Флирт с серьезными намерениями - Кендалл Райан

Я судорожно вдыхаю, когда его пальцы начинают вытанцовывать на моем животе. Я совсем не против того, к чему ведет эта маленькая игра.

— Да? О чем еще?

— Я бы хотел поговорить о том, какая у тебя мягкая кожа, — бормочет он мне в грудь, спускаясь дорожкой легких, как перышко, поцелуев по моей груди. Его руки ложатся мне на бедра, крепко прижимая к себе.

В этом нет нужды. Я никуда не убегу.

— О том, как сильно я хотел прикасаться к тебе… вот так. — Кэм очерчивает кончиком носа небольшой круг вокруг моей груди. Я задерживаю дыхание, когда он проводит языком дорожку к моему соску. А затем стону.

— И о звуках, которые ты издаешь, когда я это делаю. — Я чувствую его ухмылку кожей.

— О чем еще? — выдыхаю я, уже обезумев от желания.

— И о том, как ты двигаешься навстречу мне…

Его голос затихает, когда он начинает покрывать поцелуями мой живот. Я подаюсь навстречу, особенно когда его прикосновения опускаются все ниже и ниже.

— О том, какая ты на вкус…

Я запускаю пальцы в его растрепанные волосы, пока Кэм опускается между моих ног.

О черт.

Этот разговор окончен. Мы переходим к более интересным темам.

Я закрываю глаза и растворяюсь в нем. С каждым прикосновением его губ и языка я чувствую, как сильно он меня любит.

И с каждым прерывистым вздохом я чувствую, как сильно люблю его.

Глава двадцать первая

НАТАЛИ

— Ведите себя хорошо, детишки, — дразнит Джек, ставя перед нами на барную стойку две бутылки пива.

Я закатываю глаза.

— Мы всегда паиньки.

Кэм улыбается, поднося бутылку к губам.

Я делаю глоток, а Джек наблюдает за нами с насмешливым выражением лица.

— Просто помни, чувак, — говорит он Кэму. — То, что вы дружите целую вечность, не освобождает тебя от обязанности ухаживать за ней.

Я расплываюсь в улыбке и сажусь на барном стуле ровнее.

— Да, я за ухаживания. Заверните мне немножко романтики.

Сама мысль о том, что Кэм обрушит на меня всю мощь своего обаяния, звучит восхитительно. Мы серьезно встречаемся уже несколько недель, и пока что он — просто идеальный парень. Но это не значит, что я не могу подкалывать его заодно с Джеком.

Мы ходили на свидания в кино, ужинали у моих родителей, в моем любимом мексиканском ресторане, и мое самое любимое воспоминание — тот день, когда мы встретились в обед в больнице. Я увидела своего горячего парня-врача в хирургическом костюме, когда он общался с маленьким пациентом. Кажется, в тот день я влюбилась в него еще сильнее.

Кэм отлучается в уборную, и Джек наклоняется ко мне через стойку.

— Просто чтобы ты знала: если он тебя обидит, я поклялся спустить с него шкуру.

Я улыбаюсь ему в ответ.

— Меня это устраивает.

Когда Кэм возвращается, Джек перестает протирать стойку, чтобы поболтать с нами еще минутку.

— Куда вы, сумасшедшая парочка, направляетесь сегодня вечером?

— Это сюрприз, — говорит Кэм, улыбаясь мне.

Я прищуриваюсь, гадая, что он задумал. Обычно мы просто вместе ужинаем, а потом едем к кому-нибудь из нас, чтобы побыть вдвоем. И, как правило, ко мне, потому что там нет шансов, что сосед по квартире нам помешает.

Джек убегает обслуживать компанию девушек, которые явно пришли сюда на девичник.

— Хочешь уехать? — спрашиваю я, когда наши бутылки уже почти пусты.

Кэм ухмыляется.

— Не терпится узнать, что я запланировал?

— Мне же надо проверить, освоил ли ты наконец эту роль бойфренда, — дразню я.

— Я потрясающий парень, — защищается он, помогая мне слезть со стула.

Я лишь ободряюще хлопаю его по симпатичной заднице, и мы выходим на парковку. Вскоре Кэм устраивается на водительском сиденье своей машины, а я присаживаюсь рядом.

— Куда ты меня везешь? — спрашиваю я. Мы свернули на живописную улочку в тихом причудливом районе прямо за городом. — Мне всегда нравился этот район, но тут нет ничего, кроме жилых домов. Все рестораны находятся в двух кварталах отсюда.

— Я знаю, — говорит он, продолжая улыбаться.

Машина замедляет ход и останавливается перед белым двухэтажным домом с черными ставнями и цветочными ящиками под окнами, которые, как я представляю, весной просто утопают в цветах. На лужайке перед домом стоит табличка «ПРОДАЕТСЯ».

В животе начинают порхать бабочки.

— Кэм? Что это?

Он ставит машину на паркинг, поворачивается ко мне и кладет мою руку себе на колени.

— Я не могу вечно жить с Джеком. Нам понадобится собственное пространство.

— И это… — Моя рука взлетает к губам.

— Я хочу купить его для нас. Но только если это сделает тебя счастливой. Пойдешь посмотреть?

На глаза наворачиваются слезы, и я киваю.

— Он прекрасен. Ты просто сумасшедший.

А потом я выскакиваю из машины и иду по вымощенной камнем дорожке к самому красивому дому, о котором только могла мечтать.

Кэм открывает дверь и говорит что-то о четырех спальнях, над заполнением которых нам придется хорошенько поработать, и я издаю тихий писк восторга. Это идеальный дом.

Прогуливаясь по просторным комнатам в компании этого удивительного мужчины, я на мгновение задумываюсь, каково это, когда все ваши мечты сбываются.

Эпилог

НАТАЛИ

— И где я должен стоять? — шепчет мне на ухо Джек.

Я поворачиваюсь к нему с широко раскрытыми глазами. Мы прячемся за кружевной перегородкой, отделяющей нас от остальной церемонии.

— В смысле «где стоять»? А где ты стоял на репетиции?

— Черт, я не знаю. Я нервничаю. Знаешь ли, тяжело быть одновременно и подружкой невесты, и шафером! Это очень сбивает с толку.

— Ой, прости, пожалуйста, что наша дружба доставляет тебе столько неудобств, — говорю я, закатывая глаза. Было вполне логично, что наш лучший друг забрал себе все главные роли на свадьбе, за исключением роли священника. Будь моя воля, я бы с радостью позволила Джеку провести и саму церемонию. Но тут он уперся.

— Ни за что, — отрезал он, когда мы предложили эту идею. — Найдите себе нормального священника. Я не собираюсь нести ответственность за законность вашего союза.

Ветер колышет занавески, и я бросаю взгляд на немногочисленных гостей нашей церемонии. Родители Кэма с комфортом устроились на своей стороне прохода, вместе с Тайроном, Максом и несколькими коллегами по работе. Моя сторона состоит из университетских подруг и моей группы поддержки в лице Мэнди и Джанель. Подружки невесты одеты в тот самый оттенок зеленого, который мы с Кэмом упрямо называем «шалфейным». Выглядит это далеко не гламурно, но