Дочь твоего врага - Эве Лин

— Ты встал? — ко мне сразу же подбегает Венера. — Как ты себя чувствуешь? Все хорошо, ничего не болит? — начала она осыпать меня вопросами.

— Все хорошо, не переживайте, просто что-то есть хочется, — улыбаюсь я, и в подтверждение моих слов мой живот начал урчать. — Извините.

— Ничего страшного, сейчас что-нибудь придумаем, — она начинает суетиться на кухне, а я присаживаюсь за стол. — Сейчас сделаю тебе кашу с ягодами, как раз привезли сегодня свежие!

От представления этого блюда на вкус у меня натуральным образом потекли слюни.

— Мм… звучит замечательно!

Венера начинает готовить, а я сижу и смотрю на ее действия, а потом перевожу взгляд на окно, откуда льется теплый солнечный свет.

— Ты так перепугала нас, Ариночка, — начинает женщина. — После того, как мы узнали, что тебя похитили, Клим поставил всех своих людей на уши. Сказал перерыть землю, но найти тебя. Уф… было страшно. Но главное, мы нашли тебя!

— Прямо искал? — цепляюсь я за то, что она сказала. От осознания того, что Клим приказал своим людям искать меня, становится приятно.

— Да! Он был очень зол, я никогда его таким не видела, — качает она головой. — Сказал, что уволит всех, если не найдут тебя в течение двадцати четырех часов.

— Они успели, у него явно работают профессионалы, — улыбаюсь я, на душе спокойно, и даже вчерашние события не так страшны, а то, что сказал Венера… Клим соврал мне, сказав, что я для него никто, теперь я это точно знаю.

— Хорошо, что тебя наши быстро, хотя все равно досталось, да? — она кивает на мои руки.

— Это не самое страшное, — уверяю ее я.

— Клим приказал, чтобы я позвонила доктору, когда ты проснешься, тебя надо осмотреть.

— Не нужно, только царапины и синяки, — машу ей рукой, я и правда не чувствую себя так ужасно, как вчера.

— Арина, это ж Клим, — женщина тоже улыбается и подмигивает. — Его приказы не обсуждаются, поэтому я уже звоню доктору.

Женщина так и делает, оставляя меня одну.

Через несколько минут она приходит обратно, сообщая, что доктор выехал.

— Думаю, через минут сорок будет тут.

— Отлично, успею поесть, — поглядываю на кастрюлю с кашей.

— Конечно, успеешь, — Венера помешивает кашу. — Тебе не нужно поменять бинт? — спрашивает она.

— Нет, думаю, скоро сниму их, Клим вчера мне помог, — отвечаю я и невольно краснею, вспоминая, что было после этого.

— Прости, что вчера не пришла к тебе. Слишком перенервничала и выпила таблетку, как итог — спала беспробудным сном, — вздыхает она.

— Ничего страшного, Клим сам помог мне.

— Это хорошо…

Венера ставит передо мной тарелку, и я с наслаждением набрасываюсь на еду. Как же это прекрасно!

После этого ко мне приезжает врач. Все тот же мужчина, который приезжал, когда я упала, наверное, он думает, что я какая-то бедовая, раз его вызывают уже второй раз за месяц. Но ничего такого, он просто осматривает меня. Как я и думала, ничего страшного нет, нужно купить заживляющую мазь ну и, конечно, полный покой. И время. Этого у меня, кстати, было предостаточно.

Я так и делала, больше отдыхала и наслаждалась теплыми деньками. В университете я тоже появлялась, я итак много пропустила, поэтому не хотелось потом опять догонять других. Кстати, Дмитрий Эдуардович больше не преподавал у нас. Официальная версия была такой, что он взял длительный отпуск и неизвестно, когда вернётся. Но слухи ходили совсем другие. Что его сильно избили местные хулиганы, и сейчас он лежит в больнице со множественными травмами. Я не хотела в это верить, но что-то подсказывало, что это была истинная правда. Надеюсь, ничего похуже.

Однако мне было его совсем не жаль. Слишком больно осознавать, что человек, которому ты верил, предал тебя и послал на верную смерть.

Клим после той ночи не избегал меня, но и не говорил на эту тему. Я решила больше не спрашивать у него насчет того раза. Но внутри меня все так же живет маленькая девочка, которая жадно ждет его слов, объясняющих тот его поступок. Которая сильно обидится, если он снова скажет, что это была ошибка. Потому что это не ошибка, и я это чувствую.

В один из дней он пишет мне смс, которая немного пугает. Но одновременно радует то, что он вообще написал.

«Будь готова к восьми, одень что-нибудь удобное». И все, больше ничего. Что он хочет, что задумал? Слишком много вопросов, но я понимаю, что мне нужно подождать, чтобы получить ответы.

Начинаю собираться ближе к вечеру, до этого делаю задания по предметам, чтобы хоть как-то занять себя и секундная стрелка шла быстрее. Она, как назло, ползет. Но вот настал момент, когда нужно собираться.

Решаю надеть удобные темные джинсы и серую футболку с кожаной курткой, на ноги кроссовки. Более удобного варианта я не нашла. Распускаю волосы и они ложатся красивой волной на мои плечи. Смотрю в окно, машина Клима уже тут, пора выходить.

Спускаюсь, в доме его нет, он стоит рядом с одной из своих машин. Подхожу.

Клим уже переоделся, теперь он не в солидном костюме, как возвращается всегда. А в кожаной потертой куртке, черной футболке, которая очень красиво контрастирует с его светлой кожей и волосами.

Клим тоже смотрит на меня, и от его взгляда по моему позвоночнику начинают бегать мурашки. Жадный, горячий, там, в омуте его глаз есть что-то порочное, обещающее, что неведомо мне, но я хочу это узнать.

— Куда мы едем? — первая спрашиваю его, голос получается хриплым.

— Сегодня открывается мото-сезон, хочу съездить посмотреть, надеюсь, не против?

— Конечно, нет! Никогда не была на таких мероприятиях.

Клим открывает передо мной дверь своего спорткара. Сегодня он пересел на другую машину, ни чуть не уступающую своему хозяину по внешнему лоску.

— Ты будешь участвовать? — спрашиваю, когда мы выезжаем, по сути я мало знаю про его увлечения.

— Нет, но возможно в следующий раз, — отвечает он, уверенно крутя руль.

Само место открытия находится почти за городом, точнее сказать во въезде в город. Здесь уже скопилось много народу, тут и там играет музыка, слышен смех и разговоры. Клим останавливает поодаль. Выходим.

— Держись меня, — бросает он мне, когда мы идем в толпу.

Народу много, некоторые знают Клима, поэтому радостно здороваются. Стою рядом и улыбаюсь, не знала, что у Клима есть друзья в этой сфере. Люди разговаривают с ним так, словно не боятся, хотя, возможно, они не знают его другую сторону.

Краем глаза