Пересекая черту - Ана Сиа

— Голодный? — пристёгивает ремень безопасности Элла, устраивая свою сумку на коленях.

— Да. Ты ведь тоже?

— Спрашиваешь! Весь день не ела, — театрально гладит рукой живот Элла.

— Где находится твоя работа? Давай зайдём куда-нибудь рядом.

Элла переводит на парня вопросительный взгляд, неуверенно теребя пальцами край своего пальто.

— А ты?

— Я больше не поеду сегодня в офис, — отвечает Рэйвен, включая на приборной панели навигатор.

Элла бросает на него долгий взгляд ещё раз, а потом быстро вбивает в навигатор нужный адрес.

— Поедешь решать бандитские дела? — вырывается короткий смешок.

— Бандитские дела?

— Прости, глупость сказала, — тут же стушёвывается она, неловко проводя ногтём по ткани ремня безопасности.

— Поеду договариваться о поставке партии оружия, а потом заеду проверить одну из точек казино.

Лицо девушки вытягивается, а брови ползут вверх.

— Чёрт, ну не так же прямолинейно, Рэйвен! Не рассказывай мне такие подробности, — возмущается она, кажется, и правда чувствуя себя неловко. — Вдруг я узнаю слишком много, и меня потом увезут куда-нибудь в лес ночью? Пожалей меня!

Рэйвен останавливается на светофоре и переводит взгляд на сидящую рядом смущённую Эллу.

— Не увезут, ты ведь никому не расскажешь.

— Настолько мне доверяешь?

— Да, — слышится уверенный ответ, и Элла застывает на месте, теряясь.

И что вот на это отвечать? Иногда прямолинейность и открытость этого парня просто обезоруживали.

— Рэйвен Мейер, будь человечнее, — бурчит она под довольное фырканье Рэйвена.

Элла неловко улыбается, продолжая теребить в пальцах край своего рукава, а Рэйвен безбожно залипает на растянутые в улыбке губы и маленькую родинку под ними. Если бы можно было сожрать взглядом, он бы, наверное, уже трапезничал Эллой, потому что так улыбаться было точно вне закона. Улыбаться в машине, улыбаться в кафе, жуя обед и смеясь с шуток Рэйвена, а потом, прощаясь, тоже улыбаться так, что у него снова щемит в сердце. Элле Брандт нужно запретить улыбаться на людях, потому что это вполне себе прямая причина сердечного приступа, ну, у Рэйвена — так точно.

— Напиши мне, когда закончишь, — вдруг просит Рэйвен, уже стоя у своей машины.

— Зачем? — кажется, искренне не понимает Элла.

— Ну… просто, — растерянно отвечает он.

— До встречи, — усмехается Элла, смотря на потерянного Рэйвена перед собой, и смешивается с потоком людей на улице.

Рэйвен смотрит на удаляющуюся спину Эллы и усилием воли заставляет себя вернуться в реальность. Кажется, он влип даже сильнее, чем думал сначала. Когда через несколько минут его телефон загорается сообщением от Эллы, он думает, что он не то, что влип — он пропал во всём этом с головой. «Закончу в восемь, напишу», — светится текстом экран, а Рэйвену кажется, что он окончательно потерял последние мозги. Возможно, это не значит, что Элла безоговорочно приняла его, но, наверное, можно было надеяться, что для девушки их общение тоже хоть что-то да значило, пусть и не так, как для Рэйвена. Она ему доверяла и шаг за шагом подпускала ближе. Рэйвен садится в машину, заводит мотор и не может перестать глупо и совершенно по-идиотски улыбаться.

Глава 8

Нескончаемый поток лежащих на столе документов и начало шестого на часах — неотъемлемый набор пятничного вечера весь последний месяц. Элла мысленно воет от всего этого дерьма, но, конечно, вслух ничего не говорит, слишком держась за эту работу. Зачем? Видимо, ради маячащей далёкой перспективы когда-то получить здесь ставку врача. Ставку, ради которой она уже чёрт знает сколько в дополнение к своим сменам отрабатывает ещё и чужие. Её напарник уже мысленно отсчитывает минуты до конца рабочего дня и начинает неспешно собирать вещи домой, просто потому что его никто не попросит остаться и подменить кого-то.

Перспективных юношей о таком не просят. Делать за кого-то работу ради выслуживания и хорошей репутации — это прерогатива молоденьких амбициозных провинциальных девушек. Элла изо всех сил старается не спорить с этой устоявшейся системой, улыбаясь в ответ на очередную просьбу и убеждая себя в том, что ей это необходимо. У неё есть шанс получить хорошую должность в этом центре, и она его не упустит, каким бы маленьким этот шанс ни был.

— Опять дежуришь? — подходит к шкафу с одеждой Сэмюэль Дихт, напарник Эллы.

— Ага, — поднимает она на него взгляд. — Ты уже домой?

— Да, сегодня отпросился пораньше, — улыбается Сэмюэль, вешая форму на вешалку и надевая куртку. — Идём с Джиной в кино, типа годовщина, — снова улыбка, от которой у Эллы совсем немного начинает болеть голова.

— Поздравляю, — дружелюбно кивает Элла, снова возвращаясь к стопке документов.

Ну а что тут ещё сказать? Совершенно бесячая и не зависящая от него ситуация. Сэмюэль не виноват в том, что родился в Берлине и имеет поддержку родителей и гораздо более твёрдую почву под ногами, свободный от давления и социальных предрассудков гораздо больше, чем она, без гроша в кармане и собственного жилья.

— Ну, ты давай тоже не засиживайся, — дружелюбно подмигивает Сэмюэль, салютуя на прощанье. — Удачи!

Элла смотрит на закрывшуюся за напарником дверь и всё же воет в голос. Ну что за блядство. Нет, она не злится на напарника, не злится на заведующего отделением, придерживающегося сексистских взглядов, не злится на систему — ни на кого не злится, кроме себя. Она может не мучаться этими бесконечными дополнительными сменами, может уволиться с этой работы и найти что-то другое, в менее престижной больнице, но с таким же окладом, и всё равно упрямо продолжает быть здесь, потому что слишком упряма, чтобы бросить всё и признать своё поражение. Она сможет стать врачом, пусть даже и придётся пробить ради этого головой стену. В кармане очень вовремя вибрирует телефон, а на экране появляется имя Алекса. Они договаривались сегодня встретиться после работы Эллы, которая, конечно же, замоталась настолько, что попросту забыла предупредить его об ещё одной смене.

— Да, — принимает звонок Элла, мысленно вздыхая от всей ситуации.

— Элла, привет, — слышится вкрадчивый голос Алекса. — Занята?

Элла делает глубокий вдох, готовясь к недовольству парня.

— Да, Алекс, я ещё на работе и…

— Отлично! — слышится слишком радостный ответ. — Потому что я тоже ещё занят и, похоже, освобожусь нескоро, — сникает голос в трубке.

Элла не сдерживает подавленной улыбки, вслушиваясь в голос Алекса в трубке. Они не виделись уже две недели и, наверное, этот разговор должен был бы её расстроить, но в голове возникает лишь желание рассмеяться от ситуации. Да, это то, что у них есть: хроническая нехватка времени друг на друга и постоянные переносы встреч. Иногда