Рейварская невеста. Райрин - Рина Сивая

— Это еще не твои воспоминания, райрин, — вырвал из накрывших ощущений понимающий голос. — Пока только чувства, которых тебя лишили.

Кассандра смотрела и не могла поверить, что это – правда. Что вот так просто Зан сделал то, на что у них с магистром Кастэ ушли годы: одним прикосновением, одним поцелуем разрушил барьер в душе леди Райтингем. А демон улыбался одним уголком губ, будто читая все ее мысли и чувства как раскрытую книгу. Будто понимал все, а на самом деле – понимал гораздо больше.

— Постепенно память вернется, — продолжил между тем Зантариз, аккуратно заправляя прядку выбившихся из косы волос за ухо девушке. — Но я помогу со всем разобраться, только позже. Сейчас у нас есть дела. И мы должны позаботиться о Шейне.

Взгляд само собой упал на распростертое рядом тело. Шейна улыбалась – почти так же, как всегда улыбалась Кассандре в детстве. Словно живая.

Слезы вновь полились из глаз, но Касс уверенно стерла их рукавом камзола, усилием воли беря себя в руки. Зан прав, у них много дел. Пожалеть себя она еще успеет.

— Я… — голос не хотел слушаться, звучал хрипло и глухо. Пришлось прокашляться, прежде чем продолжить. — Я хочу ее похоронить.

Шейна была достойна погребальной церемонии по всем правилам: с омовением, усыпальницей и молитвой богам. Касс не могла припомнить, говорила ли ей когда-нибудь кормилица о богах, в которых верила, но вряд ли сейчас это имело значение.

— Мы сложим погребальный костер, — принял самое верное из доступных решений Зантариз, поднимаясь на ноги и утягивая за собой Кассандру. — Если ты не против.

Она лишь покачала головой. Конечно, она не была против. Ей нужна была эта возможность проститься.

Кассандра была уверена, что Зантариз сейчас уйдет, и подсознательно боялась того момента, когда он отпустит ее руки, ведь тогда она останется один на один со своим горем. Но он не сдвинулся с места, лишь подозвал к себе какого-то демона – Касс не расслышала имени, как не расслышала и отданного приказа. Видела краем глаза, как несколько солдат из отряда Зана двинулись в сторону леса, а после вовсе закрыла глаза, позволяя себе вновь прижаться к крепкой груди. Глупо, наивно, неправильно. Но только так становилось легче дышать – когда вокруг лишь запах имбиря и кардамона, а не крови и смерти.

Зан притягивал к себе за плечи, бережно, но крепко. Поглаживал второй рукой по волосам, прижимался щекой к макушке Касс, и это казалось таким правильным. Не нужны были разговоры, взгляды, действия. Этого мгновения было достаточно, чтобы напряжение уходило из каждой клеточки тела, а его место занимало умиротворение. Все верно. Все так и должно быть. Не нужно никуда бежать, не нужно никого искать. Все, что нужно – здесь. В этих руках, в этом стуке сердца, в этом дыхании в унисон.

И впервые за долгие годы вместо холода в груди Кассандры разливалось тепло.

— Теперь все так, как и должно быть, райрин, — озвучивал Зантариз в волосы Касс ее собственные мысли. — Теперь все будет правильно.

Она верила. Верила так же, как маленькая Кассандра верила каждому слову своего Зана.

Сейчас это не казалось наивным или глупым.

Это казалось жизненной необходимостью – верить тому, кто может все. Доверять. Вверять свою судьбу.

И, возможно, вверять свое сердце.

Глава 19

Костер сложили быстро. Кассандра не заметила, кто и когда собрал в одном месте ветки и небольшие бревна, вынул из груди Шейны арбалетный болт и уложил тело на гору из подготовленных поленьев. Только когда Зантариз тихо прошептал, что все готово, Касс отстранилась и увидела законченные приготовления.

А теперь не могла отвести глаз от вздымающихся к небу языков пламени.

Зан предложил ей поджечь хворост, но у Кассандры не было на это сил, поэтому демону пришлось делать все самому. Он приблизился к Шейне, тихо произнес что-то и опустил факел. Одновременно с тем, как первые ветки облизнуло пламя, каждый из отряда демонов прижал руку к груди и выдохнул одно слово.

Вахрей. Так в Рейваре отдавали последнюю честь тому, кто пал в бою.

Кассандра помнила это из редких рассказов Шейны о своей родине, что слушала когда-то давно перед сном, и такое почтение к павшей женщине тронуло девушку до глубины души. Вряд ли хоть кто-то из этих солдат знал Шейну – лично или по слухам, но они прощались с ней как с равной. И пусть это мог быть очередной приказ Зантариза – леди Райтингем не возражала.

Он стоял позади нее. Чуть выступая из-за правого плеча, очень близко, но не касаясь, что неожиданно вызывало грусть. Краем сознания Касс понимала, как неуместны подобные прикосновения, а она и так слишком много времени провела в объятиях практически незнакомого мужчины. Но доводы разума меркли на фоне страха остаться одной, и Кассандра почти неосознанно находила своей рукой ладонь Зана. Он тут же сжимал ее пальцы, будто бы говоря, что он рядом и никуда не денется.

И Кассандра смотрела, как в рыжих всполохах терялись очертания Шейны. Хотелось бы думать, что она не слишком расстроилась от такой церемонии прощания, но чем больше леди Райтингем об этом думала, тем больше понимала, что она совсем ничего не знала о своей кормилице. Кем она была? В ней не чувствовалось демонической силы, но и на человеческую магия Шейны похожа не была. Где она родилась? Сколько ей лет? Где все ее родные?

Почему она так стремилась в Рейвар, но все эти годы ждала Касс?

— Таких, как она, называют шахза, — неожиданно заговорил Зантариз. Тихо, обращаясь только к Кассандре. Чуть поодаль стояли магистр и граф, девушка знала, но эти слова предназначались лишь ей. — Черные ведьмы, которые живут по обе стороны границы. Полукровки демонов и людей. Они приносят жертвы темным духам и совершают множество ритуалов, порицаемых как нами, так и людьми.

Кассандра молчала, пытаясь уложить в голове услышанное. Ее Шейна, добрая, милая Шейна – черная колдунья? Та самая, из страшных детских сказок, которые сама и рассказывала маленькой леди на ночь?

— Шейна совершила преступление, за которое прошлый владыка изгнал ее из Рейвара, — продолжал меж тем Зантариз. Его большой палец медленно поглаживал ладонь Касс, и это было приятно. — Ей было запрещено пересекать границу до конца