Причина и следствие - Пайпер Рейн

Мертвая тишина.

— Кенз? — Я на мгновение отодвигаю телефон, чтобы убедиться, что связь не прервалась, но нет, мы все еще на связи. Я возвращаю телефон к уху.

— У меня было предчувствие, что это случится, — говорит она.

— Что?

— Можно спросить, почему, когда ты добралась до Портленда после задержек в несколько дней, ты не позвонила Картеру сразу? Он же вся причина, по которой ты туда поехала. Вместо этого ты решила пойти за покупками с этим Трэ?

Я знаю ответ, но признаться в нем вслух означало бы сделать его реальным, и если то, что, как я думаю, происходит, действительно происходит, то я поставила себя в положение, где могу получить разбитое сердце.

— Да, тебе не обязательно отвечать мне. Я знала это с твоего последнего звонка. — она, должно быть, что-то делает за компьютером, потому что я слышу стук клавиш на фоне.

— Знала что?

— Я не скажу тебе, потому что ты уже и сама знаешь.

Боже, она звучит так же туманно, как та чертова гадалка.

— Откуда ты знаешь, что я знаю? — Мой голос становится громче от защитной реакции.

— Потому что я знаю тебя. Ты не хочешь признавать это самой себе, потому что если признаешь, то это станет реальным. Если ты думаешь, что это часть твоего воображения, то тебя нельзя ранить.

Мои брови сдвигаются от раздражения.

— Ты сейчас решила меня психоанализировать?

Еще стук клавиш.

— Я хочу, чтобы ты подумала о настоящей причине, по которой ты поехала через всю страну к Картеру, — говорит она.

— Потому что я думала, что он тот самый.

— Тот самый или тот самый, о котором говорила гадалка?

— И то, и другое.

— И, может, этот парень, военный, тот, с кем тебе действительно следовало встретиться. Может, он — причина, по которой тебе следовало отправиться на запад.

Я качаю головой.

— Я не могу сейчас думать об этом. Ты путаешь мне голову.

Она вздыхает.

— Ладно, просто сделай мне одолжение. Не отворачивайся от того, что ты чувствуешь. Ты следовала своим инстинктам, чтобы добраться до Портленда. Продолжай следовать тому, что тебе подсказывает твое нутро. Я гарантирую, это ведет тебя правильным путем.

— Это было совсем не полезно. Мне лучше вернуться к столу, пока кто-нибудь из них не пошел меня искать.

— Позвони мне с хорошими новостями, — говорит она, и я слышу улыбку в ее тоне.

— Какими хорошими новостями?

— Когда переспишь с ним. Люблю тебя, пока. — она вешает трубку.

Я смотрю на телефон мгновение, прежде чем убрать его в сумочку. Я выхожу из туалета и иду через ресторан, когда мой взгляд ловит взгляд Трэ. Его глаза светятся облегчением от моего возвращения.

Словно под лучом прожектора, я вижу только его. Бабочки заполняют мой желудок, и мое тело тревожно жаждет снова оказаться рядом с ним. Моя рука хочет, чтобы его рука была в моей. Мои губы хотят, чтобы его губы были на моих.

Я немного спотыкаюсь на ходу, прежде чем прийти в себя, потому что меня осеняет — в какой-то момент за последние четыре дня я сильно в него влюбилась.

Я думаю о том, что сказала Кензи о следовании своей интуиции, пока я втискиваюсь в диван, прижимаясь к Трэ как можно ближе. Он кладет руку мне на бедро, опасно близко к тому месту, где я действительно хочу ощущать его руку.

Боже, это ощущается идеально и правильно, но затем слова, которые он сказал, звонят в моей голове снова и снова: «Я не верю в любовь».

Мое сердце трещит, потому что если я последую своей интуиции, то не стану звонить Картеру после того, как Трэ уедет. Что означает, что я поеду домой одна. Но я лучше буду одна, чем буду искать парня, который не сравнится с тем, кто сидит рядом со мной. Словно он слышит мои мысли, Трэ сжимает мое бедро и улыбается мне так, словно это не игра. Я улыбаюсь в ответ, потому что теперь, по крайней мере, я знаю, как должна ощущаться любовь.

ГЛАВА 21

ТРЭ

— Ты точно не хочешь, чтобы я помогла? — спрашивает Кэлли у ресторана, который, блять, обслуживал нас слишком долго. Я уж думал, мы оттуда никогда не выберемся. Плюс ко всему, я совершил огромную ошибку, поцеловав Тессу, и эта трапеза казалась чертовски вечной. О чем я, блять, думал?

Я знаю, о чем я думал. Я просто умирал от желания узнать, каковы на вкус ее губы, и я использовал хреновый предлог с ее притворством моей девушкой, чтобы сделать это. Было ужасно принуждать ее к этому.

— Нет, мы справимся, — говорю я. Я убираю руку с плеча Тессы и обнимаю Кэлли. — С Рождеством. Было здорово тебя видеть.

— Тебя тоже. — она из тех, кто обнимается так крепко, что дыхание перехватывает. Хотя я это знаю, каждый раз это застает меня врасплох. Она переходит от меня к Тессе и затягивает ее в объятия. — Ты счастливица, большая счастливица, — она смеется. — Смотри в оба, когда доберешься до Климакс-Коу, — она снова смеется, затем отпускает Тессу, будто тряпичную куклу. — Я просто шучу.

— Хороших праздников, если мы больше не увидимся. — Тесса необычайно вежлива.

Наконец, мы еще раз прощаемся, я беру Тессу за руку и поворачиваю ее к торговому центру, пока Кэлли направляется к своей машине, уже закончив с покупками.

— Ну, куда пойдем сначала? Кому будем покупать? — спрашивает Тесса.

Я удивлен, что она не засыпала меня вопросами о Кэлли или, я не знаю... почему я, черт возьми, ее поцеловал.

— Моя сестра самый легкий персонаж для выбора подарка, — говорю я.

Мы заворачиваем за угол, скрываясь из вида Кэлли, и никто из нас не отпускает руку. Нет никакой причины держаться за руки сейчас, кроме той, что мы сами этого хотим. Я знаю, что хочу, а она?

— Что твоя сестра любит? Сколько ей лет? — Тесса заводит нас в какой-то магазин банных принадлежностей и отпускает мою руку, когда берет со стеллажа свечу. — Свечи? — она снимает крышку и сует ее мне под нос.

— Ей двадцать три, и я не особо знаю, что она любит. Я не часто бываю дома.

Видеть, как сильно Тесса хочет быть частью семьи, заставляет меня чувствовать вину за то, что я бросил свою. Я бываю дома не так часто, как следовало бы, и иногда мои отговорки — просто отмазки.