Наложница Девятихвостого лиса - Ирен Эшли

— В тихую ночь, над цветущей вишней, луна спряталась за облака…

Нечисть одна за одной попадала на землю, погрузившись в сон. Светлые застыли в смятении.

Я вышла к ним.

— Аи! — радостно воскликнул Лей.

Я приложила палец к губам, мол тише. Друг покивал. Остальные Светлые насторожились.

— Это ты сделала? — торжествовал товарищ, охая и ахая. — Как? — Позабывшись, Лей схватился за проволоку и его снова отбросило. На этот раз он даже не акцентировал внимания: поднялся и снова подбежал. Широко улыбнулся.

— Ты в порядке? — поинтересовалась на всякий случай.

— Да, хорошо! Даже отлично! Ты пришла нас освободить? — восхищенно спросил Лей.

— Нет.

Друг сник. И Светлые тоже.

— Тогда зачем? — проревел командир, взмахнул рукой.

— Поговорить.

— Поговорить? — Светлый засмеялся. — Поговори с кем-нибудь из новых дружков.

Я сделала размеренный вдох.

— Послушайте, я не могу освободить вас сейчас. Бессмысленно. Вас сразу же поймают и вернут сюда, если вообще не убьют. — Командир Светлых нахмурился. — Пока вы пленные, советую сидеть тихо и не злить демонов. Сможете сохранить жизнь. — Я поджала губы, подошла ближе. — Мне нужна информация.

— Какая? — напрягся Лей.

Я выдержала паузу, не зная можно ли признаться, но больше спросить мне у кого:

— Я медиум.

Лей задумался, Светлые — побледнели. Один вообще отпрыгнул в сторону, словно пытался избежать чумного. Командир сложил руки на груди, его взгляд был задумчив и мрачен, как небо в надвигающуюся бурю.

— Расскажите мне о них, — припросила с надеждой, голос дрогнул. — Пожалуйста…

— Медиумов истребили очень давно, — неохотно произнес командир, — но видимо, — он смерил меня презрительным взглядом, — не всех.

— Почему?

— Скажем так: неприятных последствий от них больше, чем плюсов, — лениво ответил командир Светлых, чинно приподнимая подбородок.

— То есть?! — не поняла я.

— Да скажите ей, командир Чжэнь! — разозлился Светлый поодаль. — Даже война сейчас — вина этих глупцов! Не было бы их, то…

— Помолчи, Фухуа, — хладнокровно отрезал Чжэнь.

— Пожалуйста, — зацепилась за слова Фухуа как за последнюю ниточку надежды, — расскажите. Мне важно знать. Вейшенг развернул часть демонического войска, когда понял кто я. Думаю, ему нужна сила медиума, но не понимаю для чего…

— Уничтожить Стену, — мрачно, голосом цвета свинца произнес командир.

Я оцепенела. Но не удивилась… Скорее, нашла прямое подтверждение своим догадкам, мучащим меня с момента, как мы покинули окрестности столицы. Стало грустно. И досадно. Мерзко. Вейшенг столько раз говорил о чувствах, называя мои догадки небылицами, но которые оказались горькой правдой: я инструмент для достижения его личных целей. Точнее, моя сила…

Мне стало больно: Вейшенгу не нужна я, ему нужна лишь сила…

— Понятно, — тихо обронила я, рассматривая мелкие камешки под ногами. Один обиженно откинула носком обуви.

— Никто не знает правда это или нет, но… — продолжил командир Чжэнь, сложив руки на груди и посмотрев задумчиво вдаль, — раньше демоны не могли пробраться в человеческий мир. Даже Проклятого Тумана не было. Нечисть пряталась во мгле. Связь с ними была лишь… у медиумов. Темных медиумов, — уточнил Светлый с напряженным выражением лица. — Остальные лишь так… — командир пожал плечами, — общались с духами усопших, беря немалые деньги у убитых горем родственников. Но Темные… — Светлый зло свел брови, глубокая морщина легла меж ними, — натворили бед столько, что расхлебываем уже не одно столетие…

— Они открыли проход между человеческим и демоническим мирами? — предположила я с грузом на сердце.

