Попаданка особого назначения - Ирэн Васильева

— Мне пришлось проявить царственное терпение и ждать. Ждать долгими, серыми столетиями, пока мир забудет твоё имя.

Шаг.

— Пришлось лично, по крупицам создавать фальшивые легенды для глупых людей.

Шаг.

— Писать Священные пророчества для Совета жрецов.

Шаг.

— Сеять первобытные страхи в умах бескрылых.

Шаг.

— Кроить чужие, удобные мне судьбы.

Тёмная фигура внезапно замерла прямо возле массивной головы поверженного ящера.

— Но теперь, Серебряный король, ты проиграл. Окончательно.

Тусклый, багровый свет высеченных на полу рун на мгновение отразился на плотной ткани его капюшона. Но лица под ним по-прежнему не было видно — словно сама первородная, липкая тьма пещеры ревностно скрывала его от чужих глаз.

— И самое забавное, что ты больше не можешь говорить со своей маленькой Всадницей. Ты ведь уже и сам это заметил, верно?

Кукловод знал это наверняка. Он физически чувствовал, как последние, угасающие остатки чужого сознания стремительно и безвозвратно тают внутри каменной туши. Каждая серебряная искра, каждая частица магии, возвращающаяся к рыжей девчонке на обледенелой тропе, ослабляла связь дракона с этим миром всё сильнее и сильнее.

Межмировой мост рушился. Связь рвалась прямо сейчас. Глубокий бархатный голос в её голове затихал. Ночные сны-видения становились всё короче, холоднее и превращались в кашу. Совсем скоро, буквально через пару дней, наступит тот самый идеальный момент, когда Серебряный король исчезнет из её разума окончательно и бесповоротно.

И тогда, когда я сделаю свой финальный ход и позову её, никто во всей этой вселенной не сможет предупредить несчастную Наследницу. Никто. Она придёт сама.

Фигура в тёмном плаще удовлетворённо, со вкусом выдохнула, и чёрное пламя у его ног взметнулось вверх, жадно пожирая остатки утреннего света.

— Она идёт прямо в ловушку.

Под циклопическими сводами древней пещеры багровым пожаром загорелись сотни скрытых до этого рун. На гранитном полу, выжигая вековую пыль, стремительно проступил гигантский, пугающий своей геометрической точностью рисунок.

Круг. За кругом. Извилистые зловещие спирали. Незнакомые местным магам символы. Кровавые печати Первой эпохи.

В самом центре этого колоссального магического плетения медленно, со зловещим сухим треском раскрывалась трещина. Но не в камне пещеры. Пространство искажалось, лопаясь в самой ткани этого мира. Узкая, пока ещё едва заметная, как лезвие ножа, щель. Но она была живой. Дышащей и вибрирующей от чужеродной энергии.

Из этого пространственного разрыва ленивыми струями просачивался липкий тёмный туман. И нечто ещё. Нечто чуждое здешней природе, запредельно древнее, голодное и нетерпеливое.

Фигура в тёмном плаще медленно, шурша полами мантии, приблизилась к самому краю пульсирующего разлома и остановилась. По ту сторону межмировой трещины царила абсолютная, первородная тьма. Но незнакомец сквозь капюшон прекрасно, во всех деталях видел то, что скрывалось внутри этой бездны.

Чужие, чудовищные города. Бесконечные, замершие в ожидании легионы армии. Миллионы жутких существ. Ждущих. Так невыносимо долго ждущих своего часа. Слишком долго.

— Скоро... — тихо, с предвкушением победы произнёс он.

Густой тёмный туман по ту сторону разлома мгновенно заволновался и пошёл яростными волнами. Словно мириады невидимых тварей в бездне отчётливо услышали его голос.

— Совсем скоро, — добавил кукловод.

Этот мир с его бескрылыми королями и жрецами Храма Солнца был обречён на тотальное уничтожение. Рано или поздно это должно было случиться. Люди здесь слишком слабы, разобщены и глупы. Драконы, выжигаемые изнутри осколками древней магии, стали слишком малочисленны и беспомощны. Сама местная магия за столетия истощилась до предела.

А его собственный народ... Его великий, сокрытый в изгнании народ всё это долгое время только рос. Непрерывно становился сильнее, многочисленнее, яростнее и голоднее.

И теперь их собственный, запертый в темноте мир стал им слишком тесен. Слишком тесен, как ржавая железная клетка. Им жизненно необходим был новый, чистый и тёплый дом. Новый процветающий мир. Новые бескрайние земли. Миллионы новых покорных рабов. Новые покорённые королевства.

И очень скоро, буквально через несколько дней, они всё это получат в полное владение.

Мужчина медленно поднял голову, устремляя скрытый тьмой взгляд вверх. Посмотрел сквозь толщу скал в сторону невидимых, заносимых бурей горных троп. Туда, где прямо сейчас, умирая от холода, через глубокий снег и яростную метель упрямо пробиралась рыжая земная девчонка.

Она шла вперёд, бережно неся в своей Метке Силу Владыки и даже близко не подозревая, что каждый её шаг на Север приближает неотвратимый, кровавый конец целого мира в коротый её перенесло не без его помочи.

— Приходи, Владычица, — едва слышно прошептал он, и его мертвенный голос утонул в клубах сочащегося из пространственного разлома тёмного тумана. — Я ждал твоего возвращения слишком долго. Пора наполнить сосуд до краёв.

А за его спиной, в зловещих багровых отсветах пульсирующих рун, по гранитной, мёртвой морде Серебряного короля медленно, с едва слышным сухим щелчком поползла новая трещина. Маленькая. Тонкая. Почти незаметная в густых тенях пещеры.

Но увлечённая своим триумфом фигура в капюшоне её так и не увидела. А если бы увидела... Если бы этот кукловод хотя бы на секунду осознал, какую силу на самом деле будит внутри раскалывающегося каменного кокона упрямый древний дракон...

То впервые за многие сотни лет своего тёмного существования он бы по-настоящему, до первобытного ужаса испугался.

Глава 18

Утро началось с плохих новостей. Хотя, если честно, последние дни у нас других и не было. Программа «всё включено» в другом мире работала без сбоев.

Сначала я проснулась от пронизывающего до костей холода. Потом от ветра, который умудрялся свистеть даже сквозь плотные швы. И уже потом от того, что кто-то очень громко и экспрессивно спорил возле костра. Судя по голосам — Янин и Альвар. Судя по интонациям — спорили они уже давно, упорно и на повышенных тонах.

— Отлично, — пробормотала я, с трудом выползая из-под целой горы одеял. — Если король и главный маг с утра пораньше готовы друг друга придушить, день обещает быть просто замечательным. Куда там расписаться за порцию утреннего позитива?

Я нехотя вылезла из палатки. К моему удивлению, ночная метель наконец-то полностью стихла. Но легче от этого почему-то не стало ни на грамм.

Горы возвышались прямо впереди нас огромной, монолитной ледяной стеной. Именно там, среди этих ослепительно белых снежных вершин, и находился тот самый невидимый древний барьер. Даже отсюда, с подножия холмов, его присутствие можно было физически почувствовать кожей. В воздухе висело странное, давящее, почти осязаемое напряжение. Словно сама реальность упрямо сопротивлялась нашему приближению и пыталась вытолкнуть нас обратно.

Магистр Альвар выглядел так, будто не спал всю ночь. Впрочем, зная его маниакальную любовь к древним манускриптам, скорее всего, так оно