Мой клыкастый лорд - Ольга Викторовна Романовская

— Тогда перейдем к вам. Поведайте мне о мире, в котором не существует вампиров.

Замялась, шаркнула ногой по полу.

— Да особо и рассказывать-то нечего.

— Я пробовал освоить ваш алфавит по той странной книге. Очень сложный язык! Не прочтете ли пару фрагментов: хочу послушать его звучание.

— А вы поймете? — усомнилась я.

— Переведете. Ведь каким-то образом вы изъясняетесь на нашем языке.

Надеюсь, и родной русский не забыла.

Элеф позвонил в колокольчик и отправил слугу за книгой. Пока ждали, когда ее принесут, каждый нарочито смотрел в свою сторону. Однако то я украдкой бросала взгляд на Элефа, то он обращал взор на меня. Один раз я попалась, вампир заметил, а вот его подловить не смогла, хотя ощущала его внимание кожей. Взгляд этот тревожил. Пристальный, внимательный, не цепкий, наоборот, настороженный. Элеф не следил за мной — изучал. И эта странность вкупе с его бурной реакцией на письмо герцога Унгерского настораживала, потому как я не могла ее объяснить. Ладно, я, мне некуда деться, стою здесь, развлекаю Элефа, но он-то! Прелесть экзотической игрушки давно померкла.

— Какие мужчины вам нравятся?

Вопрос застал врасплох. А нечего было пялиться, изучала бы решетку камина. Это он еще про подглядывание за ним и Камиллой не знает.

Ощущая, что краснею, выпалила:

— Разные!

— А конкретнее?

Вот привязался!

— Те, что отвечают мне взаимностью.

Гордая собственным остроумием, мазнула по нему торжествующим взглядом, а он…

— И многие отвечали?

— Послушайте, — засопела я, — это не ваше дело. Я честно играю роль Абигаль и…

— Никто, — жестоко констатировал Элеф. — Иначе бы вы не рассердились.

Обиженная, вспылила, позабыв, что передо мной хищник:

— Да что вы вообще о любви знаете?! У вас… руки ледяные и сердце почти не бьется.

— Еще живым мертвецом меня назовите! Вы говорите крайне обидные вещи. Притом совершенно напрасно.

Что, не понравилось? Так тебе и надо! Мне тоже неприятно слушать, какой я неликвидный товар.

Наклонилась, чтобы поворошить поленья, — и снова Элеф оказался рядом. Его рука повторила мое движение. На миллиметры разминулась с моей и… Возмутиться не успела: вампир с присущей ему быстротой убрал ее за спину и притворился, будто увлечен ночным светилом.

Я слышала биение его сердца. По меркам человека, пульс зашкаливал за сотню. Но внешне Элеф оставался спокоен. Неторопливо отошел к креслу, уселся, закинув ногу на ногу.

— Вы мне абсолютно безразличны, ваше высочество. Я не караулил вас в библиотеке, не истолковывайте мои действия превратно. Обычная вежливость и забота о вашей безопасности. Пытаясь поставить книгу на верхнюю полку, вы могли упасть, покалечиться. Вороша угли в камине — нечаянно загореться. А вы… Вы отчего-то решили, будто я намерен снова вас поцеловать. Вы ведь об этом думали?

Пальцы отбивали по бедру такт его жестким словам.

Да, он прав, я об этом думала, даже не сомневалась. Глупая! Что вдруг снова стиснет в объятиях у того же камина, я стану отбиваться… Что за нелепые сексуальные фантазии!

— Меня вывела из себя подлость вашего жениха, захотелось вас немного утешить, только и всего. Однако что-то долго не несут вашу книгу! — Он подался ко мне всем корпусом, опустив вторую ногу на пол. — Не стойте, присядьте. Теперь, когда недоразумение разъяснилось, вам нечего опасаться за свою честь. За жизнь тоже, потому как я сыт.

— И успели прогуляться после ужина?

Преодолев страх и робость, опустилась в соседнее кресло. От подсчета собственного пульса воздержалась: там явно под двести.

Снежинки в темных волосах Элефа до сих пор не растаяли. Старалась не смотреть на них, чтобы не возник соблазн стряхнуть. Ты бы еще тигру в клетку руку сунула!

— Можете потрогать.

— Что?

На мгновение оторопела.

— Не знаю, что такого вы нашли в моих волосах, — Элеф улыбнулся, — но вам хочется их коснуться: вы неосознанно кусаете губы, ваши пальцы подрагивают, глаза косятся.

— Не более чем ваши.

Вот еще, не стану я его трогать!

— Вы давно на мне дыру прожгли — так-то я вам абсолютно безразлична, — постаралась спародировать его тон.

— Смелая вы девушка! — покачал головой Элеф. — Я все же вампир. Но мне нравятся подобные особы. До зубной боли надоели трусихи, подлизы и мямли. Вы готовы постоять за себя, совершенно равнодушны к деньгам и титулам, даже к перспективе стать королевой.

— Можно подумать, я стала бы править! Вся власть у мужа, мой удел — рожать детей, терпеть и не мешать забавляться с любовницами. Сомнительная перспектива! Даже если бы меня допустили до государственных дел, это такая ответственность! Дилетант на троне хуже обезьяны с… факелом. Спасибо, милорд, как-нибудь обойдусь.

— Вам милее ваша старая тихая жизнь?

Он развернулся ко мне, чуть подался вперед. В нос ударил запах лимонника. Прежде я едва знала о его существовании, так, натыкалась в составе парфюмерных композиций, а теперь научилась отличать от других нот. Неброский, в меру кислый, нестандартный. Отчего-то наши мужчины почти под копирку предпочитали акватические и хвойные ноты. Восточные обливались удушливой сладостью. Элеф был ни то, ни другое. Особенный.

— Да. Все познается в сравнении.

Оправила лиф платья. Элеф отзеркалил мое движение, коснувшись ворота рубашки. И, как ошпаренный, быстро убрал руку, чуть ли не вдавил в колено.

— Я постараюсь сделать ваше прибывание здесь менее тягостным. Надеюсь, в самом скором времени вы упорхнете ко двору. Там вас ждут балы, веселье, поклонники… Вы отказались ужинать со мной. Почему?

— По-моему, ответ очевиден.

Славно — теперь я намываю локон на палец! А он смотрит… Стоп, какое мне дело, пусть себе глядит.

— Хорошо, а как насчет партии в шахматы? Напитков во время нее не подают. Или, если угодно, я мог бы обсудить с вами прочитанное. Уверен, многое в нашей истории вам непонятно. Или помочь в составлении писем. Знаю, вы испытываете некоторые трудности…

— Желаете побыстрее сбыть меня с рук?

— Нет. Этим вы окажете мне услугу.

— Отвлеку от мыслей о брате? — догадалась я.

Отсюда и конные прогулки над пропастью.

Элеф не ответил, хотя и так понятно.

Наконец принесли книгу, но читать ее у обоих пропала охота. Ненужный томик Овсянниковой лежал на столе. Рядом со вторым, о ядах.

— Что-нибудь выпьете? — на правах хозяина замка спохватился Элеф.

— Разве только чаю, — рассеянно