Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

Она называет новое кафе на Бистон-роуд, и я все пытаюсь вспомнить, находится оно до или после Кросс Флатс. Заходить нашей толпой на чужую территорию – опасная идея.

– Недалеко от парка, – вдруг произносит Лили. – Не доходя два… Что? Три? Три квартала.

– Я понял, не переживай. Тогда… будем через час.

– Хорошо, – откликается она и вдруг переспрашивает: – Ты скучал по мне?

– А ты как думаешь?

– Думаю, нет.

– Засранка. Увидимся – покажу, как скучал.

Лили прощается и вешает трубку первой. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь как идиот, пока записываю ее домашний номер в телефон.

– Мам? Тебе не нужна еще какая-нибудь помощь?

Глава 14

Лили

Кафе «Кофе», Бистон-роуд

– Мы не будем никого ждать, – гордо ставит перед собой тарелку Ламия. – Твой парень сам решил, что придет позже, и, если захочет, поест, как объявится. А я голодная прямо сейчас.

– Я тебе слова не сказала, – замечаю я. – Просто сама поем позже.

Люси еле сдерживает смех, но свою картошку с начинкой тоже подтягивает поближе. Здесь не очень большой выбор еды, но все простое и понятное, а главное – не слишком дорогое. Конечно, мне было бы дешевле накормить нас всех пастой болоньезе дома, чем заказать нормальное блюдо, но нужно же хоть иногда чувствовать себя человеком.

Ламия выбрала холодный ланч с шотландским яйцом, сыром, пикулями, хлебом и нарезанным яблоком. Не очень похоже на заказ голодной девушки, зато отражает саму Ламию. Она вечно жалуется на фигуру, за которой нужно следить, и даже делает какие-то упражнения дома. Мне тоже предлагала попробовать, но для меня хватает и ежедневных перебежек до автобуса и обратно. Почти что тренировка.

– Как у тебя на работе? – киваю я Люси, которая старательно вмешивает кусочки тунца в запеченную размятую картошку. – Лами, тебя не спрашиваю, а то придется и тут заказывать шерри.

Та цепляет тонкими пальцами бутылку сидра и элегантно прикладывается к горлышку губами.

– Привезли свежие пионы, – отвечает Люси. – И эустомы, которые похожи на Лами.

– Чем? – тут же уточняет та.

– Очень красивые. Розовые, но такие, не как жвачка, а элегантные.

– Да, правда похоже на тебя, – соглашаюсь я.

Свою бутылку сидра ставлю поближе, но не тороплюсь пить. Взгляд почему-то постоянно убегает от нашего стола к окну, за которым туда-сюда снуют люди. Каждый раз, когда новая человеческая фигура появляется из-за поворота, сердце на секунду замирает, и каждый раз это оказывается не тот, кого я жду.

За последние пятнадцать минут мимо окна прошло и пробежало много разных людей, от группки школьников, до сих пор не снявших форму, до двух почтенных дам, затянутых в вязаные жилеты, прямо как моя бабушка. Даже проскакал какой-то ребенок.

Кажется, Феликс решил опоздать. Я бросаю взгляд на круглые часы над прилавком, которые показывают шесть часов девять минут. Он обещал быть в шесть десять…

Господи, какая глупость! Феликс не называл конкретного времени, просто сказал: «Через час». Я веду себя как тупая школьница, которая впервые понравилась крутому парню и теперь все время ищет его глазами, чтобы получить подтверждение интереса к себе.

А ведь я целый год отшивала каждого, кто выдавал хотя бы невесомые намеки. Теперь не похожа на себя саму, и подобное было всего раз. С Доном. Мне уже известно, чем заканчиваются такие начинания, стоит сейчас вести себя по-другому.

– Кстати, – пытаюсь вспомнить хоть что-то интересное я, – вчера в магазин заходил классный парень, Люк. Скорее всего, работает в центре, он не так плохо выглядел, как мы.

– Ты серьезно? – переспрашивает Ламия. – Еще один?

– Нет-нет! Я не в том плане… Он разбирается в музыке. К нам так редко заходят нормальные люди, которые умеют слушать и слышать, что я решила с ним познакомиться. И если получится, ну, с дисками… Он точно сможет стать моим первым клиентом.

Позади меня открывается входная дверь, но я запрещаю себе оборачиваться. «Это не настолько важно», – повторяю в собственной голове.

– И что этот Люк купил? – с неожиданно хитрой улыбкой произносит Люси.

Ламия кривит темные губы и опускает взгляд в свою тарелку.

– Много дисков. Больше, чем те, кто к нам заходит! Все новинки, и еще пару редких альбомов.

– Хвастаешься? – раздается голос позади меня.

Теперь я оборачиваюсь. Феликс, сейчас совсем огромный, отодвигает стул рядом со мной, тяжело падает на него и тянется за коротким поцелуем.

– Привет, катастрофа, – улыбается он.

Двое других парней – я обоих уже видела – забирают стулья у соседних столиков и присоединяются к нам.

– Привет и вам, малявки, – поворачивается Феликс к Люси и Ламии. – Вот и встретились.

– Мы были против, – отвечает Ламия, не поднимая глаз. – Тебе для информации.

– Кем, она была против, – тут же поворачивается он к парню в клетчатой рубашке поверх футболки и с длинными, до плеч, волосами. – Тебе для информации.

– Правда? – широко улыбается тот и тут же передает третьему парню: – Трис, она была против. Тебе для информации.

У этого, с почти что детским лицом и всклокоченными рыжими патлами, задумчиво закатываются глаза.

– Вы оба плохо слушаете, – наконец выносит вердикт он. – Рами сказала «мы». Значит, Люси тоже была против.

– Резонно, – отвечает второй и переводит взгляд на Феликса. – Фел, они обе были против.

– Минутку, – кивает тот и притягивает меня ближе. – Лили, а ты против?

От безумия этого разговора я не выдерживаю и начинаю посмеиваться.

– Нет, что ты. Я за.

– Как удобно, мы вот тоже все за. Ламия, вы в меньшинстве.

Я внимательно смотрю на нее, боясь, что сейчас она просто встанет и уйдет. Но, кажется, шутка немного разряжает обстановку – по крайней мере, уголки губ Ламии подрагивают и вот-вот поднимутся.

– Оставайтесь уже, раз пришли, – недовольным тоном отвечает она.

Но взгляд из-под опущенных ресниц скользит в сторону, к длинноволосому парню, которого – и я теперь в этом уверена – зовут Кемал.

– Спасибо за разрешение, – великодушно кивает Феликс. – Так, а здесь вообще бывает пиво?

К нашему столу торопится девушка с меню в руках, но парни в него даже не заглядывают. Кажется, никто, кроме меня, не был голоден… Они заказывают каждый по бокалу пива и долго мучают девушку вопросами про снеки. Как только отпускают ее, Ламия поднимает на меня взгляд, в котором по буквам читается: «Ну что, дождалась его?»

– Лили, познакомься, – Феликс указывает на Кемала, – это Кемал, мой близкий друг.

– И соратник, – добавляет тот. – Так что еще не раз увидимся.

К чему он это