Дар первой слабости - Лера Виннер

Напоминание о возлюбленном, такое неожиданное среди суеты, пришлось весьма кстати — настроение у Сильвии поднялось, и я почувствовала себя довольной.

Так легко оказалось её порадовать…

Сам Вэйн был великолепен. Найдя компромисс между дворцовым этикетом и провинциальной южной жарой, он вышел к гостям в свободной чёрной рубашке, сшитой на пиратский манер, украсив себя лишь парадной саблей и изящным кожаным поясом, и вслед за ним его гости почувствовали себя свободнее.

Не теряя приличий и не роняя своего достоинства, люди незаметно избавились от слишком тяжёлых и громоздких деталей туалетов, и в самом деле стали похожи на общество добрых друзей.

Наблюдая за ними, я соглашалась с Вэйном в том, что дружба эта была насквозь фальшивой. Случись с графом беда, из числа присутствующих не нашлось бы десятка готовых прийти ему на помощь людей, но каждого из них его дальнейшая судьба интересовала почти до неприличия.

Из моего появления Второй генерал не сделал ни посмешища, ни сколько-нибудь значимого события. Я просто присутствовала на его празднике в качестве… Кого? Фаворитки? Трофея? Уважаемой гостьи?

Целуя мне руку в знак приветствия, как будто мы не виделись утром, он оставил гадать об этом всех собравшихся, и я нашла бы это действительно забавным, если бы в зале не было так жарко.

Все окна и дверь были распахнуты настежь, но дышать было всё равно тяжело. Спастись от этой духоты можно было в саду, и я решила, что непременно сделаю это в ближайшее время. Пусть никто и не следил за мной пристально, я не сомневалась, что моё исчезновение вызовет кривотолки, и не собиралась портить вечер.

Тем более что он получился и правда отменным. Красивым, но не вычурным, торжественным, но не помпезным.

— Вы пьёте шампанское, княжна?

Принц Эрвин появился рядом так неожиданно, словно возник из воздуха, и лишь многолетняя выдержка помогла мне не вздрогнуть.

— Ваше Высочество? Я не знала, что вы прибыли, мне следовало поприветствовать вас.

Держаться с ним подобающе ровно оказалось тяжело.

Вэйн стоял в противоположном углу зала, окружённый похожими на стайку весёлых разноцветных птичек дамами, и никак не мог бы прийти мне на помощь. А Первый генерал…

— Оставьте. Я не настолько мнителен, и не настолько дурак, — он хмыкнул и протянул мне бокал.

Это могла быть хитрая игра или настоящий шаг к примирению — существовал только один способ узнать истину, и я приняла шампанское, поблагодарив его коротким кивком.

— Граф Вэйн не предупредил меня, что вы приедете.

— Что изменилось бы, если бы вы знали? Вы бы не вышли из комнаты или попросили его не открывать ворота? — принц Эрвин коротко отсалютовал мне своим бокалом и сделал небольшой глоток. — По правде говоря, он и сам не знал. После той порки, что он устроил мне в прошлый раз, я не собирался возвращаться.

Он умол, предлагая мне поддержать разговор, и я задала ему именно тот вопрос, которого он ждал:

— Что же заставило вас передумать?

— Вы, — принц Эрвин одарил меня невесёлой, но саркастичной полуулыбкой. — Вы, княжна Марика. Побеждённая, пленная. Отказавшая брату короля в том, что дарите его вассалу, но не просившая у него защиты. Я хотел взглянуть на вас ещё раз.

Проверяя, сможет ли меня смутить, он умолк, отпил ещё из своего бокала, и я тоже сделала маленький глоток в надежде, что от холодного напитка вдохнуть станет легче.

— Могу я поинтересоваться, к каким же выводам пришли Ваше Высочество?

— Княжна! — он засмеялся и покачал головой, выражая не то восхищение, не то раздражение, за которое и я, и Вэйн в скором времени дорого поплатимся. — Вы и правда превосходный дипломат. К тому же вы очень красивы. Опасное сочетание. Я бы даже сказал, смертоносное. Кстати, я попробовал свинину под сырным соусом с травами. Удивительно — такое безыскусное блюдо, но готов поклясться, что не ел ничего вкуснее.

Принц перевёл тему так стремительно, что неожиданно для само́й себя я успокоилась.

Он и правда приехал не воевать.

— Это блюдо из национальной валесской кухни. Я надеялась, что гостям графа Вэйна понравится.

За вторым глотком удалось спрятать почти судорожный вздох, и, давая брату короля время для ответа, я задумалась о том, насколько прилично будет предложить ему продолжить разговор в саду.

Он же только коротко хмыкнул, немного склонил голову набок.

— Значит, правда, что праздник готовили вы.

— Я лишь помогла в меру своих сил.

— С какой стати?

Взгляд принца Эрвина стал таким же колючим и неприятным, как при нашей первой встрече, но теперь я не чувствовала себя потерянной перед ним. Вероятно, помогало платье. Дни и ночи, проведённые в обществе Второго генерала.

И всё та же невыносимая жара, в которой так трудно оказалось думать и взвешивать каждое слово, просчитывая свои действия на три шага вперёд.

— Если Ваше Высочество опасается, что я хочу отравить виновника торжества, то напрасно. Этого нет в моих планах.

— Это и настораживает меня больше всего. Вы присутствуете здесь, на празднике своего врага. Он ведь отмечает и победу над вами тоже.

Я повернулась в попытке вдохнуть полной грудью, но принц истолковал это по-своему и развернулся вслед за мной, а значит, нужно было во что бы то ни стало собраться.

— Генерал Вэйн празднует победу, которая в любом случае досталась бы кому-то. Как ни печально это признавать, Артгейт — не самый плохой исход.

Принц Эрвин осёкся.

— Вот даже как… — он не сказал того, что сказать собирался, отделался этими ничего не значащими, но полными искреннего удивления словами, чтобы потянуть время или получить от меня подсказку.

Я же не сочла уместным улыбаться ему, но пожала плечами, подчёркивая, что мы беседуем об очевидном.

— Мы оба знаем, что у меня нет возможностей, необходимых для того, чтобы воевать с вами.

— И нет полномочий. Валессом правит ваш брат, — он уточнил серьёзно и быстро.

Я всё-таки подавила улыбку, отметив, что угадала правильно. Не так уж брат короля был пьян и вёсел, как пытался продемонстрировать.

— Это несущественно. Будь у меня деньги и время, я смогла бы поднять восстание, усмирять которое вам пришлось бы вместе со Вторым генералом. И мой уважаемый брат, уверяю вас, остался бы совершенно ни при чём.

На этот раз принц молчал долго. Он обдумывал услышанное, а я вертела в руках свой бокал, пытаясь понять, от чего на самом деле немеют пальцы — от прокля́той духоты или от наполненного холодным напитком хрусталя.