Лихие приключения вдовы со стажем - Елена Аркадьева

— Госпожа, — удивленно протянула моя домоправительница. — Это правда, что пишут о вас в «Городском вестнике»?

Она положила передо мной утренний выпуск, где на первой полосе, прямо под шапкой, красовалась заметка: «Громкая помолвка: Маркиза Катрин де Ланжерон собирается вновь сочетаться законным браком с новым избранником Джефри Лартоном».

— Слишком много пафоса, не находите, миледи? — презрительно фыркнула я, но, заметив в глазах герцогини застывший вопрос, поспешила объясниться: — Это гениальный план следователя. Он считает, что преступники, ведущие охоту за особняком старого контрабандиста, засуетятся и этим выдадут себя.

— Катрин, это может быть очень опасно! — взволнованно проговорила Марианна. — Вспомните моего мужа, и что ему пришлось сделать, чтобы сохранить наши жизни! Я всё больше начинаю соглашаться с тем, что эта охота началась уже в то самое время, когда герцог решил избавиться от этого дома.

— Все может быть, — задумчиво согласилась я с герцогиней. — Вот поэтому нам обязательно надо найти способ переговорить со свидетельницей тех событий Шарлоттой Морис. Что там у нас с городским фестивалем «Вкусная выпечка»?

— Все в порядке, — немного успокоилась домоправительница, отвлекаясь на другие заботы. — Мы записали Дьяру для участия в конкурсах кондитеров, и уже послезавтра состоится первый тур.

— Вот и замечательно! — улыбнулась я, чувствуя, как во мне рождается чувство азарта. — Там и встретимся с Шарлоттой, которой придется напомнить, какого она поля ягода, чтобы развязать её язычок.

— Мы что, будем её шантажировать? — изумилась герцогиня, но я заметила в её глазах зарождающийся восторг от намеченных планов.

— Как пойдет! — философски заметила я. — Главное — добиться результата!

* * *

Я уже успела спуститься в гостиную, как в прихожей зазвонил колокольчик. Вскоре в коридоре раздались тяжелые шаги, и в дверях я увидела Ричарда Брена собственной персоной.

Полковник — старый друг отца «прозрачной леди» — держал в руке ту злополучную газету, свернутую трубочкой, и его усы воинственно топорщились в разные стороны.

— Это что ещё за новости? — прогудел он, входя в комнату так, будто собирался брать штурмом вражескую крепость. — Я вчера вечером имел беседу с Джефри Лартоном, и он ни словом не обмолвился о вашей помолвке! А сегодня — на тебе! Газеты трубят на весь город!

Видимо, от нахлынувшего негодования он швырнул газету на кресло и упер руки в бока. От его взгляда-рентгена хотелось спрятаться под стол, но я взяла себя в руки и изобразила самую нежную, самую мечтательную улыбку, на которую была способна.

— Ричард, — начала я, подходя к нему и беря его под руку, — простите, что это стало для вас полной неожиданностью, но надо признать, что решение о помолвке пришло так внезапно и стремительно, что и для нас с Джефри оно тоже стало полной неожиданностью…

Хотя бы в этом я была честна с полковником Бреном.

Я заглянула ему в глаза, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко и взволнованно, как у девушки, которую с головой накрыло счастье.

— Понимаете, я долго присматривалась к господину Лартону. Долго сомневалась. А вчера… вчера увидела его совсем иначе. Поняла, какой он на самом деле милый и заботливый человек. И когда он сделал предложение, я просто не смогла отказать.

Голос предательски дрогнул, но я выдала это за смущение. Полковник внимательно смотрел на меня, и его суровое лицо медленно менялось: сначала недоверие, потом удивление, а затем… о, боже, его глаза заблестели.

— Милая моя девочка, — выдохнул он, и его руки легли мне на плечи. Он притянул меня к себе и расцеловал в обе щеки. — Ты даже не представляешь, как я рад! Наконец-то, рядом с тобой появится надежный мужчина, и ты будешь под защитой!

«Что ж, Джефри Лартон, — злобно подумала я, — тебе придется самому ликвидировать последствия твоего гениального плана и объясняться с Ричардом Бреном!»

— Полковник! — «вернулась» я к роли взволнованной невесты, но внутри меня раздирали противоречия: стыд за ложь и облегчение от того, что он поверил.

Он отстранился от меня, сияя, как начищенный самовар.

— Джефри — отличный малый! — выдал меж тем друг отца «прозрачной леди». — Немного замкнутый, работает по уставу, но я всегда говорил: из него выйдет толк! А вы с ним — просто красавцы! Он — остриё, ты — сердце! Вы будете идеальной парой!

— Спасибо! — тихо прошептала я, чувствуя, что щеки горят уже по-настоящему.

— Нет, это тебе спасибо, что осчастливила старого служаку такой новостью! — мужчина хлопнул себя по колену. — Ну, я сейчас пойду к нему в участок, пожму руку! Скажу, что одобряю выбор!

— Извольте! — зловредно подумала я, представив, как следователь будет отбиваться от восторженных поздравлений. — Джефри это будет очень приятно!

Он уже подошёл к двери и на секунду обернулся, расплываясь в отеческой улыбке.

— Я горжусь тобой, девочка! Наконец-то ты сделала правильный выбор!

Когда его шаги стихли в коридоре, я бессильно прижалась спиной к стене и закрыла глаза. Сердце колотилось так, будто бы я пробежала марафон. Врать полковнику было низко и противно, но выбора у меня не было.

План следователя должен сработать, ради того, чтобы те, кто так легко убивает людей, словно убирает фигуры на шахматной доске, наконец-то получили по заслугам.

Глава 41

Ближе к обеду я наконец-то смогла вздохнуть спокойно. Полковник ушел, Марианна с Дьярой готовились к завтрашнему конкурсу, со всей тщательностью перебирая рецепты, решая, что завтра приготовить на суд строгого жюри.

Я занялась каталогизацией ценных экспонатов особняка и работала в гостиной, когда зазвонил дверной колокольчик.

На пороге стоял Джефри Лартон собственной персоной — мой новоиспеченный лже-жених. В руках он держал букет чайных роз и коробочку пирожных, завязанную атласной лентой.

От неожиданности я застыла на месте, а он, чуть улыбнувшись уголками губ, шагнул через порог.

— Добрый день, моя дорогая невеста, — произнёс он с таким серьёзным лицом, что я не сразу поняла, издевается он надо мной или нет. — Мимо проходил. Решил, что знаки внимания необходимы для конспирации.

Он протянул мне цветы. Я взяла их машинально, чувствуя нежный аромат. Внутри что-то смешалось — неловкость и странное тепло.

— Пирожные? — только и смогла выговорить я.

— К чаю, — кивнул он, проходя в комнату. — Мне сказали, что у вас лучший чай в городе. А я, кажется, теперь имею право его попробовать, раз уж мы жених и невеста.

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, но всё же жестом пригласила к столу.

Через пять минут мы сидели друг напротив друга. Вчерашний строгий следователь в костюме сейчас