Мой клыкастый лорд - Ольга Викторовна Романовская

— От него? — осторожным шепотом спросила она.

Мастерски ушла от ответа:

— Записки нет.

— И вчера тоже, — сменив гнев на милость, служанка смотрела уже с лукавой улыбкой. — Стоит мне отвернуться, чтобы вас переодеть, как цветы появляются.

И каждый день разные.

Чтобы скрыть обуявшее меня волнение, усмехнулась:

— Полагаешь, наш хозяин пробирается в спальню через печную трубу и тайком подсматривает за мной?

— Я бы на его месте подсмотрела, а то будто и не мужчина вовсе. Такой вежливый, предупредительный… Или он целиком мертвый?

— Присси!

От подобных намеков Абигаль бы упала в обморок, я же ограничилась тем, что запустила в служанку туфлю.

— И все у него есть, цельная любовница. — Которой Элеф дал отставку накануне отъезда, что ничуть не вредило его репутации. — Просто у него брат… Ты бы глазки мужчинам строила, если бы твоему брату грозила смертная казнь?

Странное я существо — бросилась защищать Элефа. Вампира, тюремщика! Тут и до Стокгольмского синдрома недалеко.

Присси призадумалась, почесала шею.

— Ну, ежели правильно глазки строить, можно и спасти. А ежели рядом такая госпожа, как вы, то о брате забудешь.

Она честно пыталась смолчать, даже закусила нижнюю губу, но поселившиеся в глазах бесенята подтолкнули Присси спросить:

— А правда, что у него нет тени, сердце не бьется, а от самого пахнет мертвечиной?

— Присси!

Вслед за первой в служанку полетела вторая туфля. Самое обидное, ни одна в нее не попала, а я стояла на холодном полу в одних чулках, как дура! Еще и с цветами в руках.

— Мне надоели твои намеки! — Шумно выдохнув, поставила примулы в вазу. — Они… оскорбительны!

Для кого, уточнять не стала: сама не решила.

— Что хотите со мной делайте, а его к вам тянет. Аж подрагивает всем своим темным существом, когда вы рядом.

Пожала плечами:

— Еда же.

— Еда для него я, а вы… Уж попросите милорда, чтобы обычным путем цветы приносили, а то я пугаюсь.

— Прямо сейчас и сделаю, только туфли подай.

Если прежде я скрывалась от Элефа, то теперь сбежала от Присси. Сто раз успела пожалеть, что вняла слезным просьбам, не отправила на этаж для слуг. Сначала она казалась союзницей, этакой наперсницей, а теперь ее глупая трескотня действовала на нервы.

Вырвавшись на свободу, как своему, кивнула лакею, дежурившему у дверей.

Куда же направиться? Немного свежего воздуха мне не повредит, а потом можно и в библиотеку.

Признаться, втайне я надеялась повстречать Элефа, даже прихватила полученное вчера письмо как предлог, чтобы заговорить с ним. Отчего-то казалось, вампир обижен, не стоит приближаться к нему просто так.

Содержание письма отца Абигаль не удивило. Герцог Альбрехт Тешинский обещал скорейшее освобождение — якобы переговоры с вампирами уже во всю велись.

Особого упоминания удостоился жених. Герцогу Унгерскому наверняка икалось от выражений, которые употребил в его адрес несостоявшийся тесть. Мне, как девице, ни читать, ни слышать их не полагалось, поэтому «отец» ограничился осуждением недостойного и заверил, что примет все необходимые меры, чтобы я не вернулась домой опозоренной.

Последний абзац и вовсе удивил. Герцог Тешинский писал, что моей судьбой заинтересовалась королева Вратии, со дня на день надлежало ждать ее парламентеров. А в конце… Глазам своим не поверила, но нет, черным по белому: «И на всякий случай, дочь моя, будь поласковее с семейством Тимерусов. Понимаю, это противно человеческому разуму, но иногда приходится заключать подобные союзы. Лучше худой брак с равным, чем никакого. Крепись, положись на Создателя и береги девичью честь!»

Вот тебе и Присси! Я-то думала, только в ее мозгу могут родиться подобные фантазии. С другой стороны, ничего необычного, обычный холодный расчет. Почему бы ради мира с вампирами не принести в жертву свою дочь? Прежние помолвки Абигаль тоже заключались не по любви, долговечность союза, возраст жениха, симпатия к нему невесты не учитывались. Почему бы не попытаться пристроить меня за князя — не сомневаюсь, герцог Тешинский не стал бы размениваться на его родственников.

Попыталась представить себя рядом с Лордом — бросило в холодный пот. С тем же успехом можно на алтаре распять. Да и зачем ему человеческая жена? Так что успокойся, не возьмет он тебя замуж. Но успокоиться не получалось. Ладони зудели от желания поделиться письмом, последить за реакцией Элефа. Зачем, сама до конца не понимала. Женщина — нелогичное существо!

«Ты просто хочешь его увидеть», — озвучила неудобную правду.

Да, хочу, и за цветы поблагодарить тоже.

Погруженная в свои мысли, не сразу поняла, что свернула не туда. И охранник не остановил, куда-то подевался. Растерянно огляделась. Лестница. Не парадная, черная, скупо освещенная единственным факелом. Ступеньки уводили вниз, в темноту, откуда слышались приглушенные голоса.

На краткий миг поколебалась и сделала шаг. Подумаешь, попаду на кухню. То, что она вампирская, во внимание не приняла, а зря! Как и о то, что внизу может оказаться вовсе не кухня.

Закручиваясь вокруг центрального столба, ступеньки уводили под землю: поняла это по тому, как вдруг резко похолодало. По лестнице гулял ветерок — сквозняк. Пламя факела наверху превратилось в яркую оранжевую точку, опасливо колыхалось.

Упершись ладонью во влажные камни стены, замерла, прислушиваясь. Голоса, куда подевались голоса, почему все смокло? Атмосфера как в триллере, не хватает только маньяка с топором! И он появился, возник на пару ступенек ниже меня с перепачканным кровью лицом.

Характерный металлический запах заполнил пространство.

Оставшийся в полутени маньяк замер. Красные глаза прожигали насквозь. Мне бы побежать, но ноги приросли к полу. Когда маньяк потянулся ко мне, даже закричать не смогла.

А потом щелчок узнавания — Элеф.

Господи, какая же я дура, он же велел не спускаться вниз, теперь я поняла почему. Уж лучше бы маньяк! Там, внизу, люди. И замолчали они потому, что их убили, обескровили.

— Не приближайтесь!

Мои взмахи руками — что копье против ветряной мельницы. Но что я еще могла, загнанная в угол, прижатая к стене. Типичная тупенькая героиня, над которыми я прежде смеялась.

— Мама!

Когда Элеф наклонился ко мне, закрыла лицо руками. Заодно и шею прикрыла. Однако завершать обед мной вампир не собирался.

— Я же предупреждал! — с укором напомнил он и осторожно отнял руки от моего лица. — О, женщины, имя вам любопытство!

— Н-н-не надо! — пискнула я, гипнотизируя взглядом его клыки. — Я никому не