После развода. Вернуть истинную - Татьяна Бэк

— Отведите ваших людей к лекарям, — сказал Сивер. — Им нужна помощь, и они её получат.

Кевин кивнул еще раз и, пошатываясь, направился к лечебнице, где его уже ждал Лордан, бледный, но на ногах, чтобы проводить своего командира.

Дракон же подошёл ко мне. Он был так близко, что я чувствовала жар его тела и запах битвы.— Ну что, — выдохнул он тихо. — Кажется, мы не только отбили атаку. Мы… приобрели что-то вроде союзников.— Это лучше, чем враги за спиной, — ответила я.— Гораздо лучше, — согласился генерал. Его рука поднялась, будто чтобы коснуться моего лица, но он опустил её, сжав в кулак. Слишком много глаз вокруг. — Теперь нужно готовиться к ответному удару. Гракхи не простят такого унижения. И я думаю, что теперь король обратит внимание на то, что здесь происходит. Особенно если ему об этом расскажет его тот, кому он верит. Пора сэру Кевину совершить ещё один подвиг! Думаю, что донести до монарха правду будет сложнее и опаснее, чем громить Гракхов.

Глава 50

Сэр Кевин уезжал на рассвете. Его лицо с алеющей свежей раной, на которую я наложила аккуратные швы, было торжественным и сосредоточенным. Он больше не походил на надменного придворного — теперь это был человек, несущий важную весть.— Я передам Его Величеству всё, что видел здесь, — сказал мужчина Сиверу, уже сидя в седле. — И то, как вы держите оборону, и то, как… мы вместе сражались. — он запнулся, но договорил твёрдо. — Ваши слова о помощи найдут отклик. Или я сложу с себя рыцарское звание.Сивер кивнул, и в этом жесте не было торжества или снисхождения. Просто кивок равного равному.— Ваши люди остаются под моим началом?

— Да, — Кевин обвёл взглядом свой отряд, выстроившийся у ворот. — Они знают свой долг. И они видели, за что стоит сражаться. Берегите их, генерал.— Я всегда берегу своих, — ответил дракон.Сэр Кевин пришпорил коня и унёсся на юг, увозя с собой правду, которая должна была либо спасти нас, либо окончательно похоронить под грузом столичного безразличия.Я смотрела ему вслед, и внутри была только выжженная, гулкая пустота. Последние дни слились в один сплошной, бесконечный крик: операции, раненые, сэр Кевин, его люди, снова раненые, бессонные ночи, бесконечные перевязки, чья-то боль, чей-то страх, чья-то кровь на моих руках. Я держалась из последних сил, ведь была целительницей, опорой, «Лорой, которая всё может». Но внутри, где-то глубоко, что-то надломилось.Даже не заметила, как ко мне подошёл истинный. Просто вдруг оказался рядом, его рука мягко, но властно легла на мою талию.— Ты идёшь со мной, — сказал Сивер, и это не было просьбой.Я подняла голову, встретив его взгляд. В глазах была знакомая непреклонность, но и что-то ещё... Тревога за меня.

— Куда? — мой голос прозвучал хрипло и безжизненно. — У меня дежурство, Элви не справится одна с послеоперационными…

— Элви справится, а Идор присмотрит. Ты идёшь со мной, — повторил мужчина, и в его тоне появилась стальная нота, с которой не спорят.Мне захотелось возмутиться, сказать, что у меня нет времени на прогулки, что я нужна здесь, а он не имеет права командовать мной в таких вопросах. Но слова застряли в горле, потому что на самом деле я просто… устала. Так сильно, что даже сопротивление требовало сил, которых не было.— Хорошо, — выдохнула обречённо.Мы прошли через ворота молча. Верный, увязавшийся было за нами, по команде Сивера остался. Лес встретил нас привычной тишиной, но теперь эта тишина не давила, а обволакивала. Сивер отправился не по тропам, а напрямик, через буреломы и заросли, и я не спрашивала, куда, ведь мне было всё равно. Я просто ставила ноги след в след, стараясь не отстать от спутника.Нконец, мы вышли на  небольшую поляну, окружённую старыми, замшелыми валунами, с мягким ковром из прошлогодней листвы и молодого мха. Здесь пахло влажной землёй, хвоей и… свободой.Сивер остановился. Отпустил мою руку и отошёл на несколько шагов.— Смотри, — сказал он тихо.И я покорно смотрела.Мужчина начал меняться. Но не так, как в бою — не рывком, не в мучительной судороге. Плавно, спокойно, как будто позволяя своей второй сущности просто проснуться. Кожа наливалась чернотой, проступала чешуя, тело росло, наливалось мощью, в этом было что-то древнее, естественное, почти нежное.Через несколько мгновений передо мной стоял Ночной Коготь.Его крылья, которые я помнила сломанными и бессильными, теперь расправлялись во всю свою исполинскую ширь, переливаясь в лучах солнца чёрным и тёмно-синим. Чешуя мерцала, как ночное небо, а глаза, огромные, золотые, с вертикальным зрачком, внимательно смотрели на меня. Но я знала, что он видит во мне не добычу, не ресурс, а свою истинную... единственную.Дракон медленно, осторожно опустил голову, приблизив морду к моему лицу. Его дыхание было горячим, пахло дымом и грозой. Я не отступила, протянула руку и коснулась его чешуи, — тёплой, живой, настоящей.— Ты хочешь… — прошептала я. — Чтобы я…Он чуть наклонил голову, подставляя основание шеи, то место между плечом и затылком, где чешуя становилась мельче, а под ней угадывались мощные мышцы. Место всадника.Как же страшно! Высота. Неизвестность. Потеря контроля.

Я никогда не поднималась в небо, даже в своём мире боялась летать. А здесь, без кабины, без ремней, без ничего, кроме доверия к существу, которое может одним движением сбросить меня, испытала ужас.Но в глазах Сивера, даже в виде дракона, было столько чувства...Я вспомнила всё. Тот день в свадебном зале, когда он смотрел на меня с презрением. Ночь на перевале, когда  нашла его умирающим. Нашу битву, где наши силы переплелись и стали единым целым. Танец у костра, когда мы забыли о войне. Его руки на моих плечах, его голос, шепчущий «ты была невероятна». Обещание запереть меня дома, в котором слышалось не тиранство, а страх потерять.Этот мужчина не был мне хозяином, не был господином. Он был… моим.Глубоко вздохнув, сбросила остатки страха, ухватилась за чешую у основания шеи Ночного Когтя, подтянулась и взобралась на широкую, тёплую спину дракона.Мир качнулся. Он поднял голову, расправил крылья — и мы взмыли в небо.Ветер ударил в лицо, выбивая слёзы, размётывая волосы. Земля ухнула вниз, став игрушечной, нереальной. Сердце сначала замерло, а потом забилось где-то в горле, но не от страха — от восторга. Дикого, первобытного, абсолютного.Мы поднимались все выше, сквозь облака, в синеву. Дракон подо мной дышал ровно и мощно, его крылья рассекали воздух с