Невеста проклятого герцога - Эва Морей

Кстати, говоря о Марене и Лисандре. К моему сожалению поехать с нами они не могли. После визита Крейла стало ясно: бал – совсем не бал, а операция «перехват» со стороны очень плохих парней. Брать с собой мать и брата Рейв не мог – слишком опасно. Так что под удар отправлялись только мы двое. Отказаться мы все равно не имели права, а потому я, по своей старой привычке, старалась вообще об этом не думать. Спорить с Ханной о манерах все равно было веселее.

Но даже на фоне плохих предчувствий мы не ожидали того, что случилось в день бала. После обеда, нас с Рейвом позвала вниз взволнованная Лина. Мы вышли на крыльцо замка как раз вовремя. Двор погрузился в тишину так резко, будто кто-то провел невидимой рукой по струнам воздуха. Небо над поместьем потемнело как перед грозой.

Сначала пришел звук – низкий, вибрирующий, похожий на далекий гул огромного колокола. Затем ворота поместья сами распахнулись, пропуская кавалькаду. Пять всадников в чёрных плащах с серебряными застёжками въезжают ровно, как нарисованные. Их лошади странно мерцают: контуры были то четкие, то словно смазанные. Ткань плащей не двигается от ветра. Взгляд одного из магов охватывает двор – спокойный, холодный, будто просвечивающий всех рентгеном. По моей спине бодро скачет табун мурашек.

Рейв незаметно встает ровнее, плечом заслоняя меня. Маги одновременно спешиваются – настолько синхронно, что это выглядело неестественно, как движение марионеток или команды по синхронному плаванию. Правда, без фирменных широких улыбок синхронисток.

— Герцог Рейв Эстерхолл — старший маг спрыгивает с седла и кланяется. — Мы по распоряжению Совета Аркана. Вам и вашей истинной требуется сопровождение до дворца. Безопасность – приоритет.

— Сопровождение? — приподнимает бровь Рейв. — Или наблюдение?

— И то, и другое, милорд. — Он снова кланяется и отступает, явно показывая: ждать он будет сколько угодно. И все остальные замирают около своих лошадей, будто статуи. Ни жеста, ни движения, ни эмоции. Выглядят они теперь больше, как обученные и хорошо натренированные солдаты, чем как маги, честно говоря.

— Мы не ждали вашего прибытия — медленно с расстановкой говорит Рейв — вам придется подождать пока мы приготовимся к приему.

Маг только кивает, выказывая полное безразличие к необходимости ожидания. Как только мы заходим обратно за дверь, я придерживаю Рейва за рукав:

—Кто это? Почему они… Это нормально? — В голове у меня сотня вопросов, и каждый пытается прорваться первым.

Рейв вздыхает, притягивает меня поближе к себе и прижимает к своей груди.

— Не беспокойся — я чувствую, как его рука гладит мои волосы — это элитное подразделение короля, точнее вероятно уже Совета. Отвечая на второй твой вопрос: нет, это не нормально. Очередное доказательство, что мы едем не на праздник. — Рейв на секунду замолкает, его рука останавливается. Затем он мягко отстраняет меня от себя, придерживая за плечи и продолжая смотреть на меня своими глазами, вновь ставшими золотистыми — Что бы не происходило на балу, постарайся держаться как можно ближе ко мне.

Я только киваю. И Рейв мучительно нежно целует меня. Потом мягко улыбается:

— Ну беги! Тебе еще надо успеть приготовиться, хотя на мой взгляд — он медленно окидывает глазами всю мою фигуру — ты итак прекрасна, беда моя.

Этот милый флирт заставляет тяжелые предчувствия в моей голове немного утихнуть и я бегу звать Ханну и Лину, чтобы помогли мне с макияжем и прической. И конечно с моим фантастическим платьем. Лина охает, Ханна матерится Совет – гармония достигается идеально. В четыре руки они справляются быстро, и когда я подхожу к зеркалу перед выходом, я едва удерживаюсь от «это точно я?».

В прошлой жизни я к своей внешности относилась ровно: тело здоровое – прекрасно, лицо симметричное – ну и ладно. Но сейчас…Сейчас в зеркале стоит кто-то, кто мог бы разрушать династии одним лишь появлением на лестнице.

Волосы густые, медово-блестящие, уложены в сложные косы. В прическу вплетены крошечные украшения, похожие то ли на язычки золотого пламени, то ли на светлячков. Макияж почти незаметный, но делает глаза глубже, губы – пикантно обкусанными, а кожу такой, к которой хочется прикоснуться. Платье Марены… ох. Плотный сапфировый цвет мерцает от серебристого до почти чёрного, золотая вышивка перекликается с моими украшениями. Я выгляжу как воплощение летней ночи – теплой, загадочной и опасной.

Но красота никак не помогает унять тревогу. Спускаясь вниз, я так нервно дергала складку на платье, что ещё чуть-чуть и какой-нибудь декоративный элемент полетит на пол. И наверняка довела бы себя до паники (и до попытки побега через окно), если бы не увидела Рейва.

Он оборачивается на звук моих шагов и у меня перехватывает дыхание. Его костюм почти полностью повторяет мой по цвету, но без переливов. Вышивка такая же, как на моем лифе, сюртук до щиколоток, белая рубаха чуть расстёгнута, перчатки чёрные…

— Ты… — начинаю я, собираясь назвать его готическим идолом из фанфиков.

Но Рейв опережает меня. Глаза вспыхивают золотом, вокруг его ног затанцевали язычки огня.

— Элира, — выдыхает он. — Я больше всего хочу остаться здесь с тобой. И никуда не ехать. — Он убирает выбившуюся прядь за моё ухо. — Клянусь, когда вернёмся… я не выпущу тебя из нашей комнаты несколько дней.

— Ваша Светлость, — хихикаю я. — Разве можно так пренебрегать делами герцогства?

— Ты – мое самое важное дело, Элира, — почти рычит Рейв, слегка прикусив моё ухо. — По крайней мере, пока не увижу парочку маленьких дракончиков.

— Что?? — я отстраняюсь. — Какие ещё дракончики?! Мы только познакомились!

Он смеется, берет меня под руку и ведет к выходу. Дети в мои планы точно не входили. Но, если подумать… ничто из происходящего изначально не входило тоже.

Во дворе нас ожидают маги-конвоиры. Они лениво переговариваются между собой, но в целом находятся на тех же местах – поразительная выдержка. Меня усаживают в карету. Рейв садится рядом, маги разъезжаются по флангам, и транспорт трогается, будто его подталкивают не колеса, а поток воздуха.

Пару минут мы едем молча. Я нервно перебираю складки на платья, потом всё-таки спрашиваю:

— А… весь путь будет в карете? — прозвучало слишком невинно. И слишком тревожно.

Рейв смотрит