Мой клыкастый лорд - Ольга Викторовна Романовская

— Да о чем говорить-то, если секрета нет? — устало вздохнул Элеф. — Просто обычно я не появляюсь перед людьми в таком виде. И кормление проходит иначе. У того мужчины оказались плохие вены.

— Избавьте меня от подробностей! — взвизгнула я.

— Я и хотел избавить, вы сами сюда спустились.

— Я думала… Я вовсе не думала, — это куда ближе к истине.

Пульс постепенно выровнялся, хотя по-прежнему превышал норму, глаза привыкли к полумраку. Все оказалось не так страшно, как пригрезилось сначала. Да, подбородок и рот Элефа в крови, чуть запачкан ворот рубашки. С другой стороны, в крови же, а не в томатном соке!

— Мне лучше умыться и сменить одежду, пока вы не упали в обморок. Идемте!

Элеф потянул наверх, но я заартачилась:

— Нет, я хочу взглянуть на них, тех, чью кровь вы пьете.

Чтобы избавиться от глупых романтических иллюзий, с некоторых пор поселившихся в моей голове.

— Хорошо, — с видимой неохотой согласился Элеф.

Крепко сжимая мою руку, он вел меня по длинному коридору без единого окна.

— Собственно, — глядя строго перед собой, монотонно объяснял Элеф, — кормильцы делятся на два типа: принудительные и добровольные. Первые — пленные, различные преступники из числа людей. Вторые получают за кровь деньги. С ними подписывается особый контракт, по которому я обязан кормить и поить их, заботиться об их семьях во время пребывания в замке. В кладовых так же хранится запас крови животных. Годятся далеко не все, в подробности вдаваться не стану. Обычно оба вида крови смешивают.

— Зачем? — мужественно борясь с подступавшей к горлу тошнотой, спросила я.

— Чтобы меньше тревожить людей, щадить их здоровье. Иные не знают меры, ради щедрой оплаты готовы себя почти полностью обескровить. Я запрещаю, однако, увы, еды мне меньше не требуется. Порой я и вовсе разбавляю кровь различными отварами.

— А сколько вам нужно?

Элеф остановился и, положив обе руки мне на плечи, с уважением произнес:

— Какая же вы смелая!

Отвела взгляд.

— Да уж! Говорю, чтобы с содержимым желудка не расстаться.

— Другие бы давно расстались, поэтому я восхищен вашей силой духа.

Сделав паузу, он с надеждой на отрицательный ответ уточнил:

— Все еще хотите взглянуть? С ним сейчас лекарь, обрабатывает рану.

— На шее?

Непроизвольно коснулась собственного горла.

— На запястье. Сразу видно, — снисходительно улыбнулся Элеф, — вы ничего не смыслите в кровотоке. Нужно, чтобы вены близко подходили к коже, не мешали кости, мышцы…

Не дослушав, привалилась к стеночке.

Ох, меня сейчас вырвет!

— Леман, — придерживая, чтобы не упала, крикнул в пустоту Элеф, — быстро принеси лимонной воды и мятного масла! А еще мокрое полотенце.

Очертания лица вампира стали расплываться, потолок и пол поменялись местами, и я рухнула в объятия Элефа. «Как в романе!» — пронеслось в голове перед тем, как сознание отключилось.

Я пришла в себя на низком топчане в помещении, напоминавшем медкабинет. Какие-то склянки, пробирки… и кусок предка местной ваты, который мне упорно совали под нос. Его пропитали чем-то едким. Нашатырем? Вряд ли, его еще не изобрели, но воняло столь же гадко.

— Очнулась! — констатировал пока невидимый обладатель руки с ваткой. — Очнулась, милорд!

Сколько радости-то, будто из мертвых воскресла.

— Это с непривычки, я тоже сперва вида собственной крови боялся, а потом ничего, — ободрил второй мужчина.

Вот его я видела четко: стоит возле открытой двери с перебинтованным запястьем, улыбается.

— А тебе кто разрешил вставать? — накинулся на него лекарь. — Ну-ка брысь, после процедуры кормления положено лежать.

— Так я, это, помочь хотел.

Донор попятился, втянул голову в плечи. Вполне себе живой, довольный, только кожа бледновата. Одет тоже не в рубище, не хуже капитана, который сопровождал меня в поездке. Вот тебе и жертва вампиров!

— Выздоравливайте, барышня! — подмигнул он мне на прощание и скрылся из виду.

— Хвала предкам, как вы меня напугали!

Свято место пусто не бывает — на сцене, то есть в комнате, объявился Элеф. Умытый, в свежей рубашке и со стаканом мутной зеленой жидкости в руках. Он обменялся взглядом с лекарем.

— Думаю, не нужно, милорд, — указав на стакан, покачал головой тот.

— Для моего спокойствия. Она ведь человек, существо хрупкое.

— Понимаю!

Судя по улыбке, лекарь понял что-то другое, только ему известное. Он отошел, уступив место возле меня Элефу.

— До дна!

Строго зыркнув, вампир приподнял мою голову и заставил выпить горькую жидкость.

— Какая гадость! — закашлявшись, прохрипела я.

— А не будете в следующий раз ходить туда, куда не просят! — насупив брови, неожиданно рявкнул Элеф и тут же привычным спокойным, вежливым тоном предложил: — Прогуляемся? Свежий воздух вам не повредит.

***

Стоя на открытой галерее, напряженно наблюдала за темной фигурой, словно неприкаянная душа, бродившей по занесенному снегом саду. Его выпало много: вчера на замок обрушился самый настоящий буран. Ветер завывал в трубах так, что даже я, дитя двадцать первого века, дрожала в постели, опасаясь, что из дымохода вылезет нечто и унесет в местную преисподнюю.

Сегодня ветер стих, снег тоже падал лениво, красиво, как в Рождество.

Наконец решившись, сделала шаг. Ноги тут же утонули в снегу, юбки намокли. Как же тяжело зимой барышням в местных нарядах!

Мне хотелось сбежать, укрыться рядом с трещоткой-Присси, но я заставляла себя идти. Самое страшное ты видела, вдобавок он так о тебе беспокоился, поэтому и сорвался. А еще испугался, что я не захочу больше его видеть. Так почти и вышло — всю дорогу я отводила глаза. Потом притворилась, что хочу поправить сползший чулок, задержалась на галерее. В итоге Элеф битых полчаса в одиночестве бродил по дорожкам, а я наблюдала за ним с безопасного расстояния. Хватит!

— Вы что-то хотели?

Ойкнула, когда Элеф обернулся, посмотрел на меня. Совсем забыла, что у вампиров чрезвычайно чуткий слух.

— Нет. То есть да. Точнее, это вы чего-то хотели от меня.

Сконфуженно переминалась с ноги на ногу, чувствуя, как постепенно набухает, напитывается влагой непредназначенные для такой погоды туфельки. Сама виновата, могла бы переобуться.

Элеф не ответил, остановился возле оранжереи. Расценив его поведение как приглашение к разговору, осторожно приблизилась.

Что-то моего охранника не видно! Или ему не дозволяется слоняться рядом во время прогулок хозяина? Хотя, если честно, движения Элефа больше напоминали метания