Операция «Приручить строптивую». Моя без шансов - Ульяна Николаевна Романова

Снизу вид — обалдеть. И не вставать. Говорил же: аппетитная она. Такая, как и должна быть женщина. С формами.

Насчет селедки я тогда погорячился, конечно, не селедка она, а самая настоящая королевская кобра. Моя кобра.

Наверное, пора мой дом в серпентарий переименовывать. Интересно, с ужом она уживется или начнут делить территорию? Не зря же она мне его так великодушно передарила!

В то, что Данелия ко мне переедет в ближайшее время, я не сомневался. Я никогда в своих решениях не сомневался и всегда добивался своего.

Надо дом достраивать! Я два года назад стройку начал, но как-то без энтузиазма, хотел Ильясику потом его подарить, когда он вырастет и семью заведет. Чтобы у сына фундамент под ногами был для взрослой жизни.

А тут, бородой чувствую, скоро сам в него перееду.

Потому что пацанам нужны каждому своя комната, нам с Данелией тоже нужна отдельная берлога, внуки пойдут, в гости будут приезжать, братья с детьми…

Я думал недолго. Набрал номер строителей и отрывисто сказал, что надо стройку ускорить, попросил прислать счет на оплату и найти мне дизайнера.

Или лучше эту миссию поручить женщине? Обычно им нравится создавать уют в доме. Я посмотрел на свою женщину, которая залезла на самый верх. Она повернула голову, встретилась со мной взглядом и послала мне очаровательную улыбку.

Ее щечки раскраснелись, а из тела ушла тревожность — она перестала сжиматься так, будто ей страшно. Может, дома в гараже свой скалодром поставить? А что? Пацанам в радость, Данелии вроде нравится…

Я снова посмотрел на наших подростков, жестом показал им, что будет, если начнется очередная драка, и пошел на фудкорт. Купил большой стакан с холодным чаем, выбросил остывший кофе и вернулся на свое место наблюдателя.

Пока я пересматривал план нового дома, примерно прикидывая, что нужно изменить, она спустилась и подошла ко мне. Уже с улыбкой и горящими глазами.

— Как там погодка наверху? — уточнил я, пряча мобильный в карман.

— Отличная, — выдохнула Дана и поправила футболку.

— Ты ее на колени натянуть хочешь? — изумился я. — Не надо ничего прятать, вид обалденный, особенно снизу.

— Я ничего и не прячу, — задрала она носик повыше и переключила внимание на Арсения.

Тому надоело лазать, и Дана отправила его в детскую комнату кататься с горки на тюбингах. Малой, завывая как истребитель, унесся туда, а мы снова остались стоять гордыми родителями большого семейства.

Я протянул ей чай, а Дана зарделась:

— Спасибо за заботу.

— Пожалуйста, — пожал я плечами. — Как насчет того, чтобы в следующую пятницу пойти на настоящее взрослое свидание? Да прекрати ты свою футболку вниз тянуть, у меня и так фантазия взбудоражена!

— А ты не взбудораживайся! Не видишь, она задирается?

— Вижу, я ее силой мысли вверх и подталкиваю, — ухмыльнулся я.

— Никогда не видел растяжек на животе? — пробурчала она рассерженной кошкой.

Или все-таки коброй?

— Аллах, спаси! Это не растяжки, женщина, это камуфляж матери-тигрицы! — по-восточному цокнул я.

— Ты…

— Что? Я женское тело не по порносайтам изучал, а на практике, и как доктор тебе говорю, что иметь растяжки женщине, родившей двоих детей, абсолютно нормально. И животик!

— Ты начинаешь мне нравиться!

— Ну нет, я не готов потерять звание Зубодера Хамидзе. Как я без яда буду жить? — улыбнулся я.

— Могу укусить.

— Я настаиваю, — галантно потребовал я.

Данелия удивленно приоткрыла ротик, а я продолжил:

— В пятницу в шесть?

— Ладно, — кажется, я смог ее дезориентировать.

Даже не пришлось литр одеколона тратить!

— Заеду, — обозначил я.

Данелия, наконец, перестала издеваться надо мной и футболкой и больше не тянула ее вниз.

— Хасан, я все же хочу знать, почему Сева и Ильяс…

— Запишу в следующий список покупок успокоительное, — решил я.

— Запиши, конечно, но я должна знать.

— Аллах всемогущий, эта Оливия дружила с обоими, а каждый думал, что она дружит только с ним. А сегодня всплыло, когда Ильяс увидел, что она Севе написала благодарность за шоколадку. Дана, подыши, им двенадцать, таких Оливок у них еще толпа будет!

— И что делать?

— Гуглить, — авторитетно решил я.

— Что гуглить?

— Кобру с тревожностью гуглить и как с этим бороться. Эксклюзив мне достался, понимаешь, осталось определиться, как мне этому обстоятельству радоваться.

— Хамидзе…

— Стервелла, — пропел я.

— Кобра, забыл?

— Королевская! — поправил я, выставив вверх указательный палец. — Выбирай, куда дальше развлекаться пойдешь? Или ты голодна? Толком ничего не попробовала, только пиццы кусочек откусила у малого, пока чихать не начала.

— Я фартук того повара топтала, который готовит в том кафе эту пиццу, — фыркнула она.

— Понял, — восхищенно кивнул я, — тогда предлагаю партию в настольный теннис.

— Отличная идея.

Глава 27

Данелия

Я проснулась от вибрации мобильного. Посмотрела за окно, где все еще было очень темно. Взяла телефон и увидела сообщение от Хамидзе.

«Доброе утро! Как самочувствие? Не заболела?»

«Хамидзе, шесть утра!»

«Если тебе привычней в четыре — буду писать пораньше! Так ты не заболела?»

«В следующее воскресенье я разбужу тебя в пять!»

«Можешь вообще не давать мне спать, я все выдержу!»

«Я подумаю! И нет, я не заболела, просто легла спать в четыре»

«И чем ты занималась до четырех? редактировала план „Барбаросса“? Имей в виду: мой дед город отстоял, и я не сдам!»

«Это останется моей маленькой тайной! Доброе утро, Хасан!»

«В девять сегодня приедет моя бригада на разведку. Приедешь?»

«Разумеется, я приеду! Ты же не думал, что я возложу эту почетную миссию на тебя?»

«Нет, конечно, ты же у нас сильная и независимая. Встретимся там!»

«Тебе приезжать необязательно!»

«Обязательно! Вдруг ты решишь яд не по назначению расходовать? А он — мой. И я своим не делюсь!»

«Хорошо, увидимся там!»

Я хмыкнула, отложила мобильный и сладко потянулась. Мышцы немного болели после вчерашнего весьма активного времяпрепровождения.

После тенниса мы с мальчишками отправились на улицу кататься на тюбингах с горки, затем играли в снежки все вместе, где Хасан безбожно мне поддавался. И Хамидзе же веселье прекратил, когда я в пятый раз упала в сугроб. И отправил нас всех пить горячий чай.

Домой мы вернулись уже поздно вечером, довольные, но очень уставшие. Мальчишки так вымотались, что сразу же пошли спать.

Зато мир между Севой и Ильясом был восстановлен.

Я потерла глаза, а на мобильный пришло заботливое:

«Так не заболела?»

«Хасан Муратович, вы надеетесь на то, что заболела? Волнуетесь, что мой предполагаемый вирус как-то на качестве яда скажется?»

«Нервничаю, что вирус может сказаться на его лечебных свойствах! Встретимся в девять!»

Я снова