Мрачное долго и счастливо - Ч. Л. Квам

— Торрен. Торрен!

По залу разносится звон разбитого стекла. Я цепляюсь за своего рыцаря и в ужасе застываю, когда все гости один за другим падают на пол.

Дыхание сбивается. Я оглядываюсь, ничего не понимая.

Удерживать Торрена становится слишком тяжело, и я осторожно опускаюсь вместе с ним на пол. Беру его лицо в ладони. Глаза закрыты. Я касаюсь его шеи: пульс бьётся. Прижимаюсь ухом к груди: сердце бьётся ровно.

Он… спит.

Я отстраняюсь, встаю и оборачиваюсь, оглядывая безмолвный бальный зал.

— Что происходит? — шепчу я.

Раздаются хлопки, и я вздрагиваю.

У входа скользят тёмные тени. Они расступаются, и появляется принц Палейны со злобным взглядом и убийственной улыбкой.

— Привет, любимая, — с отвращением тянет Иван.

Он призывает куда больше силы. По краям иллюзии тени дёргаются и всё хуже его слушаются.

Но ближайшие к нему люди начинают что-то бормотать и беспокойно дёргаться. Боль искажает их лица, и я ахаю.

Я стискиваю кулаки.

— Прекрати, Иван!

Он отмахивается.

— Разве это не забота — оплести магией каждый кубок и усыпить всех? Разве не забота — заменить вино сидром, чтобы я точно знал, что ты его не выпьешь, и мы наконец смогли поговорить? — Он морщит нос. — Наконец поставить точку.

Летум меня побери за то, что я рассказала ему об аллергии.

— Что ты хотел сказать? — требую я.

— Разве ты не знаешь?

— Нет.

— Тебе совсем плевать, каково это — потерять человека, который был для тебя воздухом?

Он делает шаг ко мне, и я заслоняю Торрена собой.

Иван приподнимает брови, заметив, как я защищаю своего рыцаря. В его взгляде вспыхивает злоба. Он делает руками круговое движение, и тени окружают Торрена, обвиваясь вокруг горла.

Торрен дёргается во сне, задыхаясь.

Я тянусь к своей силе. Она мгновенно бросается вперёд: нити вспыхивают и срывают тени с горла Торрена. Но мой бывший не останавливается. Тут же обрушивает магию на другого человека, и я взмахом кисти отбиваю атаку.

Я тяжело дышу.

— Отмени всё, что ты с ними сделал, пока не пожалел.

— Что, тебе не нравятся мои примеры? — Он хмурится. — Похоже, тебе самой надо это прочувствовать.

Иван резко выбрасывает руку в мою сторону.

Я отскакиваю, ухожу от удара и поднимаю невидимый щит.

Он швыряет ещё одну тень — я отбиваю.

Его лицо становится серьёзным. Он собирает тьму и одну за другой бросает в меня её волны.

Я бросаюсь в сторону и спотыкаюсь о чьё-то тело. Этой секунды хватает: магия Ивана отбрасывает меня. Я перекатываюсь по полу и едва ухожу от следующего удара.

Юбки путаются между ног, корона слетает с головы и с лязгом падает рядом. Тени обвивают знак моей новой роли, символ моего королевства. Я потрясённо смотрю, как тиара плавится, а драгоценные камни вылетают из оправы.

Иван приближается. Я вскакиваю и поднимаю иллюзорный барьер. Он останавливается с презрительной усмешкой.

— От меня не спрячешься.

Я призываю новый морок и создаю свои копии, пока его тени рвут преграду. Иван широко раскрывает глаза и переводит взгляд с одной Асты на другую: теперь перед ним их десять.

Он делает именно то, чего я ждала, — разводит руки и направляет тьму сразу во все стороны.

Чтобы обратить его силу против него, я позволяю теням накрыть себя, а затем создаю ещё несколько копий. Они выстраиваются в ряд, я становлюсь с краю и делаю лицо таким же бесстрастным, как у них. Мы ждём.

Его магия рассеивается, и Иван от потрясения пошатывается.

Он рычит и наносит ещё один удар. Раздражение растёт, а я вытягиваю всё новые нити иллюзии. Мои копии смыкаются вокруг него кольцом. Иван замирает и вертится, оглядывая каждую.

— Ты и правда хорошо меня знаешь, Аста. Убить тебя не один раз будет особенно приятно.

Он поднимает руку.

Пока он стоит ко мне спиной, я дёргаю за нити силы. Возникает невидимая стена, защищающая меня и моих двойников. Я замыкаю барьер и превращаю его стены в односторонние зеркала.

Иван пошатывается. Его тени отскакивают от бесчисленных отражений.

Пока он отвлечён, я растворяю копии и вливаю всю силу в барьер.

Иван мрачнеет, обдумывая следующий ход. Сжимает кулак и бьёт по иллюзорной стене.

Но моя магия не поддаётся. Я пользуюсь шансом. На мой зов откликается глубокий источник силы, и на этот раз слова приходят легче.

Слова, чтобы остановить Ивана — спасти Тора — спасти всех.

Слова, чтобы спасти себя.

Глава 7

ПОДЧИНЯЯ СУДЬБУ

Иван ругается, и голос у него меняется.

— Прятаться — не значит сражаться, Аста.

Я накрываю созданную зеркальную клетку ещё одним мороком, не позволяя его магии вырваться наружу.

Под кожей кипит ярость. Хочется убить его и покончить со всем раз и навсегда.

Он заслуживает смерти. Заслуживает гнить в Забвении под пытками Летума.

Но в памяти всплывают слова Тора, сказанные, когда всё только начинало рушиться.

Это подвергнет тебя опасности. Тебе могут грозить серьёзные последствия и со стороны других королевств, и со стороны Творцов… Ты лучше него.

Я гашу желание убить Ивана и смотрю на неподвижные тела вокруг.

Дворяне, слуги, стража, королевские особы. Всё ещё спят. Всё ещё под чужим контролем.

Я смотрю на Тора.

Мой Тор.

Мне нужно спасти его. Спасти их всех. И сделать так, чтобы Иван больше никогда не смог разрушить мою жизнь.

Слова, Аста. Оберни всё против него. Прокляни в ответ.

Дар довольно гудит внутри и тянется глубже, к самому тёмному источнику силы.

Стань лучшей правительницей.

Я очищаю разум, собираю буквы и складываю их в слова. Фразы сплетаются одна с другой, и я приоткрываю зеркальную клетку Ивана, произнося заклинание нараспев:

— Сила Ивана, что здесь разлилась,

пусть хватку ослабит и прочь отступит…

— Какого хуя?

Тени отступают от Ивана.

Магия требует продолжения, и проклятие разносится эхом:

— Пусть безмолвие спящих сейчас оборвётся,

а Иван ради собственного блага покинет этот замок…

— Что ты делаешь?! — ревёт Иван.

Но его сила подчиняется моему приказу, и я зло улыбаюсь.

— Нога Ивана больше не ступит в мои владения,

а появление его встретят иллюзорные цепи заточения.

— Ты не можешь стереть меня! Не можешь запретить мне называть тебя своей!

От его заявления я замираю.

Бездна ненависти и боли подпитывает мою ярость. Я меняю зеркальную клетку так, чтобы Иван снова мог меня видеть.

— Я никогда не была твоей! — шиплю я. — Ты использовал на мне