Перерожденные - Дана Данберг

бойцах в частях герцога недостатка не было. Платили честно и регулярно, кое-какую амуницию давали, контракт первый на три года, а дальше можно продлевать, пока не помрешь или на пенсию не выйдешь.

Но вот с магами у герцога была проблема. Никто идти не хотел, потому что надбавка там была не слишком большая, а все тяготы и лишения нужно было разделять с простыми сослуживцами, если ты не дворянин и у тебя нет своей дружины.

Вот и получалось, что на гражданке ты можешь получить гораздо больше и лучше устроиться. А уж с моей-то подготовкой, сначала в храме Смерти, а потом в городской страже, любой частный или дворянский отряд меня бы с руками оторвал.

Только вот дело в том, что не имел я права уйти. Контракт со стражей города у меня был на руках, а стража города — это те же отряды герцога, по сути, государственные формирования, не частные. Так вот, до совершеннолетия этот контракт действовал. И его могли переоформить только на другой род службы, но не разорвать. Такая вот своеобразная забота о сиротах, чтобы они в криминал не ударились.

То есть, по условиям этого контракта, я мог пойти служить в стражу, в местный гарнизон или в действующие регулярные войска герцога.

Вербовщики уезжали дальше через два дня, так что я взял одну ночь подумать, как дальше жить и стоит ли принимать их предложение. Оно было не так уж плохо, но в случае полномасштабной средневековой войны, мне не хотелось бы оказаться на ее острее. Все же все мои навыки немного под другое заточены, да и в целом гробить себя я не видел никакого смысла. К тому же Катя…

* Катарина

Ну что сказать, кое-как мы выживали. И выжили. В первый год было, конечно, сложно. Особенно мне, учитывая то, что продовольственная безопасность города на мне и держалась. Нет, нельзя сказать, что другие вообще ничего не делали. Пытались отстроиться, пахали на полях, потому что я, молодец, конечно, но все же пахать и сеять не моя работа. Я и так иногда с этих плантаций приползала — краше в гроб кладут.

Нашего городского голову пришлось еще пару раз поставить на место, когда он заикался о том, что я слишком мало делаю, чтобы обеспечить, так сказать, наш договор. В первый раз я его просто отбрила и сказала, что могу ничего не делать. Он унялся на какое-то время. Во второй раз я просто ушла в лес на неделю. Время для магии было не очень критичное, как я думала, но начались дожди и на некоторых колосьях появилась плесень. Этого я не планировала и свела ее, конечно, когда вернулась в город, но демонстрация была более чем наглядной.

Вот только ничто не может длиться вечно. Год кончился, от голода никто не умер и даже удалось сохранить кое-какие запасы на будущую посевную. Поскольку нам пришлось выращивать все аж до первых заморозков, озимые мы не сажали в этот раз.

Так вот, на следующий год такой сильной надобности в моих услугах уже не было. И меня начали аккуратно отодвигать. Может, девочка-подросток этого и не заметила бы, но я-то не она. К тому же, эти деревенские интриганы только сами о себе думают, что они умные, а на самом деле довольно прямолинейны.

Я решила не уходить в лес, а то второй раз это было бы подозрительно — только я ушла, как на посевы напала плесень. Хотя тогда я ничего специально не делала. Нет, я выждала пару недель, ничего не предпринимая, а потом, под палящими лучами яркого летнего солнца, на злаках стали образовываться ожоги. Несильные, я же не хотела, чтобы они погибли.

Радикально действовать я не хотела, да. Но все же ночью пробралась на поле и аккуратно повредила посевы. Магии на это нужно было не слишком много, поэтому я выбрала небольшое поле и воздействовала на все, что на нем росло. По идее, люди не должны были догадаться, что это сделала я, потому что я активно пиарила идею, что моя магия не покрывает все поле за раз. Если бы это было нормальное поле — то не покрыла бы, но здесь, между рекой и перелесками, прям вот больших полей сделать не получилось.

Я, конечно, могла все посевы просто уничтожить — так даже было бы проще и с магической точки зрения, но тогда мне потом придется выкладываться опять. На самом деле я же не хотела, чтобы кто-то реально голодал. Неприятно только, что опять благодарные жители города о моей помощи забудут через год. Оказанная услуга ничего не стоит, да.

— Рина! — Леон влетел в мою комнату даже не постучавшись. Он в последнее время так часто делал, поэтому я даже засов поставила. Но сейчас зашла на минуту, поэтому не закрылась.

— Я тебе сколько раз говорила, без разрешения не входить? — рыкнула я, но брат меня, похоже, не услышал.

— Рина! Там поле спасать надо, пойдем скорее, иначе оно все сгорит!

— Вот прям надо? Кому надо? — не двинулась с места я.

— Ты что, не понимаешь, если это поле сгорит, то тебе опять придется вкалывать, лучше уж сейчас помочь.

— Мне глава города Каруно что сказал в прошлый раз? При тебе же дело было. Что я, наглая малолетка и слишком много на себя беру, поэтому справятся без меня. Вот пусть справляются.

— Но Рина…

— Дискуссия окончена, вопрос закрыт, — я отвернулась от брата и продолжила вытаскивать из шкафа свой походный набор — холщовые штаны и куртку, смену поддевки под верхнюю одежду. Жара-жарой, но это же лес, а у нас там насекомые неприятные и змей в последние пару лет много расплодилось, уж не знаю, почему. В детстве, если недалеко, я вообще в платье ходила и ничего, но сейчас не стоит. Противоядие я приготовить не смогу, да и зельеварша наша не может, пробовала — пока не получается. Да и если я далеко буду, то мне вообще никто не поможет. Так что лучше этого избежать и штанишки заправить в сапожки.

Так-то я еще с неделю назад говорила, что собираюсь на пару дней сходить за ручей за травами. На самом деле я хотел проверить свою лежку, потому что тучи сгущались. Была вероятность, что мне придется ненадолго или надолго уйти из города. А далеко-то уйти я не могу.

Разве что в соседнюю деревню податься, но там