин тогда удостоился личной благодарности короля. Но зелье ведь не он создал! Проклятье… а ведь никто и не упоминал имени работника.

Ледяные иглы вины вонзились мне под кожу, добравшись до самого сердца. Боги, как же я была слепа.

— Мадам Велш, вы меня слышите? — голос Пулла вернул меня в реальность.

На его лице снова играла