Тени прошлого - Джорджетт Хейер

– У них ничего хорошего не вышло бы. Она бы его раздражала. Значит, милорд бросился на выручку?

– Да, они с Джастином дрались на шпагах. Их остановил Марлинг. Ну и сцена же была! С тех пор они не разговаривают. Черт знает, как это неудобно – мы же выросли вместе с Меривейлом. Марлинг тоже недолюбливает Джастина.

– Подумаешь! – презрительно бросила Леони. – Он, конечно, добрый человек, но скучен до невозможности.

– Ну, знаешь, с Фанни и смог бы жить только здравомыслящий скучный муж.

– Какая у вас странная семья, – заметила Леони. – Все всех ненавидят. Хотя нет, леди Фанни как будто любит монсеньора.

– Дело в том, что у нас была жутко вспыльчивая матушка, – объяснил Руперт. – А отец совсем не был святым. Нечего и удивляться, что мы привыкли собачиться.

Они дошли до конюшни, где Руперт оставил свою лошадь. Он дружелюбно поприветствовал одного из конюхов и пошел посмотреть тех немногих лошадей, которых здесь держал герцог.

К тому времени, когда они вернулись в дом, можно было подумать, что они с Леони знакомы много лет. Руперту страшно понравилась воспитанница брата, и он решил, что поживет у Меривейлов подольше. Девушка, с которой можно было разговаривать так же откровенно, как с товарищем, и которая явно не ожидала, чтобы он стал за ней ухаживать, была для Руперта находкой. Месяц тому назад он был увлечен Джулией Фолкнер и так устал ходить перед ней на задних лапках, что решил впредь избегать женского общества. Но проводить время с Леони, столь непринужденной в обращении и столь необычной, будет очень приятно. Кроме того, она была очень молода, а он до этого влюблялся только в женщин старше себя. И Руперт с удовольствием предвкушал несколько веселых недель, не омраченных страхом, что его завлекут в брачную западню.

Он опять приехал в Эвон-Корт на следующий день, и лакей сообщил ему, что Леони ждет его в картинной галерее. Он направился туда и с изумлением увидел на ней мужской костюм.

– Святый Боже! – воскликнул он. – Что это ты удумала?

Она быстро повернулась и приложила палец к губам.

– Где мадам?

– Кузина Гарриетта? Понятия не имею. Леони, тебе всегда надо носить мужской костюм. Он тебе чертовски идет.

– Я тоже так считаю, – со вздохом сказала она. – Но если мадам узнает, она придет в страшное волнение и скажет, что девушке неприлично надевать мужской костюм. Я захватила с собой шпаги.

– Так мы действительно будем фехтовать, амазонка?

– Ты же согласился.

– Пожалуйста, будь по-твоему. Хотел бы я посмотреть, какую мину состроила бы Джулия!

Леони кивнула – он уже рассказал ей про Джулию.

– Вряд ли я бы ей понравилась, – заметила она. Потом обвела рукой ряды портретов: – Как у вас было много предков. Вот этот ничего. Он немного похож на монсеньора.

– Еще бы – это же Хуго Элистер. Вот был повеса – пробу негде ставить. Но вообще-то все они ужас какая унылая публика. И у всех на лицах презрительная гримаса – точь-в-точь как у Джастина. А погляди-ка на этого. Мой папаша!

Леони поглядела на испитую физиономию Рудольфа Элистера.

– Он мне совсем не нравится, – суровым тоном сказала она.

– Да он никому не нравился. А вот его супруга. Она была, как и ты, француженка. Нет, ты видела когда-нибудь такой рот? Неплохо смотрится. Но фурия была – слов нет.

Леони подошла к портрету, висевшему с края.

– А это монсеньор? – с глубочайшим почтением в голосе спросила она.

– В прошлом году написали. Хорош, правда?

С портрета на них насмешливо смотрели карие глаза из-под приспущенных век.

– Да, очень хороший портрет, – сказала Леони. – Но он не всегда так улыбается. Он, наверно, был в плохом настроении, когда позировал.

– Дьявол, да и только! Конечно, красив, но на лице всегда эта жуткая маска. Не доверяй ему, девочка, – он сам Сатана.

Леони вспыхнула.

– Ничего подобного. Это ты дурак!

– Но это – правда, дорогая. Уж я-то знаю. – Он едва успел заметить, как Леони схватила одну из шпаг. – Эй, что ты вытворяешь?

Больше он сказать ничего не успел и поспешно прикрылся стулом: Леони, явно настроенная по-боевому, с горящими глазами наступала на него со шпагой наизготовку. Руперт смотрел на нее с комичным выражением ужаса. Когда же Леони сделала выпад и чуть не пронзила его, несмотря на стул, он в панике пустился улепетывать от нее по галерее. Леони бежала вслед и загнала его в угол, где он остановился – бежать больше было некуда, – держа перед собой стул.

– Ну, Леони, как так можно! Ты меня чуть не прикончила! Шишечка может и слететь! С ума ты, что ли, сошла, черт тебя побери! Опусти шпагу, бешеная кошка! Опусти сейчас же!

Гнев на лице Леони угас. Она опустила шпагу.

– Я и хотела тебя убить, – спокойно сказала она. – И убью, если будешь говорить такие слова про монсеньора. Ладно, вылезай из угла. Ну и трус же ты!

– Ничего себе! – Руперт с опаской опустил стул. – Убери эту проклятую шпагу, тогда выйду.

Леони посмотрела на него и вдруг расхохоталась. Руперт вышел из угла, приглаживая волосы.

– У тебя был такой смешной вид! – веселилась Леони.

Руперт мрачно посмотрел на нее, не находя слов.

– Я бы с удовольствием проделала это еще раз – чтобы посмотреть, как ты удираешь.

Руперт слабо улыбнулся.

– Нет уж, пожалуйста, не надо! – взмолился он.

– Ладно, не буду, – пообещала Леони. – А ты не говори гадостей про монсеньора.

– Боже упаси! Клянусь! Джастин – святой человек.

– Хватит разговоров – давай займемся фехтованием, – царственным тоном сказала Леони. – Извини, что я тебя напугала.

– Вот еще придумала! Напугала! – высокомерно ответил Руперт.

Глаза Леони весело сверкнули.

– Признайся, что тебе было страшно, – я же видела твое лицо. Как это было смешно…

– Ну ладно, хватит, – оборвал ее Руперт. – Ты захватила меня врасплох.

– Да, это было нехорошо. Извини, пожалуйста, но я очень вспыльчива.

– Это я уже понял, – скривился Руперт.

– Это ведь очень нехорошо, верно? Пожалуйста, извини меня.

Глава 16

Появляется граф де Сен-Вир

Дни незаметно сменяли друг друга, а герцог все не возвращался. Руперт и Леони ездили верхом, фехтовали и ссорились, как дети, а Меривейлы наблюдали это издалека и улыбались.

– Дорогая, – сказал Меривейл супруге, – кого-то она мне напоминает, но кого – убей не могу вспомнить.

– По-моему, я никогда не видела никого на нее похожего, – ответила Дженнифер. – А как было бы славно, если бы она вышла замуж за