Искренне. Безумно. Навсегда - Л. Дж. Шэн

у меня трудности со сном. – Она обхватила себя руками. Ветер развевал ее волосы с розовыми кончиками, а щеки окрасились в похожий оттенок. Ее вид мигом привел меня в чувство. Она же только что потеряла отца. – Мне нужна компания. Человек, с которым можно поговорить, отвлечься от мыслей.

– Могу отвезти тебя к Дилан. – Я почувствовал, как раздуваются ноздри.

– Дилан нужно отдыхать.

– Ты могла поговорить со мной.

Ну серьезно! Падать. Ниже. Нельзя.

– Иногда хочется поболтать с тем, кто не хмурится и не отчитывает меня.

– Тогда уточняй в следующий раз. Я не умею читать мысли, мать твою.

– Неужели? Ну, тогда не буду вынуждать тебя гадать. Хочу, чтобы ты ушел. Сейчас же.

Уголки ее красных губ приподнялись, и она смахнула с моего плеча невидимую пушинку. Прикосновение было недолгим, но его хватило, чтобы я чуть не зашипел от порочного желания.

Она. Сама. Прикоснулась. Ко мне. Калла никогда не прикасалась к мужчинам. Мне потребовалось время, чтобы понять это. Кэл скрывала это за неумелой ложью о том, что встречается со всеми подряд.

– Я в порядке, клянусь. Киран меня не обидит. – Она опустила подбородок и уверенно посмотрела на меня. Но ее взгляд говорил об обратном. Ее взгляд просил меня остаться. Бороться. Твердил, что она вовсе не чувствует себя в безопасности.

«Ее взгляд или твои иллюзии?» – прозвучал в голове голос Райленда.

– Я могу остаться…

– Роу, иди.

Мне не хотелось оставлять ее с Кираном. Не хотелось, чтобы они вновь наладили контакт, смеялись, болтали. Но, похоже, выбора у меня не было. И еще кое-что меня злило. Эта дурацкая надежда, что Киран поднимет ей настроение.

Резко вдохнув, я развернулся и, не прощаясь, ушел с ее крыльца.

– Заедешь за мной завтра? – окликнула Кэл.

Я шел к пикапу, не оглядываясь, и крикнул:

– Если будешь у Дилан. Мамин дом мне по пути.

Это было не так, но я хватался за остатки самоуважения, как за край Эвереста. Кэл в городе меньше недели, а я уже взял ее на работу и возил всюду, как таксист. Пора нам отдаляться.

Я открыл дверь, сел и завел машину, включив дворники, чтобы содрать с лобового стекла тонкую корку льда.

– Эй, Касабланкас! – Киран громко свистнул, засунув два пальца в рот, и помахал мне. – Осторожнее на дороге, приятель!

Я продемонстрировал ему средний палец и отъехал. Завернул за угол и остановился перед незнакомым домом, сжимая руль и расстроенно ворча. А потом уткнулся лбом в клаксон и издал затяжной гудок. Вытащил пачку и выкурил четыре сигареты подряд, пока у меня не закружилась голова.

Кэл вернулась, как и мое увлечение ею.

Официально: я в полной заднице.

Глава 19

Роу

McMonster: Ты говорила, что работаешь официанткой.

oBITCHuary: Ага.

McMonster: Как тебе удается работать с мужчинами?

oBITCHuary: Чаще всего я боюсь мужчин в приватной обстановке. Например, когда оказываюсь с ними в лифте (чего не бывает, я всегда выхожу) или когда иду одна по улице. Когда в помещении много людей, я почти уверена, что никто на меня не набросится. Вот почему я предложила выпить кофе. Если мы встретимся в «Старбаксе», то, скорее всего, я не сбегу.

McMonster: Скорее всего? То есть такое все же может случиться?

oBITCHuary: Эй, все возможно, пока не докажешь, что ты не псих и не наркобарон.

McMonster: Отлично, женщина с высокими стандартами.

McMonster: Ты экстраверт?

oBITCHuary: Думаю, многие бы приняли меня за экстраверта, потому что я веселая и жизнерадостная. Но… я просто пытаюсь всем угодить. Есть разница.

McMonster: И в чем она заключается?

oBITCHuary: Я кажусь веселой и счастливой, потому что желаю поднять остальным настроение, а вовсе не потому, что мне хорошо. Просто показываю им ту oBITCHuary, которую они хотят видеть.

McMonster: Умный человек хотел бы видеть настоящую oBITC-Huary. Нет лучшей версии тебя, чем ты настоящая.

oBITCHuary: Оу-у, ты нашел это в предсказании из печенья?

McMonster: Паршивка.

McMonster: Итак.

oBITCHuary: Ита-а-ак?

McMonster: Мне нужно кое-что тебе сказать.

oBITCHuary: А?

oBITCHuary: Ты серийный убийца? Потому что это станет замечательным материалом для моего подкаста и ужасным опытом для нашей дружбы. А, и забудь о встрече, которую я запланировала для нас, когда вернусь в Нью-Йорк.

McMonster: Я не серийный убийца.

oBITCHuary: От того, что ты скажешь, ты станешь мне меньше нравиться?

McMonster: 100 %.

oBITCHuary: Тогда не говори.

McMonster:?

oBITCHuary: Серьезно, не надо. Мне не нравятся мужчины. Я хочу, чтобы ты и дальше нравился мне. Пожалуйста, не рушь мою идиллию. Я чувствую, что ты помогаешь мне достигнуть успехов. Я не хочу этого лишиться.

McMonster: Я не вру людям.

oBITCHuary: Ну и мне ты не врешь. Просто утаиваешь информацию, которая меня не интересует. Есть разница.

McMonster: Нет, ее нет.

oBITCHuary: Ну, а я лгунья. Так что, знаешь, давай пойдем на компромисс.

Глава 20

Кэл

McMonster: Хорошая ночь?

oBITCHuary: Хм, не помню, чтобы ты писал мне посреди ночи. А у тебя хорошая?

McMonster: На самом деле у меня творится полный цирк.

oBITCHuary: Чем-то могу помочь?

McMonster: Да. Просто разреши сказать тебе то, чем я хочу поделиться.

oBITCHuary: Помимо этого. Я правда хочу остаться друзьями. У меня их немного. И я все еще на испытательном сроке у лучшей подруги детства.

McMonster: Боже, боже, а ты эгоистична, когда хочешь.

oBITCHuary: Только с тобой.

McMonster: Ничего страшного.

oBITCHuary: Почему?

McMonster: Потому что ты единственный человек, с которым я бес корыстен.

Глава 21

Кэл

«Alive» – Pearl Jam

Будильник разбудил меня в шесть утра, заорав в ухо на таких децибелах, что задрожали стены моей фиолетовой спальни. Я шлепнула по нему рукой и застонала в подушку, перекатившись на живот. Вчера я отработала бесконечную смену в «Декарте», а потом сорок минут кряду оплакивала папу в компании Кирана, но все равно не сомкнула глаз. Я была на грани, всю ночь прокручивая в голове свое взаимодействие с одним хмурым татуированным шеф-поваром, который размерами не уступал первобытному животному.

Роу оказался прав. Появление Кирана застало меня врасплох. Я написала ему, что мне очень грустно и тревожно и я не могу уснуть, но не думала, что он заявится ко мне домой. Впрочем, я не