— Открыла, — поправил командир Чжэнь и брезгливо плюнул в сторону.

— Открыла? — удивленно переспросила я в ожидании объяснений. Зародилась мысль, что та девушка из моих снов может как-то быть связана с «легендой».

— Е Эсме, — глухо отозвался Светлый и поник. Остальные отвели взгляды. Я же вопросительно смотрела то на одного, то на другого.

Лей не выдержал, исступленно завопил:

— Кто это? Почему все затихли? — Ответа не было, лишь осуждающие взгляды. Лей хмыкнул. — Девять Небес, будто беду накликать боитесь!

— Так и есть, — сдержанно произнес командир и сузил укоризненно глаза. — Именно Е Эсме создала Проклятый Туман.

Уверена, девушка из сна и есть Е Эсме!

Я подбежала к магической ограде почти вплотную, с мольбой заглянула в глаза командира Чжэня:

— Расскажите о ней! Расскажите!

— Скучная, неинтересная история, которая была очень давно, — донеслось ехидной за спиной.

Я покрылась мелкой дрожью, услышав бархатистый голос Вейшенга. Только он так говорил… Мягко, обволакивающе, тягуче и проникновенно настолько, что затрагивал самые потаённые струнки души, порождая в глубине сердца тревогу; словно прекрасный цветок, манящий дивным, сладким ароматом, но… губительным.

Я развернулась — Вейшенг ухмыльнулся, наклоняя голову вбок. Рядом с ним стоял тот демоненок, которого я повстречала на пути… Мальчик держал Вейшенга за руку и смотрел пристально своими черными, как мгла, глазищами.

Сглотнув вязкую слюну, я по инерции сделала шаг назад, но остановилась, ощутив спиной электрическое напряжение ограды.

— Может и скучная, — тяжело вымолвила и сделала глубокий вдох, — но я хочу её знать.

— Излишнее любопытство никогда не приводит к добру, — с дружелюбной улыбкой заметил демон.

Я насупилась.

— Это угроза?

— Предостережение.

— Хватит, Вейшенг! — вступился командир Светлых. — Просто отве…

Командира Чжэня резко отбросило в сторону как пушинку. Светлые бросились к нему, трясли за плечи, просили очнуться, но тот… не приходил в сознание. Успокаивало одно — возглас Светлого с удивительными глазами цвета аметиста: «Пульс есть! Живой!».

— Пойдем, Аи, — Вейшенг протянул руку, улыбнулся.

Его улыбка заставила меня покрыться холодным потом…

— Не смей, Аи! — кричал в спину Лей. — Он просто использует тебя, разве не понимаешь?

Лей упал на колени, крича и морщась от дикой боли.

— Нет! Не делай этого! — взмолилась я. — Не причиняй Лею бо…

Теперь боль пронзила меня. Резкая и острая, как удары тысячами игл. Я упала, слёзно смотря на Вейшенга. Ухмылка слезла с его лица… Сейчас прекрасное лицо девятихвостого исказилось страхом.

Я не слышала происходящего вокруг. Боль оглушила. Но чувствовала, как отчаянно Вейшенг тряс меня за плечи. Мир тускнел.

Я знала, эту боль причиняет не Вейшенг…

Это боль от ожерелья клана Юэ. Моё наказание и моё искупление за чувства. Я позволила надеть ожерелья на себя, потому что полюбила… И страдаю в тяжелых муках, потому что предала любовь к демону… Тьма проникла в мое сердце, я перестала бояться, в ней я нашла спокойствие, но лучи света по-прежнему пробивались через густую мглу.

— Аи! — перед тем как мир исчез, я услышала свое имя, отчаянно сорвавшееся с уст Вейшенга.

..Вейшенг воспевал красоту бесконечной Тьмы, когда медленно и осторожно влюблял меня в себя. И я верила ему, любуясь россыпью звезд и красотой серебристой луны. Но было ли ночное светило так же прекрасно, не отражай оно свет от Солнца?

Тьма